Брок постарался отвлечься от этих мыслей, но облегчение почувствовал, лишь когда подъехал к погруженному в темноту паддингтонскому дому. Он достал карманные часы. Две минуты пополуночи. Даст Бог, Мэдди все еще ждет его.

Брок стрелой пронесся к двери и, сильно толкнув ее, влетел в дом. Окинув взглядом холл, не мешкая направился в гостиную.

Мэдди, одетая только в шелковые чулки, лежала на диване, задрапированном розовым бархатом, на пальце у нее блестело обручальное кольцо.

У Брока пересохло во рту, он весь напрягся.

– Ты получил мое послание, – промурлыкала Мэдди.

– Получил, – задыхаясь, проговорил он. – Мне нужно сказать тебе так много всего, но, когда я вижу тебя такой, совершенно перестаю соображать.

Мэдди улыбнулась:

– А разве обязательно говорить?

Голос Мэдди дрожал от страсти. Брок вздохнул:

– К сожалению, да.

Поклявшись, что скоро сотрет разочарование с лица Мэдди, Брок окинул взглядом комнату и заметил голубое шерстяное одеяло. Схватил его и протянул Мэдди, чтобы она прикрылась. Он не мог произнести ни слова.

Его прелестная жена недовольно надула губки:

– А я-то думала, ты меня хочешь.

Он простонал:

– Неужели ты сомневаешься в этом? – Кивнув, Мэдди села, лицо ее стало серьезным.

– Я даже думала, что, возможно, ты меня любишь. – Двумя шагами преодолев разделяющее их пространство, Брок опустился на диван и обнял Мэдди.

– На этот счет у тебя не должно быть ни малейшего сомнения, дорогая. Ты для меня дороже всего на свете. Я и не думал, что можно так сильно любить…

Мэдди улыбнулась, ее лицо светилось от счастья и было таким прекрасным, что у Брока перехватило дыхание. Именно такой Брок хотел видеть ее каждый день, потому что знал, что это его любовь делает ее счастливой.

– И я люблю тебя, – прошептала Мэдди.

Счастье, на которое Брок так надеялся, к которому всегда стремился, жарким пламенем вспыхнуло в душе. Улыбка озарила его лицо.

– Ты всегда любила, меня?

Помедлив, Мэдди кивнула:

– Даже когда мне не хотелось тебя любить… – Он погладил ее по щеке.

– Я полюбил тебя с первого взгляда. – Глаза Мэдди наполнились слезами.

– Почему же мы потеряли так много лет?

Брок обнял ее, нежно погладив по голове.

– Я не должен, был докидать тебя. Я должен был настоять на том, чтобы ты вышла за меня замуж и уехала со мной в Лондон.

Брок читал в ее глазах вопросы, которые она не решалась задать. Теперь она доверяла ему и хотела оставить прошлое позади! Боже, он ощущал себя самым счастливым человеком на свете!

– Это я во всем виноват, Мэдди. Я оставил тебя, потому что знал, что буду жить в нищете. Я не мог взять тебя с собой. Мне было стыдно, и я сожалею об этом, – прошептал Брок. – Моя гордыня встала между нами. Я считал, что не достоин тебя.

У Мэдди вновь полились слезы. Она обвила руками его шею.

– Для меня никогда не имело значения, где ты родился и кем были твои родители. Не имело значения, где ты жил. Я только хотела, чтобы человек, которого я полюбила, отвечал мне взаимностью…

– А вместо этого я предал тебя, взяв у твоего отца деньги. Я до сих пор не могу, простить себе этого. Я не смог отказаться, мне чертовски нужны были эти деньги. Я знал, что быстро сумею сколотить состояние и тогда ты будешь гордиться мной.

– И тебе это удалось. – Ее серые глаза были полны нежности.

– Я дорого заплатил за это. Пять лет провел без тебя, и без Эми. – Мне давно следовало рассказать тебе о ней. Я очень перед тобой виновата.

– Но когда ты поняла, что беременна, то не знала моего лондонского адреса. Почему-то я сообразил это только сейчас, – сказал он с виноватым видом.

– Но потом, когда мы стали любовниками…

– Я был настолько глуп, что угрожал тебе.

– Но даже после того, как я поняла, что ты не отправишь нас в долговую тюрьму, я хранила свою тайну. Я… я… – Мэдди покачала головой, подыскивая нужные слова. – Я боялась, что ты, как Колин, презираешь меня. Я вышла за Колина потому, что оказалась в безвыходном положении. Ты не хотел этого понять, а я злилась на тебя.

– Нет, ты только надеялась, что я увижу свою собственную дочь. Я. был слишком ослеплен ревностью и жадностью, чтобы сделать это.