Шрифт:
Это сработало. Просто сработало.
Я дал несколько интервью для газет и других медиа, когда мы подготавливались к шоу. Именно там начались мои отношения с писателями из "грязных листков". До этого, писатели, критики, инсайдерское сообщество с наслаждением ожидали момента, когда наконец провал Nitro убьёт мою карьеру. "Ой, ну Эрик Бишофф совсем с ума сошёл. Неужели он думает, что его Nitro сможет конкурировать с Винсом?". И так далее, в том же духе. Все они предсказывали, что Nitro опозорит Turner Broadcasting и похоронит WCW.
Теперь им пришлось подавиться собственными словами, и они негодовали. Успех Nitro показал, насколько мало эти "эксперты" на самом деле понимают в рестлинг-бизнесе. И я использовал каждую возможность, чтобы ткнуть их в это.
Честно говоря, я и не подозревал, что Nitro станет настолько успешным. Я просто думал, что мы сможем конкурировать. Но когда шоу подошло к концу, в глубине сердца я знал: мы добились того чего хотели, и даже большего. А это именно то, чего я хотел - большего.
* * *
Войны по понедельникам
Ноздря в ноздрю
Raw 4-го сентября было заменено другой передачей, и это послужило одной из причин, почему мы выбрали именно эту дату для дебюта. На следующей неделе мы выходили ноздря в ноздрю, начав войну рейтингов, которая продолжалась потом долгие годы. "Войны по понедельникам" помогали WCW и WWE привлекать миллиарды новых зрителей к жанру рестлинга и изменили бизнес навсегда. До Nitro и «войн по понедельникам» Raw получало рейтинги по шкале Нильсена от 2.5 до 3. К концу 1998-го, через 3 года, наши общие аудитории обычно составляли цифру в 8 или 9. Это 300-процентное увеличение зрителей.
Иногда война - это хорошо.
На первой же неделе мы надрали им задницу, получив 2.5 по Нильсону, когда WWE получило лишь 2.2. После этого некоторое время всё шло с переменным успехом, ноздря в ноздрю.
С самого начала я планировал быть главным комментатором Nitro - опять-таки не потому, что хотел им быть, а потому что это было наилучшим вариантом. Я знал, какую остроту и ощущение я хотел придать шоу, и мне было проще всего сделать это самому. Я стал лицом Nitro и добавил своей роли немножко перца.
Мне надо быть поосторожней, когда я говорю обо всём этом, потому что мне не хочется, чтобы это звучало как будто я себя тут расписываю. Но практически всё, что я хотел сделать с WCW, отличалось от того как это обычно делалось. И у меня получилось. Из-за успеха я стал нетерпим ко всем стандартным процедурам производства, промоутирования или составления программы.
Стало очевидным, что наша цель - уже не конкурировать, а стать номером один. За то время, пока первый выпуск Nitro шёл в эфире, я проделал путь от желания заставить компанию получать прибыль до уверенности в том, что мы станем номером один в жанре, в котором World Wresting Federation безоговорочно доминировала уже почти 15 лет. Как только я почувствовал реакцию зрителя, я знал, что получил формулу победы.
В мой костёр подлили огромную порцию горючего.
Также, тогда началась моя критика WWE в эфире. Я позиционировал себя как бунтарь, и всю WCW как организацию, которая выбьет двери и установит свои порядки.
Я хотел добавить громкости. Сильно добавить. Я был уверен, и может быть, чересчур. Я не был агрессивен - я был гиперагрессивен. Я довольно агрессивен по своей природе, в обычном состоянии, но если появляется момент подобно тому что был тогда, я становлюсь гиперагрессивен - вот что тогда заполняло мою голову. Я почувствовал вкус крови. Теперь я хотел убивать.
Писая на костёр WWE
Все традиционные мыслители съёжились, когда я стал критиковать WWE и Винса МакМэона в прямом эфире. Люди, работающие на меня, были напуганы до смерти. Они боялись того, что я делал, им казалось это неправильным, потому что это не вязалось с тем, чему их учили - никто никогда не упоминает о конкурентах.
Я не только упоминал конкурентов, я писал на их костёр.
Люди вокруг меня были напуганы тем, что я переступил через черту. Они серьезно полагали, что в то время как я доставал из шляпы кроликов, Винс достанет волшебную гориллу. И кое-кто думал о том, что их теперь никогда не возьмут в WWE, потому что они работали в WCW во время моего правления.
Некоторые говорили, что у меня были личные счёты с Винсом МакМэоном, но это ерунда. Я его видел один раз в жизни и он был предельно вежлив со мной, дав мне шанс пройти собеседование на работу, на которую у меня не хватало квалификации. Дело было в моём желании двигаться вперёд.
В реторспективе люди иногда говорят, что WWE находилось в уязвимом положении из-за скандала со стероидами и другими проблемами, через которые компания прошла с начала по середину 90-х. Может и так, но наша стратегия тут ни при чём.