– Есть другие, более весомые доказательства, – мрачно заявил он. – Один звонок в ФБР, и местная полиция получит ордер на обыск. Всего один звонок. Ты хочешь, чтобы я сделал его?

– С чего бы им верить тебе? – хмыкнула Елена. – Ты осужденный преступник, и твои «доказательства» добыты незаконным путем.

– Но этого достаточно, чтобы запустить процесс. Власти уже следят за твоим отцом, твоими братьями… и за тобой. Ваша семья словно спичечный коробок. Власти только и ждут, когда кто-то зажжет первую спичку. Если судьи не возьмутся за это дело, бумаги всегда можно разослать в редакции газет. В любом случае твоему отцу придется туго, и тебе тоже.

Елена прижала руку к груди и часто заморгала, чтобы убрать пелену, застилавшую ее глаза.

Кем бы ни был этот человек, которому Габриель заплатил за подделку документов, он был настоящим профессионалом, потому что подлинность бумаг не вызывала сомнения.

Иньяцио и вся ее семья были под подозрением с того самого времени, как Габриель вышел из тюрьмы и начал распространять о них ложные слухи, граничащие с клеветой.

Случались и другие истории, по большому счету не такие громкие, но они явно свидетельствовали о том, что кто-то ведет войну против них. Елена вспомнила, как некоторые инвесторы в последний момент отказывались от сделки, а банки начинали настаивать на больших процентах.

– Ты ненавидишь нас за то, что мой отец не вступился за твоего, когда тому предъявили первое обвинение? – Она так сжала перила, что костяшки ее пальцев побелели. – Все дело именно в этом?

Габриель громко захохотал. Никогда еще Елена не слышала такого горького смеха.

– Должен признать, тебе прекрасно удается роль наивной девочки с широко распахнутыми глазами, которая не знает, что настоящим преступником является именно ее отец.

– Ты лжешь, – покачала головой Елена. – Все знают, что виноваты ты и твой отец. Ты взял вину на себя, чтобы спасти его. Моего отца допрашивали всего один раз и не нашли доказательств его вины.

– Потому что он сделал все так, чтобы следы вели к моему отцу, – зло отрезал Габриель, и Елена еще крепче ухватилась за перила. – ФБР много лет пыталось подобраться к нему. Твой отец предложил основать совместное предприятие, чтобы спрятаться за респектабельностью моего отца. Иньяцио использовал его привязанность, мягкий характер, преданность своему старому другу и обманул его.

– Ты обвиняешь моего отца в таких ужасных вещах, но где доказательства?

– Они на острове, и я найду их.

– Или подделаешь их, как сделал с бумагами, которые, по твоим словам, нашел в подвале нашей часовни.

Ее отец хранил деловые бумаги в подвале часовни десятилетиями. В этом не было ничего предосудительного, просто это место было самым надежным. До того, как туда проник Габриель.

– Елена, согласись, документы, которые я обнаружил вчера, настоящие. ФБР только и ждет подобной зацепки.

– Это подделка.

– Ты прекрасно знаешь, что я прав, и у тебя большие проблемы.

– Ничего подобного. – Ей хотелось кричать. Разговор с Габриелем казался полным безумием.

– Я говорю правду. Но ты можешь сделать так, чтобы я не передавал бумаги в ФБР, и спасти своего отца от тюрьмы.

– И что ты предлагаешь? – настороженно спросила Елена.

Габриель криво улыбнулся:

– Чтобы обеспечить безопасное будущее своему отцу и остальным членам семьи, тебе придется сделать одну очень простую вещь – выйти за меня замуж.

Габриель видел, как кровь отхлынула от лица Елены, и оно стало мертвенно-бледным. Он испугался, чтобы она не потеряла сознание еще раз, особенно теперь, когда он не успеет подхватить ее. Но вместо того, чтобы свалиться на пол, она громко захохотала. Ее тело сотрясалось от смеха, а на лице снова заиграл румянец.

– Никогда не слышала ничего более смешного, – сказала Елена, вытирая слезы, катившиеся из ее глаз. – Ты хочешь жениться на мне?

Он сложил руки на груди, уставившись на нее безжалостным взглядом, и Елена вдруг резко остановилась.

– Ты ведь пошутил? Не так ли? Или ты на самом деле хочешь жениться на мне?

– Выйдешь за меня, и у твоего отца не будет никаких проблем, ни финансовых, ни юридических.

– Но… это безумие. Скажи, чего ты хочешь на самом деле.

– Я уже сказал. Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж и родила мне ребенка.

– Ребенка? Ты хочешь, чтобы я родила тебе ребенка? Да ты и в самом деле ненормальный…

– Это мои условия. Если только ты не желаешь, чтобы твой отец и вся твоя семья оказались на скамье подсудимых.

Елена покачала головой. Было заметно, что ей стоило немалого труда прийти в себя. Она отошла от перил и, снова присев за стол, допила свой кофе и налила себе еще одну чашку.

– Если не говорить о том, что твое предложение самое глупое в истории человечества, а идея о том, чтобы завести совместного ребенка, вообще чистой воды безумие, мне хотелось бы знать, чего ты хочешь. Унизить меня? Добиться, чтобы я покорилась тебе? Чего ты добиваешься?