Всё это было первый месяц. Потом пришла Грусть. Цисси как наяву видела эту седую старушку. Днём она сидела где-то в уголке маленького сердечка, покачивая головой в такт словам родителей, сестёр и бессчётных колдомедиков. Или просто наблюдала за трудами паучка, усердно ткущего свои серебристые тенета. А ночами, когда дом благородного семейства засыпал, принималась поливать цветы Тоски и Надежды. Цветы Тоски были неприхотливы, и хоть старушка Грусть их нещадно заливала, они только покачивали тускло-серыми головками, с каждым днём вырастая всё больше. А нежные цветы Надежды роняли на пол перламутровые лепестки, и даже, кажется, скорбно вздыхали. А вода, переливаясь через края горшков, затапливала сердце и капала из глаз.

Из затяжной депрессии и полной апатии малышку вывели сёстры. Такое непривычное, но, безусловно, приятное явление. И бывшего героя-гриффиндорца даже ни капли не волновало, что самая старшая сестрёнка в будущем стала кровавой психопаткой. Менять, так менять по крупному!

Сейчас, маленькая Беллочка, или, как упорно называла её Цисси, Трикси самозабвенно в лицах пересказывала больной сестре очередную волшебную сказку. Она испуганно хлопала ресничками и смущалась, изображая принцессу, героически вскидывала подбородок и размахивала воображаемым мечом, показывая принца, и забавно рычала, пытаясь подражать дракону.

Андромеда, Роми, отдавшая на откуп Трикси сказки из домашней библиотеки, тайком проносила в комнату Цисси контрабанду от дяди Альфарда. Маггловские сказки зачитывались в строгой тайне от родителей, которые естественно были в курсе, но закрывали на это глаза, видя как младшая дочка постепенно возвращается к жизни.

Приблизительно в таком ключе и прошёл год. Цисси наконец-то преодолела болезнь.

***

Четырёхлетняя девчушка вздыхала, сидя у окна своей комнаты. Сине-зелёные глаза, изменившие цвет после болезни и вводившие лечащего колдомедика в неизменный ступор, провожали падающие на асфальт снежинки, светлые бровки сосредоточенно хмурились, а розовые пухлые губки что-то беззвучно бормотали. Причиной такого пасмурного настроения было ну совсем несправедливое наказание. Лишение свободы сроком на одну неделю (заперли в собственной комнате!) и ограничение на контакты с внешним миром (сёстрам запретили даже приближаться к её двери) за совершенно безобидное проникновение со взломом (влезла в запертый отцовский кабинет). Ну, залила нечаянно чернилами какой-то пергамент, неужели нельзя потребовать у управляющего повторный отчёт? Неужели ж нет резервной копии? Ну, и кокнула хрустальное пресс-папье, подарок прадедушки папе на совершеннолетие. Оно страшное было, тоже мне потеря!

Ещё раз тяжко вздохнув, Цисси про себя порадовалась тому, что причин этого-самого взлома с проникновением у неё не допытывались. Что взять-то со шкодливого ребёнка? А то была бы она хороша, сообщив, что искала компрометирующие документы, о связях отца в частности и семейства Блэк вообще с Волдемортом. И как обрадовалась, не найдя ни малейшего намёка! Общий, не слишком законный, бизнес с Малфоями, политическая переписка с Краучем, отчёт об удачной контрабанде какой-то редкой травы и никакого Волдеморта! Собственно от радости у неё слегка сорвало крышу. Самообладания хватило только на то, чтобы заныкать всю тайную макулатуру обратно в сейф и восстановить охранные заклинания. Потом радостная малявка, совершенно забыв где она находится, исполнила победный танец аборигенов племени тумба-юмба, в процессе которого и натворила дел. Прибежавшие на звук бьющегося хрусталя родственники застали перемазанную чернилами малышку, отчаянно ревущую над порезанным пальчиком. Друэлла Блэк сразу кинулась залечивать порез и утешать мурзатую шкоду.

– Цисси, почему нас не позвала с собой!?
– возмущение Трикси быстро сошло на нет, после встречи большого пальца левой ноги с роминым каблучком.

– И хорошо, что не позвала, - Цигнус строгим взглядом окинул смутившуюся Трикси и тихо всхлипывающую в плечо матери Цисси.
– И только по этому, она получит только неделю домашнего ареста в своей комнате.

– Дорогой, ты не думаешь, что это слишком?
– Друэлла принялась вытирать белым кружевным платком личико дочери. Чернила оказались стойкими и категорически не хотели оттираться, только сильнее размазываясь.
– Нарцисса и так перепугалась.

– Это не повод поощрять недостойное поведение, - видя как протестующе открылся рот супруги, он со вздохом добавил, - душа моя, если мы сейчас не накажем Цисси, не поощрит ли это её на ещё более дикие выходки? Сегодня она залезла в мой кабинет, к слову, запертый на несколько родовых заклятий. А через неделю, на Йоль, она захочет проникнуть в ритуальный зал Блэк-касла. Или в один из тёмных тайников. И не мне тебе объяснять, что порезом и синим лицом она тогда не отделается.

Ни возражать отцу, ни пытаться как-нибудь оправдаться Цисси благоразумно не стала, а то мало ли, срок и накинуть могли.

Сейчас в доме звучал голос матери, отдающей последние распоряжения домовикам. На время празднования Йоля семья собиралась перебраться в фамильный замок. Впрочем, собирались туда не только они, но и вообще все Блэки. А значит, будет весело!

========== Глава 2 ==========

– Ну пожаааааалуйста! Ну дееееедаа!

Цисси уже полчаса бегала вокруг сидящего в кресле Лукориса Блэка и канючила своим самым противным голосом. Присутствующие здесь же в полном составе бабушки делали ставки на то, сколько ещё выдержит сей представитель сильной половины человечества и с какой скоростью сбежит от маленькой девочки. Трикси и Роми, в отличие от бабушек, были совершенно уверены, что от Цисси сбежать невозможно, и, рано или поздно, дед Лукорис падёт под натиском белокурого ангелочка с хваткой пираньи.

– Нарцисса Каллидора Блэк! Ты ещё слишком маленькая!

– Дед, ну, в самом деле! Я, может, маленькая, но не глупая же! Вон, Трикси и Роми с четырёх лет учили летать на метле и верховой езде. Чем я хуже?

– Пегас - это не метла и не обычный конь! Нет! Я не дам тебе покататься. И не смотри на меня такими глазами!

– Ну ты же меня держать будешь! Ты же катал бабушку Меланию, я видела. И не уронил!

– Ещё бы он меня уронил. От Арктура потом не отмажется, - самодовольно усмехнулась действующая леди Блэк.
– Кори, покатай ты ребёнка. Она же Блэк - ни за что теперь не отстанет, пока своего не добьётся.