– Ты даже не понимаешь, каково сейчас мне приходится! – вырвалось у Гермионы. – Я не хочу, чтобы обо мне ходили всякие слухи, ясно тебе?

– Ясно, ясно. Куда уж мне понимать, что творится в душе невинно оклеветанной старосты, – насмешливо хмыкнул Фред. – Простите великодушно, что вы не понимаете шуток.

– Я не понимаю тупые шутки, – процедила Гермиона.

– Не знал, что у тебя проблемы с чувством юмора, – мрачно сообщил Фред. – Увы, но это не лечится.

– Побыл бы ты в моей шкуре, сразу бы понял, каково это, когда над тобой так шутят! – огрызнулась Гермиона.

Их ссору прервала вернувшаяся на свое место Полная Дама. Назвав пароль, ученики зашли в пустующую Общую гостиную.

– На. – Фред с недовольной гримасой всучил в руки Гермионе учебники, и девушка едва не согнулась под их весом. – Доброй ночи, – ядовито процедил парень, отправляясь в свою спальню.

– Кошмарных снов! – не осталась в долгу Гермиона, скрывшись в спальне девушек.

========== Глава 1 ==========

Чужая душа – потемки. Чужое тело – Запретный лес

Дождь и не думал утихать. Всю ночь его тяжелые капли молотили по крышам замка, ливню усердно вторил Пивз, носившийся по опустевшим школьным коридорам, гремя цепями. За полтергейстом, кряхтя, бегал Филч, ругавшийся последними словами так громко, что вполне мог составить Пивзу конкуренцию. Их голоса наполнили укрытую покрывалом ночи школу какофонией звуков и, как ни странно, создали нужную для Хэллоуина атмосферу.

В эту ночь Фреду удалось заснуть лишь под утро, и потому удовольствия от пробуждения в понедельник утром он явно не испытывал. Недовольно щурясь, парень потянулся в постели и громко вздохнул.

«Похоже, Грейнджер накаркала мне бессонную ночь», – недовольно подумал Фред, намереваясь с неохотой вставать с постели.

Но только сейчас до него дошло, что спальня наполнена вовсе не привычными звуками шутливых препирательств Ли и Джорджа, а девчоночьими голосами.

«Или я все еще сплю, или Джордж и Ли решили устроить мне странный сюрприз».

Привстав на кровати, Фред отодвинул полог кровати и едва не чертыхнулся, заметив, как по комнате разгуливают Лаванда и Парвати, причем в одном лишь нижнем белье и абсолютно без тени смущения. Неужели эту ночь он провел в их комнате? Но… как? Неужели на него не распространяется правило, запрещающее проходить в женские спальни? И почему тогда он выбрал спальню пятикурсниц, а не шестикурсниц? Ох, ночь с Анджелиной…

– Де-е-е-вушки, – хрипло протянул Фред, разглядывая Лаванду и Парвати. – Что я забыл у вас в комнате? Наверное, мы славно повеселились, раз я ничего не помню?

Заметив высунувшегося из-за полога Фреда, девушки хором объявили:

– Не смешно. Ты все еще на нас дуешься?

Видимо, на лице Фреда отразилось столь явное недоумение, что Лаванда, тяжело вздохнув, соизволила растолковать свои слова:

– Ты вчера вернулась злая, как Филч, закрылась от нас и даже спокойной ночи не пожелала. Неужели это из-за того, что мы рассказали тебе ту новость?

– Какую новость? – хрипло прокаркал Фред, пытаясь хоть что-нибудь понять.

– Как «какую»? – переспросила Парвати, расчесывая длинные черные волосы. – О твоей беременности, конечно.

От удивления Фред свалился с кровати на пол, при этом обнаружив, что облачен он в старомодную закрытую ночную сорочку – не чета кокетливым пижамам соседок по комнате.

«Какого Мерлина я в женской одежде, причем такого отвратительного фасона?».

Брезгливо оправив задравшуюся сорочку, Фред кое-как поднялся с пола, схватившись за столбик кровати. Голова у него слегка кружилась.

– Что с тобой такое? – удивленно спросила Лаванда. – Ты заболела? Может, проводить тебя в больничное крыло?

– Я сам разберусь, все в порядке, – отмахнулся Фред и снова едва не свалился на пол.

Недоуменно переглянувшись, девушки пожали плечами и вернулись к утренним сборам. Фред же, четко понимая, что сегодняшнее утро ничерта не нормальное, медленными шажками направился к ближайшей двери в надежде найти там ванную комнату. К сожалению, за дверью обнаружилась лестничная площадка, которая хорошо просматривалась из Общей гостиной, и потому высунувшийся на нее Фред был награжден свистом и улюлюканьем. Чертыхнувшись, он залетел обратно в спальню.

– Где ванная? – отрывисто спросил он, все не в силах избавиться от привычной утренней хрипотцы в голосе. Только сейчас парень заметил, что голос его звучит весьма и весьма странно – как-то чересчур тонко и даже серьезно, и хриплость его вовсе не красит. Такой голос больше подходит… девушке.

«Девушке? Старина, ты не в себе!»

– Там, – указала Лаванда, с интересом разглядывая Фреда, тут же побежавшего в указанном направлении. – Что с ней такое с утра произошло?

– Гермиона всегда была очень странной, если ты понимаешь, о чем я, – спокойно ответила Парвати.