Бильбо покивал. Ему было грустно от того, что он не мог остаться в этом прекрасном крае.

— Я слышала, что хоббиты стойкий народец, — сказала она.

— Правда? — обрадовался Бильбо.

— Да, — кивнула Лириан. — Еще я слышала, что они предпочитают домашний комфорт.

— Хм, — Бильбо оглядел вокруг. — А я слышал, что неразумно искать совета у эльфов, ибо они отвечают и да и нет.

Лириан с упреком посмотрела на хоббита, и тот заволновался, что сболтнул что-то неприличное. Но через мгновение Лириан улыбнулась, заставив Бильбо спокойно выдохнуть. У нее была красивая ровная улыбка, и хоббит готов был любоваться ею до самой ночи.

— Ты можешь остаться здесь, если пожелаешь, Бильбо, — мягко произнесла девушка. — Хочешь, эльфийка даст тебе совет, который будет вполне конкретен?

Бильбо кивнул. Кто же будет отказываться от такого.

— Не упускай возможность попасть в приключения, — сказала она. — Дом и уют, это прекрасно. Но мир гораздо интереснее, чем может казаться на первый взгляд. Когда ты вернешься домой и будешь вспоминать о том, в каких местах ты побывал и что видел, ты будешь радоваться и гордиться собой.

— Я боюсь не вернуться из приключения, — покачал головой Бильбо.

— Любое приключение сопряжено с риском, — согласилась Лириан. — Но жить ради удобного кресла и теплого камина — это не так почетно, как жить ради того, чтобы быть частью этого мира.

Бильбо посмотрел на принцессу. В ее глазах, насыщенного зеленого цвета, была грусть. Она улыбалась, но в глазах не было смеха, они не искрились от счастья и, казалось, что она находится совсем не в том месте, где должна.

— Ты прожила здесь всю жизнь? — спросил Бильбо.

— Все свои тринадцать веков, — ответила Лириан. — Изредка я вместе со своими братьями навещала родичей в Лориэне, Золотом Лесу.

— У тебя есть братья? — удивился Бильбо. — А где они сейчас?

— Они путешествуют далеко на севере Эриадора, — Лириан запрокинула голову и сощурилась на лучах солнца. — Странствуют со странниками Дунадайна, северных людей. Эти люди — потомки великих нуменорцев. Время и зло сделало из них отшельников.

— Ты бы тоже хотела отправиться в путешествие? — спросил хоббит.

— Очень, — отозвалась Лириан, подавив тяжелый вздох. — Я бы хотела посмотреть мир. Увидеть далекие земли Юга, побывать на севере. Пересечь Великий Андуин. Я бы хотела что-то сделать для Средиземья, стать легендой, как мои великие предки.

Бильбо улыбнулся. Глаза Лириан зажглись внутренним пламенем, так желала она выйти за границы родного края.

— И что мешает тебе осуществить столь грандиозные помыслы, м? — опираясь на свой деревянный посох, к ним подошел Гэндальф.

— Ты знаешь, Митрандир, — отозвалась Лириан. — Отец переживает за меня, и не захочет отпускать. Тем более, после того, как орки отважились пересечь границы Ривенделла. Я не хочу разбивать ему сердце.

— Но ты все-равно разбиваешь ему сердце тем, что угасаешь, теряя радость и смысл в существовании, — сказал Гэндальф. — Я помню тебя совсем юной эльфийкой, Лириан. Бильбо напоминает мне маленькую принцессу Ривенделла — не было ни дня, чтобы старшие братья или стража не приводили тебя домой, сбежавшую через ущелья или перелески.

— Эти дни давно миновали, — опустила глаза Лириан.

— Что ж, это очень грустно, — произнес Гэндальф. — Лорд Элронд! — вдруг воскликнул он, поглядев поверх голов Лириан и Бильбо. — Обходишь владения?

Лириан вскочила на ноги и обернулась на отца. Ее щеки загорелись румянцем. Как долго отец был здесь и что из их разговора он слышал?

— Искал тебя, Гэндальф, — сказал Элронд, посмотрев на дочь, тем самым давая понять, чтобы их оставили наедине.

— Пойдем, Бильбо, я покажу тебе всю красоту нашего края, — позвала хоббита Лириан, и они удалились.

Имладрис был чудесной и обширной долиной. Помимо дворца Элронда в ней находились несколько домов. Они были меньше размером и не такие шикарно расписанные, как дворец. Но все были выполнены в одном стиле. Долина напоминала хоббиту частичку родного края — свободное поселение с дружным, свободным и добрым народом.

— Почему ты ушел из дома, если так скучаешь по нему? — спросила Лириан.

Они проходили по березовой аллее, где тоненькие белые деревьица шелестели зелеными листиками, приятно щекоча слух.

— Во мне борются две крови — взбалмошная кровь Тука и домоседская кровь Бэггинсов, — ответил Бильбо. — Когда ко мне домой, по напутствию Гэндальфа, пришли гномы, рассказали об Одинокой горе, драконе и сокровищах и предложили стать взломщиком, кровь старого Тука согласилась и подписала соглашение.