====== Глава 23 Решения ======

Пальцы четырех конечностей разом ударили по струнам, стянувшим все механические и электронные окончания Сидериса. Кир едва успевал следить за проворством уродливого существа, занявшего место Главного Инженера. Неожиданно со всех сторон замигали красные аварийные огоньки, затем раздалась сирена, прокатившись вдоль металлических труб научного отдела и пропадая ниже.

Компьютеры разом моргнули и предупреждающая об опасности надпись разделила экран пополам. Кир стоял в трех шагах от своего места и видел, как на его экране голубые квадратики начали гаснуть один за другим, перечеркнутые крест-накрест. Он подскочил к машине и растеряно уставился на исчезающие огоньки жизней. - Нет! — слишком поздно он осознал, что Главный Инженер принял самое страшное решение из всех возможных. Подскочив к креслу, он уже потянулся к плечу ученого, когда жесткая удушающая хватка сдавила горло, не давая дышать. Чудище не отвлеклось ни на секунду, продолжая стучать по клавишам. Собрав всю силу в руке, Кир с легкостью отодрал стальной захват монстра от горла и, крутанув кресло, выкинул обезумевшего инженера из-за главного пульта. Тот, совершенно озверев, вскочил и, яростно зарычав, бросился на мальчишку. Этот полумеханический скелет был достаточно прочным и мощным, но отсутствие боевой подготовки дало Киру преимущество. Увернувшись в сторону от захвата, он локтем приложил Инженера по затылку. Разом обмякшее тело, бессознательно рухнуло на пол. Решив не рисковать, фризиец поволок отключившуюся тушу в медблок и, разбив пульт снаружи, оставил ученого взаперти. Подлетев к главному компьютеру, Кир принялся устранять ошибки, следуя подсказкам системы и убирать последние вбитые команды. Сталкиваясь с невозможностью отмены или оконченным процессом, он тут же переходил к другому, надеясь, что в этот раз все еще можно справиться. Но он работал медленно. И пусть со стороны, казалось, что он вполне уверенно решает проблему за проблемой, Кир не мог даже близко сравниться с тем, что вытворял Главный инженер минуту назад. Всё сейчас работало против него. Не было времени. Он не знал этих программ, осваивая главную систему в процессе решения конкретных задач. Знаний было недостаточно, и он уже видел те ошибки, которые невозможно стереть. Если подумать, он мог рвануть отсюда не оглядываясь и попытаться добраться до портала раньше, чем все взлетит на воздух. Забыв о Сидерисе как о страшном сне, он бы нырнул в портал и надеялся, что окажется дома. Вот только сейчас он сидел за главным пультом проекта ‘Гея’, держа руку на пульсе оперируемого пациента. И этот больной был именно тем родоначальником, чьи потомки должны были продолжить бесконечный путь человечества к новым звездам. Ведь если не будет Земли, то и будущие поколения никогда не родятся, и не уничтожат свой дом, и не улетят в поисках других миров. И не будет ни Арессарма, ни Палеи, ни Геркона, ни Фризии, ни Мириона, таких, какими их видел и знал Кир. А значит, не будет ни одного любимого человека, и возвращаться будет не к кому. Кир понял, что обречен в одиночку бороться разом за всех родившихся и не рожденных, за все человечество Галактики. А значит, он не сойдет с этого места до последнего вздоха. И мысленно пожелав удачи своему врагу, он понадеялся, что тот сумеет добраться до известного им мира, и мир всё ещё будет там, где они его оставили.

====== Глава 24 Азул (Часть 1) ======

Грянувшая сирена нашла Азула у отсека Космодрейфа, где он, опираясь на стену, ожидал Кира.

