Мы поговорили минуты две. Неплохо для начала.

Я встречаю по пути в класс Скотта и рассказываю, что только что произошло, он не верит мне, но я стараюсь убедить его, собираясь с мыслями.

— Будь готов к тому, что тебя ждёт разочарование, — предупреждает он, и я хмурюсь. — Не забывай, что у неё уже есть тот, с кого она пылинки сдувает.

— Я не собирался переходить дорогу капитану команды по лакроссу, — я закатываю глаза и беру из своего шкафчика пару учебников. — Я все ещё хочу жить.

— Я так и подумал. Слушай, кажется, новенькая что-то задумала, — заявляет Скотт. — Глянь.

Елена болтала с компанией девушек и те со всей внимательностью слушали её, будто под воздействием гипноза.

— Думаю, эта пятница будет жаркой.

— Не сомневаюсь.

Как ни странно, я переживал и суетился, пока ждал этой вечеринки. Будние дни проходили очень быстро. В какой-то момент что-то вдруг щёлкнуло и я прозрел.

Это твой шанс. Шанс изменится. Стать… другим. Возможно, это незамысловатая вечеринка поможет тебе влиться в кого-то вроде парня Лидия. Превратится из обычного клоуна, в популярного парня, с которым считаются.

Всплыл короткий разговор с Еленой Гилберт.

Она собирается делать то, что захочет. Ей плевать на то, как к ней будут относиться.

Могу ли я соотнести этот маленький диалог за совет?!

Я не рассчитываю на что-то большее, мне бы хотя бы немного веры в лучшее. Мне толком ещё не удалось отыскать это «лучшее». Но Елена нашла. Хотя она даже не пыталась это делать. Ей всего-то и нужно было сделать так, чтобы шло всё своим чередом.

От лица автора.

В паре километрах от города ехала машина, которую мисс Гилберт не могла пропустить.

Шатенка оказывается под автомобилем, жертва и обидчик сталкиваются, происходит то, от чего у другой девушки кровь стынет в жилах. Елена вытаскивает её из транспорта за шкирку и девушка надвисает над землёй. На этом игра не заканчивается, и Гилберт отпускает жертву. Та бежит сломя голову, куда глаза глядят, и примитивный страх «пищи» забавляет вампиршу. Молниеносно Елена догоняет и впивается своими клыками ей в хрупкую тонкую шею, применяя приём регулирования крови, дабы иссушить и полностью обескровить. Будучи голодной, она смогла насытиться. Страх и боль застыли на лице той самой девушки. Почему в употреблении звучит только это холодное слово «девушка»? Только потому, что она не знает имени. Елене — это не интересно. Ей плевать, кто перед ней. Её волновал только голод, жажда людской крови. Она смотрит в раскрытые потухшие глаза тела с каменным выражением лица, и пытается хоть что-то почувствовать. Хотя бы что-нибудь. Даже осознание того, что она вновь убила, ничего не дало. Чувства вины и сожаления пропали.

— Прости, что не дала тебе права выбора.

========== Глава: 3. ==========

Ее образ день за днём посещал меня во снах…

В дневнике.

18:30.

Наступила пятница, которую так долго все ждали. Я всё-таки решился и посетил дом Лидии Мартин, заполненный бухими студентами. Скотт и я выпили немного, потом он решил кинуть меня, уединившись где-то со своей подружкой. Я определенно рад за своего друга. Он получает удовольствие и это круто. Решив, что не буду перебирать со спиртным, я прогуливался по знакомым коридорам дома, не спеша, протираясь через парочки. Через какое-то время я увидел Лидию. Как всегда безупречную Лидию Мартин. Сначала она общалась с людьми и предоставляла им напитки, потом скрылась из моего поля зрения, словно призрак. Ничего не почувствовав кроме разочарования, я направился в глубь дома. В сад, в котором, я встретил Елену Гилберт. Девушка сидела ко мне спиной и наблюдала за цветами. Это были Розы. Большие красные розы. Будто почувствовав на себе взгляд, она обернулась, и её лучезарная улыбка была предназначена для меня.

— Выглядишь сногсшибательно, — отрезаю я, и она смеётся.

— Спасибо.

— Тебе не холодно? — волнуюсь я и протягиваю ей свою куртку.

Она с недоверием смотрит на неё, а после на меня.

— Нет, но подкат засчитан, — она усмехается, и я сажусь рядом с ней. Раскусила меня! — Очень мило с твоей стороны.

— Ну, я не мастер подкатов, — говоря это в свою защиту, я немного переживаю из-за своей навязчивости. — Надеюсь, ты забудешь об этом моменте.

— Такое трудно забыть, — игриво улыбаясь, Елена щурится. — Ты только что пытался зацепить меня своими мышцами. Чувак, сквозь твою рубашку я заметила торс.

Её акцент заставляет меня смеяться, и я не стараюсь скрыть того, что эта особа имеет чувство юмора. Возможно, он оказался значим только для меня.

— Ты разве не со своей подружкой должен быть?

— Подружкой? — я хмурюсь. — Нет, нет. У меня нет девушки.

— Ой, да, брось, — она закатывает глаза. — Конечно, есть!

Мы долго смотрит друг на друга, играя в какую-то странную игру, в которой кто-то из нас двоих должен сломаться первым и признать своё поражение.

— Поверь, у меня нет подружки.

Её рот приоткрыт, будто она пытается что-то сказать, но, не дождавшись её ответа, я добавляю:

— Ты первая девушка, с которой я смеюсь так искренне, — улыбаясь ей, мне становится тепло на душе. Так хорошо сидеть вот так просто и болтать с ней!

— Но как же та девушка, у которой ты так стремишься заполучить внимание?

— Я ей не интересен, — признаюсь я с огромной досадой и притупляю глаза вниз. — Совсем.

Какое-то время мы просто сидели рядом и молчали, пока не услышали женские вопли и громкие разговоры. Я и Елена вскочили в полном недоумении.