Невысокий путник торопливо шёл по узкой, едва заметной каменистой дороге, петляющей между гигантских ям - кратеров и, торчащих то тут, то там, острых, словно зубы хищника, обломков скал. Когда-то, очень давно, это место было прекрасной долиной, где шумел лес, текла река, жили люди... Но война - безжалостная, беспощадная война - изменила всё. Людские жадность и злоба превратили некогда цветущую долину в Серую Пустошь - мёртвую, спёкшуюся в камень землю, покрытую толстым слоем тяжёлого пепла.
Путник горько вздохнул и покачал головой, проходя мимо очередной воронки внушительных размеров. Перед его внутренним взором мелькали картины прошлого: высокие деревья, дарящие тень и прохладу в знойный день, широкая река с пологими берегами, где плескались дети, мирно пасущиеся животные... Всё это исчезло. И вряд ли снова когда-нибудь появится.
Вдали послышался протяжный многоголосый вой. Это выли керга - жуткие тощие твари, похожие на лысых псов - переростков с непропорционально длинными когтистыми конечностями и набором острых зубов в широких пастях. Только они, да ещё гигантские серые крысы были единственными обитателями этого проклятого места. Неудивительно, что основным чувством и тех и других был голод и взаимная ненависть из-за охотничьих территорий. Сейчас стая керга преследовала добычу. Странную опасную, но от этого ещё более желанную добычу.
Вой керга ничуть не испугал путника. Он лишь зло усмехнулся и, поправив лямку походного рюкзака, болтающегося на правом плече, продолжил свой путь. Керга напали в первый же день его путешествия через пустошь. Пришлось разгонять. Очень жестоко. В результате стая керга осталась без вожака и сократилась, чуть ли не на треть, а отважный путешественник заработал несколько длинных глубоких царапин через всю грудь. Пока оставшиеся выясняли отношения, победитель поспешил убраться от них подальше. Сделав короткий привал, и наспех обработав и перевязав раны, он продолжил свой путь.
Через сутки путешественник вновь ощутил присутствие керга. Но на этот раз в открытую они напасть побоялись. Даже на глаза не показывались, но упорно следовали за ним. Исходящий от путника запах крови приятно щекотал ноздри керга, даря надежду на скорую трапезу. Однако потенциальный обед и не думал умирать. Он даже на ночёвку не останавливался, продолжая, как ни в чём не бывало шагать в самое сердце пустоши. Это вселяло страх и неуверенность в ряды охотников, ведь керга ещё никогда не заходили так далеко от родных мест. Но голод и охотничий азарт оказались сильнее страха, и вот уже третьи сутки изрядно поредевшая от голода и стычек стая упрямо преследовала странного путешественника.
А тот так же упрямо шагал вперёд, не обращая внимания на усталость и голод. У него было очень важное дело и очень мало времени. В схватке с керга он не только получил довольно болезненные царапины, но и растревожил левое плечо, раненное несколькими днями ранее. По-хорошему следовало бы сделать полноценный привал, обработать раны и сменить бинты, но останавливаться было рискованно. Керга могли повторить нападение, и в этот раз оно грозило увенчаться успехом. К тому же поднялся колючий резкий ветер, не предвещавший ничего хорошего. Казалось, он дует одновременно со всех сторон. От его ледяных пронизывающих порывов не спасала даже плотная тёплая куртка, подбитая мехом. Раненое плечо давало о себе знать тупой ноющей болью.
Приказав себе забыть о ранении, путешественник ускорил шаг. Едва он, обогнув очередную скалу, поднялся на пригорок, яростный порыв ветра заставил его отвернуться.
– Ну и погодка, - проворчал себе под нос путник, потуже затягивая капюшон.
В этот момент, будто решив доказать недовольному, что нет предела совершенству, с серого, затянутого хмурыми тучами, неба хлынул ледяной ливень. Путешественник лишь тяжело вздохнул и зашагал дальше. Вдалеке вновь послышался вой. На этот раз полный сожаления и разочарования. Керга прекратили преследование и поспешили назад.
– Ну, хоть что-то хорошее, - мрачно подумал путник, заслоняясь рукой от холодных обжигающих струй воды, бивших ему в лицо.
Миновав очередную скалу, похожую на гигантский обломанный клык, он ненадолго остановился и обернулся. Узкая лента дороги, отличавшаяся от остального пейзажа лишь более светлым цветом, сумасшедшей змеёй извивалась между ям и скал.
– Наверное, когда-то эта долина тоже была кратером, - почему-то подумал путешественник, стоя на краю возвышенности, являющейся естественной границей долины.
– Кратер, покрытый кратерами...
Он повернулся и посмотрел вперёд. Здесь земля была не серая, а бурая. Кое-где даже пыталось что-то расти: то тут, то там виднелись чахлые кустики какой-то растительности. Узкая раскисшая дорога спускалась к черневшей далеко впереди реке, вдоль которой мерцали огоньки.
– Порт, - с некоторым облегчением выдохнул уставший и продрогший путник.
– Последнее усилие, и можно будет немного отдохнуть.
Поправив сползшую с плеча лямку рюкзака, и не обращая внимания на дождь и ветер, он двинулся дальше.