После того как имрахец заглянул в бытблок и сообщил ошарашенному дежурному, чтобы его не ждали, он, не теряя ни секунды, кинулся к заветной лаборатории. В ожидании фризийца принц снова потянулся к инструкциям и другой документации, надеясь выяснить о приборе больше, но то, что он узнал в первый визит было практически всем, что представляло важность в данный момент. Никаких координат, схем, указаний по смене пункта назначения или программирования телепорта он не отыскал. Перерыв кучу бесполезных бумажек, Азул с раздражением отбросил выкладки отдела, понимая, что все, что ему удалось разузнать, сводилось по сути к размытому описанию и куче вопросов, на которые не существовало ответов. У него мелко тряслись руки, и чтобы унять предательскую дрожь он по привычке нащупал маленький кружок, висевший на шее. Он обзавёлся этой дурацкой привычкой в минуты страха и сомнений, слушая взрослых, что твердили ему о вере и Боге. Становясь старше, он все больше сомневался во всемогущем господе, что допускал так много несправедливости по отношению к своим созданьям. Азул не мог взять в толк, почему создатель наградил своих чад отвратительными пороками и низостями, в которые они погружались с головой из поколения в поколение. Сначала Бог допустил страшную трагедию, позволив людям уничтожить Землю, чтобы научить истине, чтобы открыть им глаза, как утверждали святые отцы Циркулярной церкви. Затем, переселив людей в новые миры, им подарили бесценный шанс начать жизнь заново. И что же видел Азул? А то, что история повторялась виток за витком, как это происходило тысячи лет до него. Принадлежа к верхушке социального слоя, он мог наблюдать все подлости и низости с самого удобного ракурса, не заблуждаясь насчет льстецов и лжецов. Слишком доходчиво объяснил отец, кто такие люди. Так стоило ли Господу дарить им новые шансы? Часто размышляя об этом, Азул все больше приходил к выводу, что это напрасный труд, который никогда не оценят и не поймут. Лучше бы Бог прихлопнул этих тараканов ещё в самом начале, оставив мир в покое, не дав растерзать свое творение. Азул не находил в своей жизни ничего привлекательного, осознавая тот факт, что мир прогнил и ничего нельзя изменить, как бы церковь не отмаливала смертные грехи человечества. Принц знал заранее, что обречен занять место отца, а, возможно, и Императора, и до конца нести бремя долга, зная наперед, что все его усилия тщетны и бесполезны. Он не верил в спасение и воскрешение, он не представлял очищение души и возрождение добродетели. Как можно было оставаться непорочным среди тысяч миллионов тех, кто скалил зубы и стремился оторвать кусочек для собственной выгоды? Спасение мира было невыполнимой миссией, и каждый новый правитель просто выполнял положенное, живя в роскоши и разглагольствуя о светлом будущем. А когда заканчивалась очередная эпоха, становилось очевидно, что, несмотря на технический прогресс и рост материальных благ, ничего по сути не изменилось. Придя к таким выводам, Азул смирился и ожесточил свое сердце настолько, чтобы уже ничего не могло потревожить его на выбранном пути. Он принял свое предназначение и спокойно шел к цели, зная заранее, что это просто обязанность, лишенная всякого смысла. Став кандидатом на императорский трон, он также безропотно принял новую ответственность и был готов с честью взвалить на свои плечи ещё один долг, понимая, что кто-то должен это сделать, кто-то достойный, кто-то осознающий все жизненные нити в бесконечном потоке вселенной. Азул ни секунды не сомневался, что сможет выполнить предначертанное, потому что смирение и послушание уничтожили порывы и надежды юного сердца слишком рано, раскрыв суть людских сердец. Но сейчас, топчась по никому неизвестной планете Азул чувствовал, что хоть и презирает ведомый ему мир всей душой, он отчаянно жаждет туда вернуться. То хорошее, что он знал и видел, магнитом тянуло обратно. Там была мама, и дом, где он научился играть на пианино; и пусть счастливых моментов было немного, но это все, что когда-либо было важным для потерявшегося имрахца. И он хотел домой. Дико. Отчаянно. Домой. Азул снова вернулся мыслями к фризийцу, казавшемуся ему досадным отклонением, дефектом происходящего в его жизни, мелким недочетом, что мог привести к краху устоявшихся мировоззрений молодого принца, а возможно, и к краху всей Империи. Разве мог Император так ошибиться, избрав в преемники мелкую букашку, не ведавшую и не понимавшую, что значит управлять другими? Невозможность объяснить этот поступок терзала Азула, день за днем все больше настраивая его против Кира, и когда тот раз за разом доказывал, что способен существовать в Прайме наравне со всеми, Азул бесился от удушливого