— Прекратите! Слышите, прекратите! Если вы пришли, чтобы завершить свою миссию и убить меня, то делайте это сейчас. Или вы решаете, как это сделать? — выкрикнул Илья.

— Вовсе нет. Видите, у меня даже нет оружия, — и как бы в доказательство своих слов он поднял руки.

— Вам незачем меня бояться. Убить человека легко, а вот вернуть к жизни…

В лучах света, который причудливо отражался от стен оврага, на лице незнакомца заиграли тени, но Илье почудилось иное. На миг ему показалось, будто Незнакомец не человек, а тень, так как сквозь его черный плащ просвечивал замысловатый рельеф противоположной стены оврага. Илья даже встряхнул головой, и видение исчезло, но чувство страха усилилось, словно от незнакомца веяло не просто опасностью, а смертью.

— Живешь, мечтаешь, мечешься в поисках счастья, а в итоге — смерть. Как банально, — каким-то отрешенным голосом, словно бы разговаривая сам с собой, произнес Незнакомец.

— Делайте свое дело или уходите, — снова выкрикнул Илья в надежде, что неизвестный исчезнет. Но ничего не произошло. Он продолжал стоять рядом и смотреть на Илью, склонившегося над телом Ольги. Выдержав короткую пазу, произнес:

— Судьба. А что это, в сущности, говоря? Череда событий, которые никак не зависят от человека. Они складываются из минут, дней, лет жизни и в конце образуют всего лишь интервал между двумя датами рождения и смерти. А кто-то пытается во всем этом уловить тайный смысл, объяснить, понять, сопоставить. Чушь. Человек рождается, живет и умирает. И происходящее с ним есть всего лишь последовательность событий, которые от него не зависят. И если на улице кому-то падает неожиданно на голову кирпич, это не значит, что так распорядилась судьба. Просто упавший с крыши кирпич либо должен был упасть на асфальт, либо попасть кому-то на голову. И все, просто и обыденно.

— У меня убили жену! Слышите вы, или нет? У меня только что убили жену… — с отчаяньем в голосе повторил Илья, — что вам от меня надо? Зачем вы здесь, зачем всё это говорите мне и именно сейчас?

— А знаете, иногда можно убежать от судьбы, — и Незнакомец лукаво посмотрел на Илью.

— Да-да, я не обманываю. Недаром я сказал, что между жизнью и смертью такая тонкая грань. Устрани эти граммы свинца и граница исчезнет, а стало быть, жизнь продолжит свой бег и остановится лишь тогда, когда эта самая граница возникнет вновь. Но где и когда она возникнет человеку знать не дано.

— Боже мой, — в бессилии что-либо сделать, прохрипел Илья, — прошу вас, уйдите. Может быть, вам нравиться таким образом глумиться надо мной, но если это всего лишь болтовня перед тем, как убить меня, то прошу, делайте свое дело, и покончим с этим, — и Илья словно бы подставил свою грудь под воображаемую им пулю.

— Достойно, весьма. А ведь если вдуматься, вы многое сделали для того, чтобы ваша жена погибла. Тщеславие — вещь хорошая, даже полезная для развития человечества в целом. Но от него довольно часто страдают близкие люди. И вы яркий пример этого. Стремление самореализоваться, достичь успеха, а в результате? Ни признания, ни научных открытий, и как финал — смерть жены. За что вас жалеть? За талант, которым вы, несомненно, обладаете? За волю, страсть, желания? Вы цепляетесь за любую возможность, и всё ради того, чтобы сказать свое слово в науке. Но всегда ли это хорошо? А главное, что взамен? Гибель самого родного, близкого и любимого человека. Финал, от которого можно сойти с ума или покончить с собой. Не так ли?

Илья молчал, он не находил слов. Он понимал, что говорить, спорить, умолять прекратить весь этот поток слов и рассуждений, бесполезно. И не зная, что делать, он попросту растерялся.

— И все же, вы мне нравитесь. Таких, как вы, единицы среди миллионов человеческих созданий. В вас скрытый талант, мощь гения, которого нужно только поддержать, чтобы он реализовался. Чуть-чуть подтолкнуть. Понимаете меня?

— Мне уже помогли, и вот итог, — мрачно произнес Илья и провел окровавленной рукой по волосам Ольги.

— Да, положение у вас не самое лучшее. Прямо скажу, аховое. Вы в бегах, в чужой стране, и вообще, всё складывается лично для вас самым худшим образом. Но, во всем можно найти и положительные стороны. К примеру, вы остались живы. К тому же, вас посчитали мертвым, а значит, не станут искать.

— Почему вы так решили?

— Так ведь они даже не потрудились спуститься, чтобы убедиться, что вы оба мертвы. Впрочем, видели бы вы себя со стороны, да еще с вершины оврага, — Незнакомец скорчил гримасу, — ужасное зрелище. Такие позы. Вряд ли кто мог усомниться, что один из вас живой. Впрочем, это их проблемы. Совсем другое, это встреча со мной. Не буду скрывать, случаем это не назовешь, но, ко всему тому, что произошло до этого, я никоим образом не причастен, я лишь внимательно наблюдал за вами, и когда…

— Я устал от слов, пожалуйста, прекратите. Скажите, что вам от меня надо или убейте меня здесь и сейчас.

— Повторяетесь, Илья Сергеевич, повторяетесь. Убить человека легко, гораздо труднее вернуть его к жизни, — Незнакомец пронзительным взглядом посмотрел на Илью. Их взгляды встретились.

— Вот контракт между мной и вами, — Незнакомец неуловимым движением достал лист бумаги, напоминающий скорее старый пергамент, на котором просвечивал какой-то текст, — По нему вы будете продолжать заниматься наукой. Работать, много и упорно. Взамен я верну к жизни вашу жену. Да-да, не удивляйтесь и не задавайте лишних вопросов. Пуля — ничто, нет пули — нет смерти. Положим, что был лишь обморок от неудачного падения. Более того, я буду вам помогать в ваших научных исследованиях, разумеется, что в моих силах.

— Я не понимаю вас, чего вы добиваетесь от меня?

— Собственно говоря, ничего. Я просто изменяю вашу судьбу, а может просто, делаю крутой вираж в тех событиях, которые неподвластны уму человека.

— А взамен?

— О, кажется, вы стали кое-что понимать. А взамен — ничего. Я всего лишь попрошу выполнить одно, скажем так, поручение, просьбу, когда-нибудь, со временем. Всего лишь.

— А я думал, что вы скажете, что взамен я должен отдать вам свою душу. Напоминает Фауста. Схожий сюжет или что-то в этом роде.