Шрифт:
– Долго еще? – задрав голову, Брайен всматривался вверх. Из-за переплетения опор и конструкций с трудом пробивались отблески далекого сияния.
– Сюда, - Юрий указал на округлый лаз в метре от пола.
– Что-о-о, в эту дыру? Не полезу!
– Оставайся, - пожал плечами молодой техник.
Секунду Гайдуковский сверлил взглядом друга и ненавистное отверстие.
– Похоже на Утилизатор, - пробурчал Брайен, осторожно просовывая в него голову. – Надеюсь, обещанный сюрприз стоит того.
– Стоит, стоит, - Юрий галантно поклонился даме, приглашая следовать за крепышом.
Труба выходила на аналогичную площадку, в отличие от предыдущей, она не соединялась ни с одной из конструкций – уступ неизвестно зачем прицепленный к стене. Но с этого уступа открывался вид…
– Как… необычно! – с непривычки Ренату качнуло, она отступила, ощутив спиной спасительную твердость стены.
Брайен просто опустился на четвереньки и усиленно мотал головой.
Лишь Юра, как самый опытный, гордо задрав подбородок, почти не качался.
Справедливости ради – когда он впервые попал на площадку, колени дрожали, как у ребенка, делающего первые шаги.
– Где мы?
– Что… что это?
– Звезды!
Площадка упиралась в прозрачное окно, а за ним… тысячи ярких точек в сводящей с ума, подгибающей колени бесконечности.
– Звезды?
– Звезды!
Рената сделала осторожный шаг к окну. Девушку шатало, словно в болезни.
– Но… я слышала, читала, они… огромны! Огромные горящие шары.
– Так и есть. Просто… они далеко, очень далеко от нас. Отец говорил – миллиарды миллиардов километров.
– Не могу представить такие расстояния, - Гайдуковский поднялся с колен и осторожно выглянул из-за непрозрачного края окна.
– Звезды, настоящие звезды! – заворожено шептала Рената. – А Солнце, где наше Солнце?
– Не знаю, - честно признался Юра.
– Тоже мне – звездочет! – Гайдуковский ворчал по привычке, было видно – он поражен не меньше девушки.
Юноша осмелел настолько, что даже вытянул шею, старательно вглядываясь в сияющую черноту.
– Юр, что это за штука?
– Какая штука?
– Ну вон.
Толстый палец Гайдуковского тыкал в стекло, указывая на видимое, как чернильное пятно, крыло Ковчега. Грозя звездам, из пятна поднимался узловатый палец, навроде Брайеного, только в несколько раз больший.
– Не знаю. Конструкция какая-нибудь, наверное.
– На-вер-ное! Ты же техник!
– Ученик, я еще только учусь.
– Мальчики, а давайте… поклянемся, - в темноте глаза Ренаты горели новооткрытыми небесными светилами. – Здесь, сейчас, перед лицом звезд, которые горят миллионы лет и будут гореть столько же… не расставаться никогда! Что бы ни случилось, что бы не ждало нас впереди, навсегда сохранить нашу тайну и нашу дружбу!
– Скажешь тоже – велика тайна…
– Клянусь! – торжественно пообещал Юрий, протягивая руку.
– Клянусь! – кивнул Брайен.
– Отныне и навеки! – девушка накрыла ладони парней.
Они еще некоторое время любовались вечными светилами, одухотворенные клятвой, тайной и светом звезд.
– Пошли что ли? – проворчал Брайен. – Эй, а куда лезть-то?
С этой стороны стены зияло два отверстия.
– Правое, - подсказал Юрий. – Второе ведет к блоку техников, через вентиляцию. Так я обнаружил эту площадку.
– Хотелось бы знать, каким ветром тебя занесло в вентиляцию?
***
Причина: прекращение подачи электроэнергии.
Результат: Остановка плавильной печи.
Меры: подача электроэнергии восстановлена.
Меры (2): 5 особей утилизировано.
Рекомендуемая квота на детей – 1.
– Молчать!
– Становиться ровно, в шеренгу!
Бесконечные, уходящие вдаль стены, высокий потолок… таких хижин Рхат Лун не видел ни разу в жизни.
Самое большое в их деревне, поражающее размерами жилище вождя, уместилось бы все в этой, огромной чужой хижине.
Но не размеры хижины поразили Рхат Луна, и даже не материал стен – ровный, без следов плетения, твердый, словно камень и такой же холодный. Свет… он лился не из дыры в потолке, и даже не от очага… палки, длинные и нестерпимо яркие, так что больно смотреть, давали его.
Воистину – жилище богов!
Великая Ма…
Ни в одном предании, ни в одной песне, распеваемой вечерами праздников, даже одним словом не упоминалось о холодных стенах и светящихся палках.