Первым из вождей был Дагор, седоволосый старик, который доживал свои последние дни в суровых горах. На его лице было множество шрамов от прошлых битв, которые перемешивались с многочисленными морщинами. Дагор правил кланом Мёртвой луны и прославился своей мудростью и рассудительностью.

Вторым был Кралд, молодой вождь Кровавых ястребов. У него были рыжие волосы, а обнажённый торс горца покрывали бесчисленные татуировки, каждая из которых была нанесена в честь удачного набега на земли имперцев.

Третьим, и последним из них, был Хароудел — вождь клана Чёрных черепов. Он был на голову выше всех собравшихся здесь, что было особенно удивительно в связи с тем, что рост Кралда заходил чуть ли не за два метра. У Хароудела были чёрные волосы и такая же чёрная борода, в которую были вплетены какие-то маленькие косточки.

— Ну что, детишки? Поговорим? — подал голос первым Дагор. Он оглядел обоих вождей, которые, так же как и он, сидели вокруг небольшого костра посреди пещеры. Они здесь были втроём, и никто не мог подслушать их слов.

— Поговорить? — прорычал Кралд, подбрасывая в костёр ветку, которая лежала рядом с ним. — О чём тут говорить? Имперцы захватили наше селение и прямо сейчас глумятся над нашими алтарями, раскапывают могилы и оскверняют тела предков! О чём тут, мать твою, говорить?! Надо взяться за мечи и перебить гадов!

— Вот об этом я и хочу поговорить, парнишка, — кивнул Дагор, — сколько я себя помню, мы всегда прятались в этих горах, чтобы защитить свои жизни. Всегда убегали, как только вдалеке начинали маячить легионы этого златопузого Императора. Но теперь мы не можем прятаться.

— Да! — резко вскрикнул Кралд.

— Мы не можем сидеть и ждать, пока эти юбочники глумятся над костями предков! — старик взмахнул в воздухе своей не по годам крепкой рукой. — Мы должны собрать всех мужчин, способных держать в руках оружие, и показать им силу кланов.

— Ты ведь шутишь, старик? — спросил Хароудел, который совсем не разделял рвения двух других вождей. — У них там три легиона, а это, если ты забыл, пятнадцать тысяч солдат.

— Ха! Если ты боишься их числа, Ро, то знай: только в моём клане найдётся десять тысяч воинов. У тебя будет не меньше, а у Дагора и того больше.

— Ты кое-что забываешь, щенок, — рыкнул на него Хароудел, — у нас есть толпа обормотов с мечами и топорами, которые годны только на то, чтобы грабить деревни, но в серьёзном бою от них толку не будет никакого. Нас перебьют, если мы вылезем из гор.

— Сомневаешься в доблести моих людей? — негромко сказал Кралд, в голосе которого явно слышалась угроза.

— Я сомневаюсь в том, есть ли у тебя мозги!

— Хароудел, — на этот раз заговорил Дагор. Он медленно встал на ноги и посмотрел на вождя Чёрных черепов сверху вниз. — Поднимись.

Тот, не задумываясь, встал на ноги и в следующую секунду получил от старика мощный удар в челюсть, буквально сбивший его с ног.

— Ты чёртов трус, Хароудел, и тебе не место среди достойных сыновей. Проваливай! — сказал старик, потирая кулак.

— Если под достойными… — сплёвывая кровь и поднимаясь на ноги, прохрипел он, — ты понимаешь мёртвых, то да — я трус. Умирать за старые кости — это не самая лучшая идея. Нам никогда не победить имперцев в открытом бою. Нас сомнут.

— Тебе, кажется, сказали проваливать, — уже более спокойно сказал Дагор, усаживаясь рядом с костром, — если ты и твой клан не явитесь на битву, то только подтвердите этим, что клан Чёрных черепов — не более чем кучка жалких трусов.

Сплюнув под ноги, Хароудел развернулся и пошёл к выходу из пещеры. Этих идиотов было уже ничем не пронять. Они будут драться и умирать за старые кости, даже не задумываясь о том, что кто-то должен защищать женщин и детей от гнева имперцев.

Выйдя из пещеры, он слегка прищурился от яркого света, ударившего в глаза. На небе не было ни единого облака, так что горы и прилегающие к ним земли были прекрасно освещены. Хароудел хорошо видел синие стяги Императорских легионов, собравшихся в низинах. Отсюда они казались такими крошечными и ничтожными, но горец знал, что эти люди принесут погибель его народу. Кулаки сжались в бессильной ярости. Понимание того, что ему не по силам изменить ровным счётом ничего, холодными когтями впивалось в сердце. Вожди приняли своё решение, и вскоре грянет битва. Подняв взгляд к небесам, Хароудел взглянул на солнце и тихо спросил:

— Такую судьбу вы нам уготовили? Умереть из-за безумной гордыни? — он спрашивал Ятура — могучего Бога Солнца.

Но бог не ответил…

Пнув подвернувшийся под ногу камушек, горец развернулся и пошёл прочь. Ему совсем не хотелось глядеть на имперцев, да и возвращаться в пещеру к остальным вождям тоже было не самой лучшей идеей — его могли просто прирезать. Оставалось только одно место, где ему были бы рады.

Вернувшись к месту, которое занял клан Чёрных черепов, Хароудел первым делом встретил своего кровного брата — Урта. Конечно же, он не был его единоутробным братом, но кровавый ритуал связал их жизни навсегда, и теперь оборвать их связь сможет только смерть.