Каролина, все это время пребывавшая в каком-то оцепенении, наконец, подняла взгляд, не веря услышанному. Она смотрела на Эву, мечтательно разглядывавшую потолок, и чувства внутри нее менялись с поразительной скоростью. От растерянности и легкого шока, через нарастающую ярость, к недоумению и какому-то извращенному сочувствию. Ее унизительное фиаско казалось ей ничем, по сравнению с непроходимой тупостью Эвы.

Сейчас, когда смысл последних слов этой наивной дурочки дошел до нее, ее сердце медленно наполнялось жалостью. Каролина и сама оказалась простофилей, но не настолько, чтобы после всего этого еще и восхищаться какими бы то ни было качествами этого корыстного ублюдка. Похоже, Эву совсем не волновало, что рядом с ней находился такой моральный урод. О каком доверии могла идти речь, о каком прощении? Разве не стоило ей подумать о том, что этот подонок, шагая по головам ради своей цели, может поступить так же с любым человеком, в том числе и с ней?

Эва, наконец, перестала витать в облаках, и обратила внимание на Каролину, молча наблюдавшую за ней с весьма мрачным выражением лица.

— О, дорогая, не расстраивайся, — махнула она рукой, — я уверена, твой новый бойфренд никогда так с тобой не поступит, — Эва ободряющее тронула ее за плечо.

— Опасайся Адама, если не хочешь завтра обнаружить грязную статейку о себе, — угрюмо сказала Каролина, и вошла в каюту, захлопнув за собой дверь.

========== Часть 10 ==========

— Я ушам своим не верю! Очкастый пройдоха! — Габриэлла металась по каюте, в шоке от услышанного. Она спустилась вниз, чтобы узнать, что задержало подругу, и обнаружила ее, мертвецки бледную, с красными кругами на веках, сидящую на полу в углу каюты, и покачивающуюся из стороны в сторону, словно сумасшедшая.

Ее ярость слегка пугала Каролину, которая сейчас сидела на кровати, скрестив ноги. Габи вдруг резко остановилась, словно осененная идеей, ее глаза полыхали огнем.

— Я знаю, — вдруг жутким шепотом произнесла она, поворачивая голову к Каролине, отчего та вздрогнула. — Ты должна позвонить своему отцу!

Кэри покачала головой:

— Сама разберусь, не маленькая.

— Да он его в порошок сотрет! Не уверена, увидишь ли ты его еще когда-нибудь после этого, — сказала Габриэлла, потирая ладони.

— Я не буду звонить отцу, — отрезала Каролина, поднимаясь с кровати и подходя к иллюминатору. — Я должна сама поговорить с Адамом.

— Даже не думай об этом! — схватила ее за руку подруга. — Не стоит давать ему знать, что ты в курсе.

— Да брось ты, он всего лишь жалкая тряпка! — усмехнулась Каролина. — Я просто хочу посмотреть ему в глаза.

Габриэлла недоуменно уставилась на подругу, пытаясь донести до нее очевидное.

— Сама подумай, от этого зависела его жизнь, а теперь ты знаешь, как он намеревался поступить с твоим отцом. Как ты думаешь, нужно ли ему, чтобы ты могла еще кому-то об этом рассказать? — Габриэлла помотала головой, — Не вздумай. Ты, знающая все это, угроза для него. Я не удивлюсь, если он сочтет идеальным выходом избавиться от тебя.

Каролина нервно сглотнула. Она даже не думала об этом, но, кажется, Габи была права.

— Но ведь Эва сама ему расскажет, — возразила Каролина.

— Не думаю, что она настолько глупа. А даже если и так, просто делай вид, что тебе наплевать. Это ведь ты его бросила, помнишь? Причем, бросила, не зная о его планах, так что преимущество на твоей стороне, — улыбнулась Габриэлла.

*************

В зале было душно, хотя все окна были открыты. К вечеру погода не только не стала лучше, а еще и ухудшилась. Облака местами потемнели, сдвигаясь всё плотнее, и в итоге слившись в одно сплошное тёмно-серое месиво. Ветер, напротив, почти стих, и теперь невыносимая предгрозовая духота окутала небольшую бухту, в которой яхта остановилась пару часов назад.

Джастин слегка оттянул ворот красной клетчатой рубашки. Он уже закатал рукава до локтей несколько минут назад, но это не помогло. Шея взмокла, и майка под рубашкой начала прилипать к телу, заставляя парня испытывать дискомфорт. Он повернул голову к окну: угрожающе-черное небо изредка освещалось проблесками молний. Тихие, едва различимые раскаты грома, были плохо слышны отсюда. Гроза была еще далеко.

«Скорее бы начался дождь», — подумал парень.

В зале играла классическая музыка, прерываемая только редкими ударами молотка, и голосом Клода, объявляющего лоты. Сегодня, после ужина, хозяин яхты, сокрушаясь по поводу погоды, объявил, что по такому случаю в зале для приемов состоится аукцион, в котором могут принять участие все желающие. В каюте было нечем заняться, поэтому Джастин решил посетить мероприятие, надеясь хоть как-то развлечься. Сейчас он сидел в последнем ряду, подперев голову левой рукой, и ему было очень скучно и жарко. Он уже купил какой-то раритетный постер с изображением гигантского айсберга, и теперь ему нечего было здесь больше делать. Оглянувшись по сторонам, он подумал, что сможет выбраться отсюда незаметно, хотя бы для того, чтобы переодеться. Пригнувшись, он скользнул в дверь и быстрым шагом направился к палубе.

— Ох, — он глубоко вдохнул теплый морской воздух, прикрывая глаза, и приглаживая слегка взмокшие от духоты волосы.

Здесь было немного прохладнее, и он направился к носовой части главной палубы, где заметил несколько пустовавших шезлонгов. Подойдя к самому краю, откуда вниз вели две боковые лестницы, он облокотился на поручень. Небо вдали разрезали яркие проблески, воздух казался мутным, а раскаты грома становились все более согласованными со вспышками молний. Ошибиться было трудно, гроза подбиралась к ним все ближе.