Теперь можно и исчезнуть из города, по всем правилам, громко хлопнув дверью на прощанье и оставив ещё несколько пакостей в награду за упорство своим гончим.

Девушка проснулась только спустя часов пять, когда конь Тириниила унёс их уже далеко от города, а на востоке стало розоветь небо.

Коня Тир назвал Эльмом - сумрак, в переводе с эльфийского. Скакун этот был особенным - он был с проклятым с самого детства. Неправильный эльфийский конь - вороной. Разве у светлого эльфа может быть чёрная лошадь? Его собирались продать людям: тем обычно плевать на масть, - но Тириниил не дал, забрал тогда ещё жеребёнка себе, вырастил, приручил. И невероятно умное животное ответило ему дружбой и преданностью: когда Тира изгнали, он сбежал из конюшен Царя, оставил Светлый Лес - настоящий рай для любой живности, - нашёл хозяина.

– Где я, - тихо спросила спасённая девушка.

На взгляд проклятого, более глупого вопроса придумать нельзя было. Ну, разве не видно - на данный момент в холмах, через пару часов будут в лесу, а потом в озёрной долине.

Именно это он и сказал.

– А вы кто?
– проклятый ошибся: можно придумать и более несуразный вопрос.

– Ба! А ты разве не помнишь?
– то что, тот городок, из которого он так поспешно линял не был для девчонки родным, эльф знал точно - он успел порыться в её поверхностных воспоминаниях. Поэтому теперь наёмник был обладателем "сверхсекретной" информации о том, что девчушка прибыла в город с обозом, хотела найти там не то работу, не то ещё что-то, но про местные правила ничего не знала - вот и попала в столь затруднительную ситуацию.

– Нет, помню... Но ведь кто вы, я не знаю. Да и произошедшее... как я заснула?
– наивность девушки порядком веселила парня. Это ж надо же...

– Керре, Эльм, - конь послушно остановился.

Эльф соскочил с лошади, спустил девушку, подождал пока она уверенно встанет на ноги и пошёл к примеченной неподалёку полянке. Время у него было - можно устроить привал и поотвечать на вопросы.

У спасённой им девушки была очень специфичная внешность - длинные салатово-зелёные волосы доходили до середины бедра, точно такого же цвета глаза и чересчур хрупкая для человека фигура.

– Меня зовут Тириниил, - представился эльф, быстро разводя костёр из в избытке валяющегося повсюду сушняка.
– Можно просто Тир. И весь вопрос не в том, кто я, а кто ты?

– Я... Меня зовут Нюртайнара, но для краткости - Нюртай, - она зябко передёрнула плечами.

Ну да, в одном тонком платье, а на дворе, между прочим, не лето. Тир тяжело вздохнул, скинул кожаную куртку и набросил ее на плечи девчонки.

– Нюртайнара...
– парень медленно произнёс имя, будто бы пробовал его на вкус. Оно пахло морем, было горьковато-солёным, напоминало шум прибоя и шелест волн.
– Красиво. А вот Нюртай не звучит - как будто какой-то старой бабки-сплетницы прозвище. Вот состаришься, будешь Бабкой Нюртай. А пока... На мой взгляд, Тайре звучит гораздо лучше, - Тир весело подмигнул залившейся краской девушке.

– Тайре, - наконец задумчиво протянула она - голос у неё хранил в себе музыку ракушек.
– Это что-то значит?

– Да. На староэльфийском "тайре" означает "бегущая вода", - кивнул эльф, доставая из седельной сумки пожитки.
– Я так понимаю, от завтрака ты отказываться не будешь?

Нюртайнара отчаянно закивала и снова смутилась. Эльф хмыкнул - странная девчонка была ему крайне симпатина.

"Довезу до города, там помогу ей устроиться и дальше поеду" - подумал он, наблюдая за тем, как девушка с восторгом гладит Эльма. Конь, довольный таким вниманием, счастливо фыркал.

– Так как сегодня я выступаю в роли прекрасного принца-спасителя, то ты, незабвенная принцесса, просто обязана рассказать мне свою историю: мне ж интересно, где такое наивное существо жило до вчерашнего дня.

Тайре надулась, и стала напоминать зелёного цыплёнка, о чём эльф не преминул ей сказать. Девушка опять залилась краской, но на вопрос всё-таки ответила.

– Я осиротела несколько лет назад. Всё имущество моих родителей продали за долги. Меня же приютила одна добрая бабушка, и я стала жить вместе с ней в небольшом домике на окраине деревеньки. Но... около месяца назад она умерла... А я не смогла остаться в её доме - собрала вещи, взяла все деньги, что были и ушла. Думала, может, найду работу или устроюсь подмастерьем где-нибудь, например, у ювелира, - на этих славах эльф невольно фыркнул, а девушка совсем поникла и стала хлюпать носом.
– Не вышло: деньги у меня украли, вещи я потеряла, когда убегала из одного города примерно по тем же причинам, что и сегодня. Вот, собственно и всё...

Девушка опустила голову, прикусила губу, силясь не расплакаться, но ничего не вышло - тонкие влажные дорожки сами собой обозначились на щеках. Парень, тяжело вздохнув, опустился передней на корточки - Тир плохо представлял, что надо делать, чтобы остановить поток слёз. Когда-то давным-давно, ему приходилось успокаивать сестру, но с тех пор минули сотни лет, да и Маглориэль ещё лет сто двадцать назад разучилась плакать.

– Ну, Тайре, не плачь, разве слёзы могут вернуть тебе близких?
– тихо начал наёмник, аккуратно поглаживая ее по плечу.
– Единственное, что я точно могу тебе сказать - это то, что миледи Лирдис всегда по достоинству оценивает все поступки своих новых подданных. Я уверен, твои родители были хорошими людьми, как и та бабушка...
– не помогло, всхлипы стали раздаваться всё чаще.

"Дурак" - припечатал сам себя эльф, - "Это ж надо же - нашел, что сказать человеку!"

Проклятый примостился рядом с Тайре и аккуратно приобнял ее за плечи: девушка вздрогнула, а потом уткнулась носом в рубашку эльфа, которая начала очень быстро намокать от слёз.

***

– Спасибо, - эльфийка посмотрела прямо в глаза Сэтаэрто. Они сидели за угловым столом и дожидались заказа в небольшом, но довольно уютном и чистом трактире.

– За что?
– удивленно вскинул брови вампир. С памятного визита к Горну прошло уже четыре дня, Магри тогда ничего не сказала, а наёмный убийца и не стал спрашивать.