возмущения, выворачивающего душу наизнанку. Прошло больше времени чем следовало, и Азул сделал решительный шаг в комнату, готовясь отправиться в обратное путешествие один. Если фризиец не пришел, это его дело, он волен поступать как знает, Азул не собирался ждать более. Подойдя к воротам перемещения, он нажал простую комбинацию, активируя устройство и готовясь покинуть проклятый Сидерис. Азул не смог сделать шаг. Он просто не мог его сделать! Его ноги словно приросли к полу. Он должен был покинуть эту планету немедленно! Вернуться домой и нести ответственность перед всеми! Перед родными, перед народом Имраха, перед Империей! Сердце бешено колотилось в груди, не давая дышать и четко видеть. И впервые он так ярко, так резко ощутил, что несмотря на то, что его руки скованы цепью долга, что тянется внутрь, в глубины темного портала, призывая вернуться домой — на нем есть ещё одна цепь. Та, что опоясывает грудь, не давая раскрыть легкие и сделать вдох, нужный для движения вперед. Прочная цепь, заплетенная раздражением, непониманием, недоумением и растерянностью. Запаянная ненавистью и привычкой к тёмному чувству, скрепленная моментами, навсегда вписанными памятью в саму сущность Азула. Эта чертова красная ленточка… Он дважды был обязан жизнью этому несчастному оборвышу! И зачем только он его спас? Зачем?! Ведь он же видел, как тот упивается презрением, глядя свысока и ухмыляясь. З-А-Ч-Е-М?! Азул не мог понять, не знал как объяснить самому себе, отчего он не может шагнуть вперед, но чувствовал, что сделав шаг к порталу, он переместится назад, а чтобы идти дальше, идти вперед — жить! — ему нужно вернуться. Несясь по коридорам, он рукавом стирал раз за разом постыдную влагу с лица, а слезы все не прекращались. Имрахец скрипел зубами от злости, что ненависть, рожденная пустой досадой и непониманием, словно туман рассеивалась вокруг с каждым новым шагом, с каждым вдохом, рвущим легкие от сумасшедшего бега. И он не мог уйти. Просто не мог. Он желал жить дальше, идти вперед в масштабах своей собственной вселенной. Но если фризиец останется здесь, он никогда не сможет этого сделать. Азул не имел ни малейшего понятия, почему так случилось, почему его разум и сердце предали его так внезапно, так неожиданно, оставляя с единственной мыслю о том, что он должен остаться здесь. Рядом. Чего бы это не стоило. Даже если ценою выбора станет блуждание среди чужих звезд. Навечно. Кир услышал как у дверей Мостика раздался шум. Время было дорого, но если это был кто-то из ученых или инженеров, то их помощь могла оказаться неоценимой, и потому, сорвавшись с кресла, Кир ринулся к двери. На пороге стоял Азул. Свет ярко бил из коридора в сумрак Мостика, и Кир не смог рассмотреть лицо имрахца. — Почему ты не улетел? — Отойди, — грубо бросил принц и, задев его плечом, прошел внутрь, Кир пошел следом. — Что можно сделать? Выяснять причины нахождения Азула там, где его быть не должно, у Кира не было времени. Поняв, что другой помощи ждать неоткуда, он собрался с мыслями — Заверши эвакуацию, просто следуй инструкциям, — и фризиец, махнув в сторону своего прежнего компьютера, поспешил к главному. Киру удалось отменить множество простых команд, и он надеялся, что справится с остальными. На свой счет заблуждаться не приходилось. Несмотря на помощь Азула, большая часть ‘живых’ блоков были безвозвратно повреждены, но оценивать ущерб не имело смысла — многих было уже не спасти, поэтому Кир попытался сделать всё, что ещё можно. На деактивацию систем Сидериса вовсе не хватало времени, и Кир отказался от этой идеи, понимая, что самым важным сейчас являлось справиться с огненным ядром. Но сюда успел дотянуться Главный Инженер. Как бы не пытался обойти программу Кир, он каждый раз натыкался на блоки и невозможность завершить процесс корректировки данных. Траектория была намеренно сбита, и ’Посыльный’ — корабль, ведущий осколок полагаясь на магнит, больше не отвечал. Старик успел блокировать каналы связи. Хотя — даже при возможности контакта, Кир не был уверен в том, как следовало поступить. Сейчас он в молчании взирал на показания системы и никак не находил возможного ответа — Я закончил, — раздался голос Азула за спиной. — Спасибо. — Проблемы? — Ещё какие, — мрачно отозвался Кир. — Где-то через час в Гею врежется гигантский горящий осколок звезды, и тогда всему конец. — Есть идеи? Кир снизу вверх уставился на имрахца. Пока он старался предотвратить последствия действий Главного инженера, несколько идей, одна безумней другой, пришли ему на ум. — Не уверен, — пробурчал юноша и, снова обернувшись к панели, решил проверить возможности. — Дай минутку. Кир просматривал данные на корабли Сидереса. Запустил поисковик, указал определенные параметры судна, и уже через несколько секунд система услужливо подкидывала затребованные данные. Чтобы выправить траекторию осколка, можно было столкнуть его с препятствием и заставить отклониться на определенный угол, или ударить по касательной чем-нибудь мощным. Именно такого рода снаряд и искал Кир на воздушных кораблях Сидериса. — Есть! Смотри! Азул подошел вплотную к монитору, насколько позволяла панель. На нем тут же засветились ровные строчки цифр, выведенных Киром на экран. — На Сидересе есть два подходящих буксировщика, располагающих хоть и маленькой, но огневой мощью, и один находится в состоянии готовности примерно в километре от Мостика. — Подходящих для чего? Кир сглотнул: — Для того чтобы вылететь навстречу осколку и, ударив ракетами, выправить градус. Азул обернулся, край его рта загибался в презрительной иронии. Кир нахмурился: — Знаю, что бред. Но ничего лучше не придумал. — Думаешь, есть хоть один шанс? — Ухмылка тутже исчезла с лица имрахца, уступив место сосредоточенности. — Может повезти. — Попробуем? — Есть несколько загвоздок. Азул кивнул, показывая, что внимательно слушает. — Тебе придется завершить эвакуацию. — Дальше. — После того как я уйду, ты поднимешь Мостик в воздух и выведешь его за орбиту Сидериса, — на вопросительный взгляд Азула Кир добавил, — мы в рубке корабля. Поднявшись над планетами, будешь меня вести. Судя по данным, — Кир кивнул в сторону экрана, — система навигации ‘Мурены’, отысканного системой буксира, довольно простая. Первые корабли включали систему защиты на крайний случай, поэтому на них есть пусковые системы и ракеты. Наверное со временем стало очевидно, что никто на них нападать не собирается и более новые модели не включают никакого оружия вообще, поэтому старый бортовой компьютер не потянет всех нужных расчетов. Тебе придется произвести их самому и сообщить мне. — Справлюсь. Почему-то от высокомерия имрахца Киру стало легче. — Отлично. — А ты уверен, что мощности ракет хватит? — Не уверен. Но возможно, залп и сила инерции решат проблему, это будем выяснять в процессе. Азул кивнул, понимая, что больше Киру сказать нечего. Фризиец поднялся с кресла и направился к двери. — Прощай, — не оборачиваясь, бросил он. — Даже не мечтай, я не останусь в этой дыре один, — услышал Кир за спиной и, улыбнувшись, кинулся в ангар старенького буксира. Пробегая коридор за коридором, Кир думал об одном — у него все получится. Он желал прожить самый счастливый день именно сегодня, когда удача и все силы Вселенной были бы с ним заодно. Оказавшись на месте, ему понадобилось несколько минут, чтобы забраться внутрь ‘Мурены’ и запустить энергосистемы внушительной махины. Компьютер отрапортовал о пятиминутной готовности — гигантские паровые машины, служившие двигателями, взревели где-то в недрах машинного отделения, пустив волну дрожи по железной оболочке корпуса. Включилась связь, Кир надел наушники. — Ты меня слышишь? — На связи. — Через две минуты взлетаю, открой отсек. В узкое смотровое стекло Кир увидел, как расходятся тяжелые металлические створки ворот. Двигатели набирали обороты, увеличивая тягу. Кир проверил шлюзы, запустил гидравлику, перераспределил воздух в кислородных болонах — все системы жизнеобеспечения были в порядке. Щёлкнул тумблером движения. Дернувшись, ‘Мурена’ поползла к тоннелю вылета. Сцепка шасси со шпалами рельс трухнула корабль еще раз, и шумно заскользив, буксир стал набирать скорость. — Открываю внешний шлюз, — прозвучало в наушниках. И тут же Кир заметил движение впереди. Скорость все росла, на угрожающих оборотах ‘Мурена’ катилась вперед. Полностью раскрывшиеся створки уже через секунду выпустили старый буксир, который ухнул вниз и, покачиваясь из стороны в сторону выровнялся, набирая высоту. — Взлет прошел успешно. — Хорошо. Начинаю подъем бытотсеков и тоже взлетаю. — Понял. Кир покидал атмосферу Сидериса, и чем выше он поднимался, тем шире открывались глазу индустриальные постройки, будто лесами покрывшие погибающий шарик. С высоты были заметны круги колец, поддерживавшие колодцы и перекрытия котлованов, покоящихся в недрах. Ни кусочка земли, ни одного деревца — только монстр железных джунглей, уродливо вздымающий гребни высотных кранов и пасти громадных экскаваторов, обломанные зубья которых виднелись даже отсюда. Еще выше — и печальное городище скрылось в иллюминаторе. Небо перед Киром медленно рассеивало свинец туч, выпуская корабль в темные слои стратосферы, и уже первые звезды неясно блеснули впереди. Кир прибавил скорости, вырываясь из оболочки Сидериса. — Веди меня. Азул отозвался с другой стороны, быстро диктуя координаты. — Люди в порядке? - Да. Взлетаем. — Понял. Как буду на месте, выйду на связь. Если верить приборам, то ’Мурена’ уверенно резала околопланетную орбиту на части, легко преодолевая гравитацию и унося Кира вперед. Не ожидая скоро увидеть огненный осколок, фризиец вздрогнул, когда слева вспыхнуло яркое пятно, растворяя мертвую темноту ‘Вот оно — сердце’, — подумал Кир, невольно любуясь горящим метеоритом, летевшим от гигантской матери — Солнца! Слушать сейчас! Galneryus_-_Hunting_For_Your_Dream_Hunter_x_Hunter_-_Ending_ (iPlayer.fm) В наушниках вдруг раздался хрип: — Прием, на связи капитан ‘Посыльного’, Гров, вы меня слышите? — Слышу вас, капитан, — отозвался Кир. — Кто вы? Юноша промедлил пару секунд: - Кир, временный капитан буксира ‘Мурена’. — Ваша цель? ‘Спасти вашу шкуру.’ — Помочь вам с заданием. — Кто назначил? Объяснять, что произошло на Сидерисе, не имело смысла. — Главный Инженер. Я сотрудник Мостика. — Почему нет связи с Мостиком? — Не знаю, — без зазрения совести солгал Кир, времени для сомнений больше не было. — У меня есть связь. Повисла тишина, Кир сжал зубы, напряженно ожидая, возникнут ли у него новые сложности, по его мнению их было вполне достаточно на одну тысячу жизней. — Ваш план? — Собираюсь дать залп ракетами, выводя ядро на нужную траекторию. — Разве ‘Мурена’ располагает нужной мощью? Кир вздохнул, понимая, что Азул его сейчас слышит: — Не уверен. Если этого будет недостаточно, пойду на таран. — Сука, —, а вот это был голос Азула. Да, имрахцу он тоже соврал. Пусть тот, возможно, и не сможет вернуться домой, но точно переживет сегодняшний апокалипсис, а говорить, что Гея является ничем иным как Землей и сейчас они проживают глубокое прошлое, совершив огромный скачок во времени, Кир не собирался. Не было никакого смысла сводить с ума имрахца. Он осуществит задуманное, и пусть капитан ‘Посыльного’ и Азул решили, что он свихнулся — может, так оно и было. Вот только парень верил, что все получится и, возможно, ему не придется брать на абордаж плавящийся от запредельных температур осколок. А если и придется… не важно… он выживет. Пока все молчали у Кира возникла еще одна идея: — Капитан Гров? — Слушаю. — Вы больше не ведете ядро на притяжение, так? — Так точно. — Если я зайду справа и атакую объект, а вы слева врубите свой магнит, думаете, это усилит эффект инерции? Очередная пауза. — Вероятно. — Вы согласны? - Да. — Отлично. Через пятнадцать минут я буду в зоне атаки. — Кир бросил взгляд на табло — черточки электронных цифр показывали общее время до столкновения около тридцати минут. — До связи, — по-военному отозвался капитан. — До связи. — Кир на миг выключил связь с «Посыльным». — Прости. Тишина. — Капитан, — позвал Кир, выходя на рубеж атаки. — Прием. — Вы готовы? — Так точно. Вижу вас по левому борту. Продолжаем преследование объекта. — Через минуту начинаю атаку. У меня шесть залпов, врубайте магнит после каждого взрыва. — Вас понял. До связи. И Кир снова отключил неожиданного помощника. — Прости, но мне нужны данные. — Скорость объекта… — ровным голосом отозвался Азул, дальше называя угол, гравитационную тягу Сидериса и остальные параметры, позволяя Киру скорректировать собственное движение и угол атаки — от этого будет зависеть все, в том числе и их будущее. — Начинаю атаку! Кир дал первый залп и, с промежутком в геометрической прогрессии, стал поочередно выпускать ракеты. Яркие вспышки разрывали плавно обтекающее пламя, вгрызаясь рваными взрывами в правый бок осколка. Кир не видел, но был уверен, что ‘Посыльный’ выполняет свою часть работы, заметив, как через секунду после первого взрыва отсвечивающая точка корабля переместилась в вытянутом иллюминаторе ближе к цели. Кир знал, что до того как он выпустит последний заряд, ему предстоит принять решение — хватит ли этого или нет. Еще секунда на включившийся магнит с обратной стороны, и либо он таранит обломок телом корабля, либо упускает время и… Четвертый заряд разорвался ослепительными всполохами. — Прогнозы! Тишина. — Азул!!! Тишина. Пятый заряд вылетел из ракетной шахты и понесся вперед. — Ты должен мне ублюдок!!! — Не хватит, — шепотом в уши. — Спасибо. Кир отключил связь. Ему все-таки придется это сделать. Значит, так надо. Шестой заряд ушел за пятым. «Мурена» приближалась к критической отметке. Щелчок тумблером связи: — Капитан! Ближе к ядру! — Понял! Выжимая все, на что была способна старая калоша, Кир несся на слепящее пятно, быстро заполняющее узкую полоску видимости. ‘Жарко’, — пронеслось в голове за долю секунды до того как «Мурена» на всех парах врезаясь в маленькое солнце, взрываясь и разлетаясь миллиардами горящих крупиц. Комментарий к Глава 24 Азул (Часть 1) http://www.pinterest.com/pin/514184482428245932/

http://www.pinterest.com/pin/514184482429186864/ http://www.pinterest.com/pin/514184482429186877/

====== Глава 24 Азул (Часть 2) ======

Yuzu_-_Nagareboshi_Kirari_Hunter_x_Hunter_-_4_ending_(iPlayer.fm)

Так жарко Киру было только однажды. В тот день он выволок обгоревшее тело имрахца, полыхая одеждой, волосами, кожей. Но остался жив. Потому, что когда-то он понял, что сила, энергия Жизни сильнее недвижимых гор, ледяных пустынь, полыхающих солнц... Как и тогда, во время страшной аварии, он почувствовал, как ослепительная пленка, похожая на ту, что защищала его сознание и оберегала мозг от боли, медленно расползалась по телу, закрывая каждый кусочек, каждый клочок Кира. Он знал, что это он сам. Фризиец не желал погибать и пытался уберечь себя от испепеляющего пламени. Окутавшись в непроницаемый саван, он сделал вдох и, собрав каждую частичку собственного духа, единым мощным толчком вытолкнул всю без остатка энергию наружу, образуя непроницаемую сферу вокруг себя, точно такую же как и та что спасала его от ощущения боли. Но теперь эта сфера была так же материальна, как и миллиарды звезд, окружающих Кира и так же крепка, как и его вера в то, что сегодня он не погибнет. *** Азул сидел в кресле Главного Инженера, забравшись в него с ногами и закрыв руками лицо. Ему казалось, что погиб он сам. Азулу чудилось, что лютая ненависть к сопернику была сказкой. Вымыслом, случившимся вовсе и не с ним, ведь сейчас совсем не это чувство раздирало его на части. Ему было горько, холодно и одиноко – он совсем не хотел смерти наглого придурка. Подумаешь, его выбрал Император, фризийцу все равно было не суждено занять трон. Но ведь когда он думал об этом, он ни разу не представлял его смерти или гибели, скорее провал и возвращение в свой никому не известный темный угол. А теперь его не стало. Вместе они жили на Сидерисе, работая плечом к плечу, стараясь выбраться, выжить... вместе. Кир исчез. Разве не этого он хотел? В этом не приходилось сомневаться. Так когда же все успело измениться, перевернув личную вселенную Азула с ног на голову и заставив почувствовать признательность к фризийцу, дважды не бросившему его, при том что он плевал в него при каждом удобном случае? Он хотел вернуть долг и остаться честным перед собой, когда летел прочь от отсека Космодрейфа. Признаться самому себе, что кем бы он себя не считал и как бы не обманывал, он все же отчаянно хотел верить и надеяться, что мир не так уж плох. Разве фризиец не доказывал это сотни раз, честно сражаясь за свое существование, когда окружающие швыряли камни, когда он выжил на Доругане, и не был съеден аборигенами, и даже помогал этой голубоглазой дуре – жениться решил! Наверняка она его втянула в какую-то глупость, а у этого наивного идиота не хватило мозгов понять, в чем дело. Его поведение было глупым, неоправданным и... благородным. Азул не встречал никого и вполовину настолько честного и смелого как Кир, и не за то ли он его презирал, что появившись из глухой черной дыры Империи, он был лучше многих. Лучше всех. Лучше него. И он рискнул заглянуть в глаза надежде, когда дверь Мостика открылась во второй раз. Он хотел верить, что и он имеет право быть лучше, сражаться за то что он считает стОящим, идти в том направлении, куда ведут его разум и сердце. И вот теперь эта самая надежда облетала тонкими сухими лепестками на пол, собираясь раствориться в тишине неизвестного мира, не оставив о фризийце даже воспоминания, грозя превратиться в галлюцинацию и утопить сознание в белом шуме. – Мостик, ответьте! Настойчивый голос капитана Грова доносился из коммуникатора. Азул сумел разблокировать заслон между двумя кораблями, когда Кир связался с докучливым ‘Посыльным’ впервые, но разумно решил не сообщать о своем присутствии, поняв, что Кир ведет какую-то игру, говоря, что послан Главным Инженером. – Мостик, ответьте! Не двигаясь с места и не глядя на панель, он протянул руку к тумблеру, собираясь остаться в одиночестве, хотя это уже и так случилось. – ‘Капитан, неизвестный объект в... каком-то шаре, по виду это... человек...’ – тихо прохрипело в наушнике на заднем фоне связи. – Прием!!! – закричал в микрофон Азул.

====== Глава 25 Новый свет ======

Открыв глаза, Кир тут же зажмурился. Яркий свет врезался во всю ширь окна, ослепляя и дезориентируя и без того плывущее сознание.

Он обнаружил себя в небольшой комнатке на кровати у стенки, укрытым белой простыней. Последнее что он помнил, как его собственная энергия, отрываясь от тела, болью срывает кожу, образуя идеальную сферу, копию той, что окутывал себя Кир в минуту физических страданий. Подавив головокружение, он сел и выпил два стаканы воды из графина на прикроватной тумбе, и через минуту, напрягая ослабевшие мышцы, попытался встать. Ему пришлось опереться о стену, чтобы не плюхнуться обратно в койку, и, ощущая шероховатую поверхность свежеобтёсанного дерева, он медленно побрел к окну. Широкий незастекленный прямоугольник дыхнул свежестью в лицо, и Кир, натужно щурясь, попытался разглядеть пейзаж, растекающийся перед глазами насыщенными красками жизни. Обширное полотно сочной яркой зелени разворачивалось покуда хватало глаз, срываясь в никуда и снова вырастая перекатистым холмом впереди. Плавные изгибы поросших горбов бугрились, набирая взлет и утекая в небеса все выше и выше, превращаясь в остроконечные пики гор, щедро укрытые снегом, отливавшим серебром солнца, что висело чуть выше, грозя в скором времени спрятаться за великаном. Кир высунулся дальше из окна и обнаружил себя торчащим с краю длинного бревенчатого строения, едва ли выше двух метров. Дальше от него вертелись люди, возясь с оборудованием и ящиками, укрытыми сверху темным полотном. Чуть оттолкнувшись назад, фризиец поспешил покинуть комнатку и оказался в длинном коридоре. Здесь тоже была тихая возня рабочих — их Кир определил по знакомой синей форме третьего цеха. Они крыли пол, прикручивая свежие деревянные доски, этот запах приятно напомнил Киру о доме и новых срубах, что ставили целыми семьями. На него никто не обращал внимания, и юноша спокойно выбрался наружу через главный вход. Ему потребовалось около минуты, чтобы привыкнуть к ослепляющему свету, косыми лучами въедавшемуся в окружающее пространство. — Наконец-то, — раздался недовольный голос сбоку. — А я уж думал, спящая красавица не соблаговолит проснуться. Слегка загорелый имрахец тащил средних размеров ящик, держа его за боковые прорези с двух сторон. — Ты же принц, вот и поцеловал бы, — ловко парировал Кир заносчивого придурка. Азул нехорошо прищурился, сжав челюсть. — Мы на Гее? — Кир не решался произнести известное им двоим название, будучи не уверенным в том, что происходит. - Да. Работаем, пока ты дрыхнешь. — Сколько я был в отключке? — Одиннадцать дней после того как мы с капитаном ‘Посыльного’ выловили тебя из космоса. После осмотра врачи сказали, что с тобой все в порядке, не считая необычно тяжелой формы истощения. Что это было? — решил спросить Азул, намекая на таинственную белую сферу, оказавшуюся настолько прочной и неприступной что даже температура в тысячи градусов не причинила недоумку никакого вреда. Пока тот не приходил в себя, принц не раз задумывался об этом, понимая, что наверняка нечто подобное произошло во время того, как его собственный челнок потерпел крушение на пустошах Геркона. Кир молчал. Вокруг продолжали сновать люди, занимаясь обустройством нового места. Азул приблизился к нему вплотную. Понимая, что фризиец не собирается отвечать, он не стал настаивать, догадываясь, что это какие-то тайные штучки его народа, которые каждый представитель этого странного племени держал в секрете и сплетни о коих столетиями заплетаются вокруг длинных языков Империи. — Для всех мы по-прежнему Ниоба и Исмен. Выдохнув, Кир спросил: — Что случилось после столкновения с осколком? Поставив на землю коробку, полную недовольно взвякнувших железок, Азул опустился сверху. Кир не стал выпендриваться и сел рядом на свежую травку, усталость накатывала призывными волнами, заставляя расслабиться. — Случилось то, что нам невероятно повезло. Траекторию удалось выровнять настолько, чтобы осколок влетел внутрь Геи, буквально протиснувшись по левой стороне. Взрывы прогремели по расписанию, вызвав цепную реакцию и навсегда запечатав ядро внутри планеты. А дальше Гея сдвинулась по запланированному углу и вытолкнула Сидерис ко всем чертям, заняв место на его эллипсе. С минуту Кир молчал, обдумывая услышанное, Азул не торопил. — Многие погибли, у большинства выживших напрочь отшибло память и они вынуждены учиться с нуля. Из-за нарушения программы они вернулись к уровню младенцев и теперь оставшиеся сотрудники Начотдела занимаются воспитанием туповатых детей под метр семьдесят в среднем. Там в низине, — Кир проследил за брошенным в сторону взглядом и увидел скопление сотен крыш разного размера, которые, по-видимому, являлись верхней частью эвакуированных бытблоков. — Вчера было собрание тех, кому все же повезло, и они остались в своем уме. Решили, что некоторое время поживут вместе, обследуют территорию и разморозят биомассу. Кир вопросительно уставился на имрахца. — Они умудрились заморозить образцы животных, обитавших на Сидерисе, когда поняли что еще немного, и те вымрут от отсутствия еды и чистой воды. А когда разрабатывали стратегию переселения в День Икс, то решили, что заботиться об этом будет некогда и закатали мороженые тушки тварей прослойкой под полом бытблоков, около столетия назад. Азул переместился на траву с другой стороны ящика и прищурился, греясь в закатных лучах уходящего солнца. — Затем они расселятся, осваивая главные водные артерии и начнут новую… — Азул осекся, — или старую историю Земли. — Когда ты понял что Гея это Земля? — после минуты молчания раздался голос Азула из-за ящика, его лица Кир не видел. — Чуть раньше, чем ты появился на Мостике. Главный Инженер каким-то образом прочел нашу память. — Преодолевая нежелание возвращаться в день аварии, Кир все же продолжил, решил умолчать, что на самом деле тому удалось прочитать только сознание Азула. — Не выдержав гибели своего творения, он лишился рассудка и решил не дожидаться того момента, когда будущие поколения уничтожат детище всей его жизни своими руками. Поэтому, когда ты возник на пороге, я старался устранить последствия его саботажа. — А я все думал, как тебе удалось так налажать, — философски заметил Азул. Кир от такой наглости поперхнулся и привстал, но имрахец, старательно игнорируя яростный взгляд, смотрел куда-то далеко за горизонт. — А где Инженер? Я оставил его в медблоке, — скрипя зубами, спросил Кир. — Мы обнаружили разбитую панель через несколько дней, сразу после того как удалось приземлиться. Тщательно обследовали Мостик и весь корабль на наличие повреждений. Там никого не было. Нахмурившись, Кир подался вперед, обхватывая руками колени. Если Главный Инженер разгуливает где-то в округе, то у них могут появиться неприятности — кто знает, что за дикие мысли бродят в его голове. Солнце уже коснулось пика, катясь важным колесом вперед и погружая Гею в сумрак, когда Кир прервал затянувшееся молчание. — Мне жаль, что нам придется остаться здесь навсегда. — Сдурел?! — подавился вскриком задремавший Азул. Кир хмуро поглядел в лицо подскочившего имрахца, размышляя, насколько серьезно отшибает разум после такого стресса. Азул долго вглядывался в темно-серый тяжелый взгляд, а потом улыбнулся и хмыкнул: — Смотри, — пальцем указав куда-то в небо. Кир не сразу разглядел тоненький, едва проступающий в темноте край — Сидерис! Ну конечно! Если существует Земля, значит, при ней существует ее извечный спутник — Луна или Сидерис! Ведь даже в его время на некоторых фотографиях погибшей Земли иногда различима скромная серая сфера. — Не может быть! — Он вскочил, взглядом прожигая виденье. — Но наверняка после аварии там ничего не уцелело. — Уцелело, — помучив Кира пару десятков секунд, ответил Азул. — Только нужны генераторы, как раз те, что я загрузил утром на Мостик, и подняться до нужного отсека сможем только на наших челноках. Вернее на моем, твой завалило и помяло, а мой на ходу, несмотря на некоторые повреждения. Кир неверяще таращился на вальяжно раскинувшегося на лужайке Азула. Тот неожиданно подмигнул: — Я вчера был там и все проверил. Отсек уцелел, и мы отправимся туда, как только ты будешь годен для перелета. — Я готов! — Э нет, пока я не набью тебе морду за враньё, да и за все остальное, мы никуда не двинемся, а драться с недобитым фризийцем ниже моего достоинства, — напыщенно закончил блондин, задирая нос кверху и слегка отворачиваясь. — С недобитым, говоришь, — низко прорычал Кир, сжимая кулаки… *** — Готов? — спросил Кир у имрахца. Тот кивнул — разбитая челюсть не позволила ответить по-другому. Кир потянулся к кнопкам активации, морщась от боли в ребрах — кажется, это был перелом. Портал замерцал тусклым водоворотам ассиметричного движения, и подростки смело шагнули вперед, одновременно пропадая в неизвестности. YUZU — Hyouri Ittai (hunter x hunter

END

5) Комментарий к Глава 25 Новый свет Слушаем

YUZU

– Hyouri Ittai (hunter x hunter

END

5)

http://www.pinterest.com/pin/514184482428415772/

http://www.pinterest.com/pin/514184482428555105/