Шрифт:
– А шут его знает, – огрызнулась толстуха. – Он вчера набрался, как жаба мула, теперь, мабуть, отсыпается…
(Говор явно выдавал в ней хохлушку, может, даже землячку из Донбасса – Мариуполя, Красного Луча или Северодонецка.)
– К сожалению, банкет отменяется! – с напускной грустью в голосе констатировал Егоршин.
– Ладно, командир, – роскошно улыбнулся Шелягов. – Гуляем! Тащи, Маша, все, что у тебя есть.
– Мы с вами знакомы? – кокетливо надула губки труженица общепита.
– Да тебя весь город знает. По бейсику на груди, – рассмеялся Андрей, кивая на огромный круглый значок, пристегнутый к воротнику халата, на котором было четко выведено «Мария».
Как только Шелягов принялся за вчерашний шашлык, зазвонил его телефон.
– Рахит! – прошептал капитан, включая громкоговорящее устройство.
– Ты где? – зарычал Петр Петрович.
– Отъехал по делам.
– С Егоршиным?
– Сам!
– Вы эту самодеятельность прекращайте… Давай быстрей в контору – на кражу выехать некому!
– Кражи – не моя специализация!
– Приказываю!
– Есть!
– Ну, чего, Вась, чего они так засуетились? – спрятав телефон в карман, спросил Шелягов, продолжая неспешно жевать жесткое и холодное мясо, постоянно застревающее в зубах.
– Не знаю, – повел плечами майор.
– Я наверняка не последний, кого руководство попытается склонить к сотрудничеству. Так что гляди в оба…
– Не учи отца Камасутре…
– Ладно. Я побежал. Если спросят, где ты, что отвечать?
– Правду и только правду…
– А серьезно?
– Скажи, что в последний раз видел меня утром в больнице – эскулапы все равно сдадут нас, как тару в приемный пункт!
– Понял.
Егоршин еще раз прошел мимо места происшествия. Когда он был там вместе с Шеляговым – напротив все время стояла «Аварийная водоканала», двое парней в идеально чистых комбинезонах о чем-то переговаривались возле открытого люка; голова третьего время от времени выныривала из-под земли и простреливала окружающую местность наглыми глазами.
Спецавтомобили разных хитрых служб охотно используют в своей деятельности парни из «семерки» – это хорошо известно всем аттестованным сотрудникам МВД…
Фургона уже не было.
Напрасная тревога?
Похоже…
Однако как учит народная мудрость? Береженого Бог бережет!
Заученным движением Василий вошел в телефонную книгу своего мобильника и быстро нашел нужную строку…
– Привет, Сергеич! Что у вас стряслось в парке? Ничего? Значит, халтурят твои работнички… Подрабатывают… Да… Да… Специализированная… Двадцать шесть – семнадцать… Говоришь, нет такой… А частники? Не имеют права использовать вашу символику… Ясно… Ну, спасибо… Как там у тебя дома? Сынок больше не буянит? Ежели что – звони!
Василий засвистел и огляделся по сторонам.
Вдали на аллее парка появилась «неотложка» с включенной «мигалкой». Завыла сирена… В том, что в чреве автомобиля находятся не медики, а милицейские разведчики, Егоршин уже не сомневался. Тем более что прямо по курсу из кустов вдруг выполз пьяный молодой мужчина и, петляя, направился к выходу из парка. Такими дешевыми приемами можно удивить кого угодно, только не профи с двадцатилетним стажем…
«Итак, за мной следят… Самое обидное, что свои… Интересно, кто отдал приказ? Рахит? Нет… Мелковата сошка… “Семерка” подчинена напрямую начальнику УВД и его первому заму. А до этих так просто не добраться. И если доберешься – что скажешь? “Простите, Анатолий Борисович, зачем вы пустили за мною своих гончих псов?” Так он меня в порошок сотрет… Или проглотит целиком, не поперхнувшись. Когда имеешь дело с высокими начальниками, надо быть троекратно хитрее. Осмотрительней. Нельзя давать им понять, что заметил “хвост”. Но и “пасти” себя все время – давать нельзя. Чтобы не вывести случайно на правильный след. Ладно… Попробую потеряться где-нибудь по дороге…»
Егоршин обогнал пьяного и, не оборачиваясь, помчал через дворы в направлении ближайшей улицы, по которой ходил общественный транспорт. Издали заметил желтый «Богдан», по-черепашьи ползущий в пробке в сторону центра, и прибавил ходу.
Вот и остановка.
Двери микроавтобуса уже начинали закрываться, когда он влетел в его салон и сразу припал к окну. Сзади не было никого.
«Грамотно работают, черти… Интересно, в чем теперь они едут? В той красной “семерке” или в бирюзовом “Опеле”? А может, филер – девчонка в оранжевом жилете, движущаяся на скутере параллельным курсом? Посмотрим на следующей остановке…»
Словно повинуясь его мысленному приказу, шофер включил правый поворот. На миг маршрутка замерла у бордюра. Оба подозрительных автомобиля сразу обогнали ее. А вот скутер… Скутер остался сзади. Его миловидная владелица, как ни в чем не бывало, смотрелась в зеркало и красила губы.
Через полкилометра, прямо в центре города, есть небольшая промышленная зона, огороженная со всех сторон двухметровым забором, вокруг нее – узкая тропа, на которой трудно разминуться даже двум людям. В наглую преследовать его не станет никто…