Я тяжело дышала, возбужденная негодованием. Профессор Вайз оставался спокойным. Он смотрел на меня с пониманием и даже, казалось, с сочувствием. Мне вдруг стало стыдно за свою истерику. В конце концов, этот человек всего лишь поведал мне историю моего происхождения.

– Что же мне делать? – безнадежно спросила я.

– Спрятаться, – просто ответил профессор, чем вызвал у меня недоумение.

– Куда? – с иронией поинтересовалась я.

У профессора нашелся ответ и на этот вопрос:

– Единственным надежным укрытием от преследований слуг Лорда является Академия.

Я обомлела.

– Вы предлагаете мне поступить в магическую Академию? Ту самую, о которой вы говорили мне? – сама того не замечая, с восхищением воскликнула я.

Так, стоп. Кто сказал, что этому профессору можно доверять? Что, если это ловушка? Развесила уши, ничего не скажешь.

Я с подозрением посмотрела на мужчину, и на всякий случай отошла как можно дальше, будто это могло меня спасти, в случае если мой спаситель окажется злодеем.

Однако резкая смена моего настроения нисколько не смутила профессора, да и вообще он выглядел так, будто его давно уже ничто не волновало и не удивляло.

– Да, именно это я и хочу предложить тебе, Настя, – подтвердил он, при этом странно произнеся мое имя.

– Почему я должна доверять вам?

Профессор пожал плечами.

– Ты ничего не должна мне. Конечно, ты можешь не доверять, и это правильно, но ты должна понять одно – люди, охотящиеся за тобой, очень опасны и укрыться от них практически невозможно. Более того, как ты уже имела несчастье убедиться, для них не существует никаких препятствий и чувство пощады им неведомо. Отказываясь принять мою помощь, ты не только подвергаешь опасности свою жизнь, но и жизни своих друзей, близких и просто знакомых и не знакомых тебе людей, по несчастливой случайности оказавшихся рядом. Ты, конечно, можешь отклонить мое предложение, но поверь, это будет крайне неразумным поступком, и потому, во избежание опрометчивого решения я хочу дать тебе время подумать. Неделю.

Неделю! Этого срока едва ли хватит, чтобы съездить к родителям и попрощаться с ними.

– Это много, – ответил на мои размышления профессор Вайз. – Теперь, когда люди Лорда Лоркенса объявили на тебя охоту, даже минута без надлежащего присмотра является риском.

Я молчала, в смятении не замечая, что жую губу.

– Мне нужно подумать, – промямлила я, разглядывая висевший на стене портрет профессора.

– Конечно. Неделю, – заладил Вайз. – А чтобы ты могла связаться со мной, я дам тебе вот что, – он подошел к окну, и, я только тогда заметила клетку со странной экзотической птицей. Открыв клетку, профессор выпустил птицу, и она, сделав небольшой круг, послушно уселась ему на плечо. – Это неркида, представитель златохвостых, – поведал мистер Вайз. – Данный вид выведен учеными – селекционерами Института Магических Наук еще во время войны, специально для передачи секретной корреспонденции. Эти птицы наделены множеством достоинств, но главной особенностью является умение становиться абсолютной невидимой во время полетов.

Я громко ойкнула и отвернулась, когда профессор безжалостно выдрал из тельца несчастной птички роскошное, белоснежного цвета перо.

– Возьми, – невозмутимо протянул он мне его, не замечая моей реакции, и я, превозмогая неприятное чувство, взяла перо. – Если нужно будет отправить мне письмо, просто подожги это перо и неркида сама прилетит к тебе.

– Сжечь перо? – заикаясь, пролепетала я, с недоумением разглядывая перо и не понимая, где же возьму решимости предать огню эту удивительную красоту.

– Да, сжечь, – совершенно обыденным тоном подтвердил мистер Вайз. – А теперь, если ты все еще отказываешься от медового молока, я верну тебя обратно. Понимаю, что возвращаться к…мертвому телу твоего друга тебе очень неприятно, но ничего не поделаешь – иначе нельзя.

Я вздрогнула от страха, который, подобно электрическому разряду, пронзил все мое тело, каждую его клеточку, задев каждый нерв. Я-то, наивная, расслабилась, думая, что пережитый кошмар остался позади.

– Но, профессор, – умоляюще залепетала я, – как же я вернусь, когда там эти… Душегубы?

Мистер Вайз еле заметно улыбнулся, вероятно, над эпитетом, которым я нарекла своих врагов.

– О, на этот счет можешь не волноваться, – дружелюбно сообщил он. – С этими негодяями я разобрался – память им стер и отправил восвояси.

– Они ничего не вспомнят? Даже того, как… Как убили Никиту? – не поверила я.

Профессор Вайз утвердительно кивнул:

– Ничего. Ну, пора. У нас мало времени. Но прежде, чем ты вернешься, хочу предупредить – там, в твоем мире, время ненадолго заморожено, а потому вернувшись, ты как раз встретишь прибежавших на твой вызов охрану, администрацию, и… В общем, будь готова. И помни: в комнате кроме вас двоих никого больше не было.

– Но как же? – запротестовала я. – Как же убийство Никиты? На меня ведь повесят!

Мужчина вздохнул, и, медленно покачав головой, проговорил:

– Нет. Дело в том, что проклятие, примененное к твоему другу, не оставляет криминальных следов, – он снова вздохнул, а затем добавил: – Во всяком случае, для людей, не знакомых с магией. Ну, нам пора.

Я кивнула, и не успела отвернуться, как маг уже стоял, переодетый в бежевую рубашку и светло-голубые брюки. Метнув взгляд на стену, я вовсе пришла в изумление: картины меняли изображения, подобно слайдам, показывая молодых девушек и ребят, одетых то в бальные платья и костюмы, то в длинные мантии и остроконечные шляпы.