Император погрузился в мечтания, — может даже теперь смогу выставку устроить, чтобы и другие смогли полюбоваться красотой, которая у меня получается.

– Чей это флот вторжения?— спросил Борг четвёртый своего адъютанта, не особенно, впрочем, интересуясь этим. Он сильно устал, и ему уже давно надоело бессмысленно биться как рыба об лёд, пытаясь переломить ситуацию. Это Центральные миры или кто-то из новых империй?

– Никак нет, Лэр, это аграфы. — Бодро отрапортовал личный адъютант.

– Аграфы? — удивился император, — впрочем, какая разница кто поставит крест на нашей империи. Аграфы это даже лучший вариант из возможных, значит нашей элите не грозит уничтожение, эти торгаши ограничатся тем, что обдерут нас как липку и отпустят. — Передай на боевые станции приказ не открывать огонь, я не желаю бессмысленных жертв. На эскадру вторжения подавайте по открытому лучу связи: мы сдаёмся и готовы обсудить условия почётной капитуляции. Со своей стороны, просим минимизировать потери среди мирного населения. Свяжитесь с посольством аграфов на нашей планете, если конечно они его не эвакуировали заранее, может они могут прояснить ситуацию.

В это время на мостике флагмана эскадры, корабль класса разрушитель.

– Что передают с планеты? — спросил командир эскадры в звании адмирала у дежурного офицера связи.

Дежурный был тем единственным, кто выделялся среди занятых делом и невозмутимых аграфов. Связиста потряхивало, у него был такой вид, что сейчас он обмочится от страха. Отвечая адмиралу, его голос дал петуха.

— Лэр, на планете творится непонятно что. По открытому каналу нам только что передали, что они согласны на капитуляцию и просят время на обсуждение условий.

– Что?! — взревел адмирал, — Какая к цензуре "Духам Пустоты" цензура капитуляция, у них, цензура, что, цензура, сегодня, цензура — День Независимости ? Цензура, и они все, цензура, перепились планетарки? Немедленно, цензура, транслируй по закрытому лучу, цензура, сообщение. Цензура, цензура и через четыре колена трижды цензура. Мгновенно успокоившись, адмирал будто и не бушевал только что, спокойным голосом продиктовал сообщение. Передавай на планету вот этот текст.

"Хуманы, Аграфы среди вас, Ваша раса будет служить нам пищей. Сопротивление бесполезно. Вы будете ассимилированы".

– Стой, дурилка картонная, — скомандовал адмирал, связисту, — куда побежал? На месте стой раз, два, смирно.

На офицера связи было жалко смотреть. Одно дело — служить при штабе, получая все повышения ускоренно плюс хорошую зарплату, и совсем другое дело — участвовать в боевых действиях. На это он не подписывался, когда соглашался на задание. Умирать связисту не хотелось, а на войне всякое может случиться, даже находясь на самом защищённом корабле эскадры ты не застрахован от смерти. У военных особый склад мышления, жить, зная, что завтра по приказу, возможно, придётся умереть, это сильнее изменяет сознание, чем кажется постороннему.

– Пошутил я, — сказал адмирал связисту. Можешь расслабиться, это шутка такая, очень сильно смешная, понял меня? Можешь начинать смеяться — по моей команде.

У вояк есть свой особенный, очень смешной юмор, попробуй только не посмеяться над такими шуточками. Например, бежать от меня — до следующего пня, или копать — от забора и до заката.

Передавай на всех открытых средствах связи.

"мы пришли к вам с миром".

— И ради всех духов пустоты, найдите тех, кто ответственен за принятие решений на этой планете, пока они там не обделались от страха. Убедите их, что мы прилетели спокойно и взаимовыгодно торговать, пусть перестанут позорить себя, крича такую глупость в открытом эфире.

Адъютант, взяв себя в руки, осмелился возразить адмиралу эскадры, — но, Лэр, а как бы вы поступили, если к вашей планете такой флот вышел? У калдарианцев вполне естественная реакция, трезво просчитав наши и свои возможности, они сдаются. Разрешите задать вопрос, почему наши дипломаты не предупредили прежде Императора Борга четвёртого о том, что у нас тут будут учения, или это не учения?

Тон адмирала, бывший до этого обманчиво добродушным, резко изменился. Он больше не строил из себя отца командира для своих подчинённых, шутки закончились.

– А тебе не кажется, что для обычного офицера связи ты задаёшь слишком много вопросов, с каких это пор адмирал эскадры должен перед тобой отчитываться, щенок?!

Контрразведчик, как тень возникший сзади разговорчивого и не в меру любопытного офицера, подхватил внезапно обмякшее тело, надевая силовые наручники и специальный обруч на шею. Уже давно было известно, что он куплен чужой разведкой, но до часа "Х", через не подозревающего о своём раскрытии офицера связи, успешно сливали дезинформацию в семью Элдариэль. На мостике никто даже не пошевелился, офицеры дежурной вахты были перед началом смены предварительно предупреждены, что это предатель. Каждый, в меру своей компетентности, знал заранее о предстоящей операции. Захват ещё одного шпиона — не та это картинка, которая стоит внимания боевого офицера, на то и существует контрразведка, играющая в свои непонятные игры.