Еще одной парой, которую Бьянка хотела бы видеть в числе гостей, были работавший в латиноамериканском стиле певец Люка Перес, сравнительно недавно объявивший о своей гомосексуальной ориентации, и его партнер, британец Джероми Мильтон-Голд.

Александр не был гомофобом, но ему казалось, что его список гостей выглядит более внушительно.

Первым номером в нем значился известный американский политик, сенатор Хэммонд Паттерсон с женой. В последнее время он явно шел в гору, и не исключено, что рано или поздно Хэммонд станет президентом США.

Кроме того, Александр собирался пригласить в круиз знаменитого американского киноактера Клиффа Бакстера с его нынешней подружкой по имени Лори.

И наконец, третьим – и самым желанным – гостем Александра был его старый друг журналист Флинн Хадсон. Флинн не был ни богатым, ни знаменитым, зато он был умным и интересным человеком, способным поддерживать разговор на любую тему. С кем он приедет на яхту, Александр не знал, но не сомневался, что спутница Флинна вряд ли окажется безмозглой красивой куклой, неспособной связать и двух слов.

Пожалуй, подумал Александр, путешествие в такой компании запомнится им надолго. Бьянка пока не знала, что он решил назвать новую яхту в ее честь. Он, однако, не сомневался, что она будет довольна, и с удовольствием предвкушал радостное изумление, которое испытает Бьянка, когда увидит свое имя, выведенное крупными буквами на борту белоснежной океанской красавицы.

Кроме того, именно во время предстоящего путешествия Александр собирался сделать Бьянке предложение руки и сердца. То обстоятельство, что формально он все еще оставался женатым человеком, его не смущало. Развода он в конце концов добьется – в этом у него никаких сомнений не было. Ничто не могло остановить Александра – ведь речь шла о том, чтобы быть с Бьянкой, прекрасной и переменчивой Бьянкой.

С Бьянкой, которую он желал всем сердцем…

От своего плана Флинн так и не отказался и после посещения двух баров был уже изрядно пьян. Визит к Сьюзи оказался серьезным испытанием. Смотреть ей в глаза и рассказывать ужасные подробности того, что ему довелось увидеть, было невероятно тяжело.

Сьюзи – невысокая, светловолосая женщина, беременная вторым ребенком, – прилагала колоссальные усилия, чтобы не сломаться, но полностью обуздать свое горе и боль ей не удавалось.

Едва покинув ее квартиру, полную семейных реликвий и фотографий, Флинн направился в ближайший бар и опрокинул несколько порций текилы подряд.

Несколько позднее – то ли в этом баре, то ли уже в следующем – он подцепил молодую француженку с большими, густо обведенными сурьмой глазами и короткими черными волосами, которые выглядели так, словно их кромсал ножницами безумный парикмахер. Но Флинну было все равно – он был уже хорошенький. Кроме того, он смутно помнил, что это не неряшливость, а какой-то молодежный стиль, и что подобная стрижка как-то называется, но как – этого он вспомнить не мог. Да и не в прическе дело… Главное, девчонка вцепилась в него, словно пиявка, и исчезать не собиралась. Флинн несколько раз пытался ее прогнать, но она буквально повисла на нем, предлагая сказочный секс любого вида, какой он только пожелает.

К этому моменту Флинн был уже в таком состоянии, что не мог сказать, чего он хочет. Секс?.. Почему бы нет. Сейчас он был настроен плыть по течению, и ему годилось абсолютно все, лишь бы не вспоминать наполненные болью глаза Сьюзи.

– Меня зовут Марта, – шепотом сообщила ему на ухо девица; при этом ее остренький язычок на несколько мгновений скользнул ему в ушную раковину. – А тебя?

– Это не важно, – пробормотал Флинн и опрокинул в себя еще бокал текилы.

– Идем к тебе, – решила Марта. – У меня хороший товар, тебе понравится.

– Товар? – рассеянно уточнил он.

– Секс, – объяснила она. – Отличный секс за разумные деньги.

– А?.. – переспросил Флинн, но тотчас забыл о своем вопросе. В эти минуты его разум заполняли совсем другие мысли и видения. Взрыв, кровь, отделившаяся от тела голова друга, которая подкатилась почти к самым его ногам… На своем веку Флинн видел много смертей, но так близко – никогда.

Марта вытащила его из бара, усадила в такси и назвала водителю адрес. Как только машина тронулась, она взобралась на Флинна и принялась оглаживать его промежность, нашептывая на ухо, что именно она собирается с ним делать.

Но он едва ли ее слышал. Точнее, слышал, но слова почти не доходили до его сознания. Какая разница, что и как они будут делать? Никакого значения это не имело. Ничто не имело никакого значения. Завтра все может исчезнуть. Весь дерьмовый мир может исчезнуть – погибнуть в пламени взрыва, который оторвет головы всем.

Как Люсьену.

Никто не знает, что будет на следующий день, на будущей неделе.

И никому нет до этого никакого дела.

Как только они оказались в его квартире, Марта принялась деловито расстегивать его брюки. Спустив их до лодыжек, она встала на колени и взяла в рот.