Егор сидел, как обычно, за своим столом, проверял работы, правда, нацепив очки. Они ему шли. Я оставила сумку на первой стоящей парте и безмолвно подошла к его столу.

– Что-то забыла, Скавронская? – не отвлекаясь, бросил он.

Я промычала в ответ, не сводя с него довольного взгляда. Я ждала. Ждала, когда он посмотрит на меня.

– У меня мало времени. Ты что-то хотела? – но он, как назло, не смотрел.

– Конечно. Иначе я бы не пришла, - я говорила мягко, с придыханием, расплываясь в улыбке от каждого слова.

– В чём дело, говори.

– Слышала, вас застукали с ученицей. Неужели вы с кем-то интрижку закрутили? – я расплылась в улыбке от самодовольства.

Егор прекратил писать, остановившись на полуслове своего замечания, и медленно, сантиметр за сантиметром, я видела, как поднимается его голова, а взгляд ищет мои глаза. Он озадачен моей осведомлённостью? Так, мне это и надо было. Нет испуга или угрозы. Он просто осведомляется. Похоже, моя реакция его заинтересовала.

– Ты пришла только за этим? – я ничего не ответила, но глаза блеснули специально для него. Его губы озарила мягкая тёплая улыбка.

Лицемерие?

Нет, он, правда, мил. С чего вдруг? Ему это совсем не к лицу. Вернее, нет, ему идёт быть таким, но совсем не в его стиле. Быть таким… «плюшевым».

Мне не нужен был ответ на мой вопрос. Он риторический. Он вызывает смех. Насмешку, если говорить точнее. И Егор это понимал, почему сейчас продолжил заниматься работой, словно повод, из-за которого я здесь, исчерпан.

– Что-то ещё? – спустя несколько минут моего молчания поинтересовался практикант.

– Да нет. Мне была интересна ваша реакция.

– Ты не Лена, - по спине пробежался холодок, и Егор хладнокровно взглянул мне в глаза, - ты не умеешь провоцировать меня. Кстати, она скоро приедет. Ты же не хочешь попасть в неловкую ситуацию? Так что сбегай, как обычно. Тебе ведь здесь не место, верно?

Высокомерие. Холод. Безразличие. Он словно ударил под дых - меня согнуло пополам. Я ухватилась рукой за стол, чтобы не сесть на пол от бессилия. Не видела его взгляда. Слишком слабая я для зрительного открытого контакта сейчас. Я не окрепла. Не до конца изменилась. Я слишком слаба. Не сейчас и не здесь.

Я ушла без ответа, оставив вопрос открытым. Перспектива встретиться с Леной меня действительно не радовала. Я бы не обрадовалась, увидев её в стенах лицея. Это было то убежище, где её нога ещё не ступала. Не хотела омрачать это место ею. Слишком сильна была моя неприязнь к ней тогда, чтобы простить эти уловки.

Я бы выпила чаю с Ярославом. Наверное, стоит позвонить ему. Сейчас я хочу помолчать с кем-то. Он поймёт всё без вопросов. Не придётся вскрывать душу и вытряхивать всё наружу. Телефон.

Спустя какое-то время я вышла на остановке и пешком прогуливалась вдоль ограждения территории больницы. Ярослав сказал, что может разделить со мной свой обед, не более получаса, т.к. сегодня у него забитый до отказа день. И то, даже на полчаса мне пришлось его уговаривать десять минут. Он давал консультацию клиентке и слушал меня одновременно. По его словам, нужно подняться на этаж, пробраться к кабинету сквозь толпу нуждающихся, представиться его сестрой и беспардонно войти. Этого у меня было, хоть отбавляй. Беспардонщины. Только сегодня я не совсем настроена на конфронтацию с наглыми людьми, поэтому нужно ухитриться не попасть под раздачу люлей от самых бойких людишек в очереди.

Под крик и ругань я открыла дверь кабинета и вошла. Пациентка, которая лежала на кушетке и поглаживала свой живот, тут же задрала голову к двери, осматривая меня.

– Я сестра доктора, - машинально выпалила я, даже не задумываясь.

– Это так смешно звучит, - из второго кабинета, подсобного, вышел Ярослав со стопкой бумаг. – Ты немного не вовремя. Я ещё не закончил.

– Только не отправляй меня к этим коршунам. Они склюют мою печень, и глазом не моргнут.

– Зайди во второй кабинет, закрой дверь и порисуй или почитай, что найдёшь там, на свой вкус. Я тебя позову, - не заострив на мне взгляд, Ярослав переключился на пациентку, присев на стул рядом с кушеткой. Дальше я не видела, что он делал, и не хотела видеть. Я и слышать не хотела ничего, но наушники, как назло, дома сегодня забыла.

Второй кабинет оказался забитым литературой. Несколько стеллажей в ряд с узкими проходами и плохим освещением из окна. Наверное, здесь всегда горел верхний свет. Я пролезла между стеллажей и наткнулась на знакомые фамилии: Фрейд, Юнг, Карнеги, Маслоу, Павлов, Ломброзо и Кандинский. Тут было ещё много изданий и книг, но авторов их я не знала. «Как перестать беспокоиться и начать жить» Карнеги – хотела бы почитать. Интересно, можно будет у Ярослава её одолжить на некоторое время?

Я увлеклась чтением. Не слышала, как меня позвали и шума за дверью. Отвлеклась от Карнеги, только когда открылась дверь и другой голос, кроме моего внутреннего, нарушил покой.