– Ты не вправе приказывать мне, Харлоу, - зашипела она на меня, сердито вытирая слезы. – Ты глупая маленькая девочка, которая никогда не слезала с маминых колен.

– Что? – спросила я, поморщившись.

Откуда взялся весь ее гнев?

– О, не смотри на меня своими большими глазами! Я говорю о том, что ты осталась дома с мамой. У тебя было ее внимание. У тебя был Люк, чтобы защитить тебя. У тебя была свобода. У тебя был этот чертов выбор! У тебя было все! – кричала Ханна на меня, вставая на ноги и неуклюже шатаясь.

Ее слезы были черными от туши, оставляя на лице темные дорожки.

Я не понимала, почему внезапно изменилась тема разговора, но я чувствовала необходимость защитить себя.

– Н-но это ты решила уйти с отцом. Я пыталась остановить тебя, разве ты не помнишь?

Сестра грозно возвышалась надо мной со странной ухмылкой на губах.

– Ты заботилась обо мне? – мрачно усмехнулась она. – Ты, Харлоу, всегда была папиной маленькой девочкой, и он испортил тебя. Все всегда было для тебя, - прошипела Ханна. – И знаешь что? Вот почему я решила уйти. Я знала, что ты хотела уехать с ним. