– Мне кажется, – Вдовушка промолвила с ноткой сарказма, – что Айрин довольно большая девочка, чтобы самой о себе позаботиться.

– Но ей противостоят трое, – напомнила мисс Лорд.

– Я вызвала Пэтти в свою комнату, – произнесла мисс Уэдсворт, – и потребовала объяснения. Она сказала, что миссис Трент полагает, что Айрин слишком полная и попросила их сделать так, чтобы она сбросила двадцать фунтов! Пэтти сказала, что это трудная задача и они сами худеют, но сознают, что являются старшеклассницами и должны распространять влияние на всю школу. Я, правда, думаю, что она говорила честно. Она очень славно говорила о моральной ответственности и необходимости старших девочек подавать пример.

– Ничто так не возмущает, как ее наглость, – сказала мисс Лорд.

– Но это же Пэтти! – засмеялась Вдовушка. – Должна признаться, что эти трое меня рассмешили. Это доброе, здоровое озорство и хотелось бы побольше такого озорства. Они не подкупают горничных, чтобы те носили на почту их корреспонденцию; не провозят сладости контрабандным путем, не флиртуют с продавцом газированной воды. По крайней мере, им можно доверять.

– Доверять! – едва не задохнулась мисс Лорд.

– Весело и беззаботно нарушать всякое незначительное правило, – кивнула Вдовушка, – но никогда не делать ничего бесчестного. У них добрые сердца и все девочки их любят…

Внезапно раздался стук в дверь и не успели они ответить, как дверь резко распахнулась и на пороге возникла Керен-Хаппук. Одной рукой она сцепила на груди складки блестящего японского кимоно, другой – жестикулировала. Кимоно было усыпано изрыгающими пламя драконами величиной с кошку, и изумленным зрителям показалось, что пылающее лицо и растрепанные волосы Керен приводят в исполнение эффектную интригу. Личный кабинет Вдовушки являлся священным местом, отведенным для формальных деловых встреч. Никогда еще ученица не появлялась в столь фамильярном облачении.

– Керен! – вскричала мисс Уэдсворт. – Что произошло?

– Я требую другую соседку по комнате! Я больше не в силах терпеть Присциллу. Она устраивает день рождения в моей комнате…

– День рождения? – Миссис Трент вопросительно обернулась к мисс Уэдсворт.

Та безрадостно кивнула.

– Вчера у Присциллы был день рождения, и она получила посылку от своей тети. Это был вечер пятницы, я разрешила ей…

– Естественно. – Вдовушка повернулась к скорбной фигуре в центре кабинета. – Эта комната принадлежит Присцилле в той же мере, что и тебе и…

Керен нырнула в море слов. Четыре дамы подались вперед, напряженно пытаясь что-то разобрать в этом потоке.

– Они использовали мою кровать в качестве стола, потому что она не стоит у стены, и Пэтти опрокинула кружку с шоколадом прямо на середину кровати. Она сказала, это случайно, но сделала она это специально – я точно знаю! А поскольку я возразила, Присцилла сказала, что не вежливо обращать внимание, если гость что-то пролил, и вылила мне на подушку стакан жидкого желе, чтобы Пэтти не чувствовала дискомфорта. По ее словам, хозяйка должна так поступать из вежливости: они проходили это в прошлом году на уроке хороших манер. И шоколад пропитал все насквозь, а Конни Уайлдер сказала, что, к счастью, я худая и могу спать, изогнувшись дугой вокруг шоколадного пятна; случись такое с Айрин Маккало, ей пришлось бы улечься прямо на него, потому что она такая большая, что занимает всю кровать. И Присцилла сказала, что я могу благодарить завтрашнюю субботу, когда нам дадут чистые простыни; могло ведь так случиться, что мне пришлось бы целую неделю спать в этой шоколадной луже. А потом прозвучал отбой, они оставили меня убираться, экономка отправилась в постель, я не могу получить свежее постельное белье и я не буду так спать! Я не привыкла спать в шоколадных простынях. Мне не нравится Америка, и я ненавижу девочек.

Слезы скатывались по щекам Керен на огнедышащих драконов. Не сказав ни слова, Вдовушка встала и позвонила в колокольчик.

– Кэти, – попросила она, когда в дверях появилась дежурная горничная, – принесите, пожалуйста, свежие простыни для мисс Керен и перестелите ее постель. На сегодня хватит, Керен. Отправляйся спать как можно быстрее и не разговаривай. Ты не должна беспокоить других девочек. Насчет того, чтобы поменять соседок, мы решим завтра.

Кэти удалилась с возмущенными драконами впридачу.

Повисла тишина, мисс Уэдсворт и Мадмуазель обменялись полным отчаяния взглядом, а мисс Лорд нацепила на себя боевые доспехи.

– Вот видите! – произнесла она с ноткой триумфа в голосе. – Когда они начинают третировать бедную маленькую…

– Судя по моему опыту школьной жизни, – рассудительно молвила миссис Трент, – когда девочку третируют, виновата в этом она сама. Их методы жестки, но уместны. Керен – неисправимый маленький педант…

– Но, во всяком случае, Вы не можете позволить, чтобы она страдала…

– О нет, я сделаю все от меня зависящее для примирения. Завтра утром Керен может переехать к Айрин Маккало, а Пэтти, Конни и Присцилла отправятся в свои прежние комнаты в Западном Крыле. Мадмуазель, Вы вроде привыкли…

– Я не возражаю против того, чтобы они были вместе. Просто они, как Вы их называете, жизнерадостны. И верно, очень сложно, когда они рассредоточены.

– Вы хотите сказать, – изумленно воззрилась мисс Лорд, – что собираетесь вознаградить их за недостойное поведение? Но это именно то, ради чего они старались.