Двери перед нами распахнулись, и Илериса величественно вошла в комнату, в которой вся отделка была в бело-голубых тонах. Вдоль противоположной стены стояли четверо мужчин, одетые в бежево-черную одежду. Они низко поклонились вошедшей Правительнице.

– Это Малый обеденный зал, - продолжала рассказывать Илериса.
– Большим мы пользуемся крайне редко, только когда проходят какие-либо приемы или балы. Ну, еще, когда к нам посольства приезжают. Вот недавно как раз были послы из Эланийской империи, но они не стали задерживаться. И сегодня отбыли на родину.

Я с наслаждением рассматривала большую комнату. Если это Малый зал, то тогда каких размеров должен быть Большой? Скрежет стульев по полу отвлек меня от созерцания вида в огромные арочные окна. Переведя взгляд, заметила Верховных Правителей, которые поднялись нам на встречу.

– Вам очень идет это платье, прекрасная дева, - с улыбкой поклонился черноволосый Гаральд.

– Вы очень преобразились, - так же кланяясь, сдержанно сказал Кадаган.

– Спасибо, - склоняясь в ответ, смущенно проговорила я.

– Братья, - обратилась к мужчинам Илериса.
– Она пока не помнит своего имени. Поэтому на время я дала ей новое.

– Называйте меня Эматрион, - сказала я.

– Эматрион…Рион… Риона… Рио… нет, все не то, - задумчиво проговорил Гаральд.
– О! Эма! Это же так просто. Вы не против, если я буду к Вам обращаться ‘Эма’?

– Нет, меня устраивает такое Ваше обращение, - улыбнулась я, присаживаясь за стол. Кадаган ничего не сказал, только галантно пододвинул стул, а затем отошел и сел во главе стола.

– Итак, Вы совершенно ничего не помните?
– задумчиво проводя пальцами по своему покрытому щетиной подбородку, спросил Кадаган.

– Да… - замялась я.- Простите, я не знаю, как у вас принято обращаться к Правителям.

– Можно просто ‘верховный’, - улыбнулся Гаральд.
– Но пока мы не в официальной обстановке, давай отложим все эти ненужные слова. И думаю, что можно перейти на ‘ты’?

– Но допустимо ли это?
– спросила я, пока мужчины в бежево-черной одежде подавали нам еду.

– Пока мы вот в таком узком кругу, то это вполне приемлемо. Но вот при официальных приемах, следует придерживаться правил этикета, - накладывая себе какой-то салат, проговорила Илериса.

– А можете рассказать мне пока об этом государстве… эммм… извините, не могу вспомнить название,- смущенно попросила я.

Посмотрев на сидящую напротив Илерису, заметила краем глаза как Кадаган и Гарльд переглянулись. Неужели они посчитали мою просьбу подозрительной? Повернув голову, взглянула на старшего из братьев. Волевые, прямые черты, серые пристальные глаза, немного пухлые губы. Когда мужчина заметил мой взгляд, слегка улыбнулся и решил ответить на мой вопрос:

– Ты сейчас находишься в озерной столице Нэй’кева королевства Фиртрика. У нас довольно большое государство. С севера его границы омывает Шумное море, на востоке в Мойтывых горах мы граничим с племенами скальных гоблинов, а на западе с лесными эльфами, на юге же от нас находиться Эланийская империя.

– В этом поколении Фиртрикой правят трое Верховных Правителей, - перебил брата Гаральд.
– Каждый из нас отвечает за определенное направление. Например, я за экономику, торговлю, внутренние связи с гильдиями и внешние с другими государствами. Кадаган за судебную, правовую отрасли, а еще армию и охрану порядка. Ну, а наша дорогая Илериса за культуру, образование и религию, развлечения для народа.

– Поразительно!
– восхитилась я.
– Насколько поняла, вы занимаетесь тем, что у вас лучше всего получается и то, что для каждого интересно?

– Да, верно, - улыбнулась мне Илериса.
– Но всегда решения принимаем все вместе. Это помогает рассмотреть проблему со всех сторон.

– А что значит ‘в этом поколении’?
– уточнила я.

– У нас не обязательно должен быть один Правитель, как это бывает, например, в той же Элании. Там только император. Его брат занимает должность советника. У Фиртрики же трое равных между собой Правителя. У нас общий отец, поэтому мы и встали вместе у власти, - ответил вновь Кадаган, а затем замолчал и уделил все свое внимание еде.

Я опустила взгляд в свою тарелку, мне стало стыдно. Не ведая, похоже, разбередила старую рану. Теперь понятно, почему у Илерисы глаза золотые, а у братьев - серые.

– Но это не мешает нам любить друг друга, - поспешно заверил Гаральд.

– Извините, я не знала, - закусив губу проговорила.

– Ничего, - тихо ответил Кадаган.

Над столом повисло неловкое молчание. Я пыталась придумать хоть какую-нибудь тему для разговора, потому что эта тишина стала меня тяготить. Но в голову ничего не шло. Однако, положение спасла Илериса, обратившись ко мне: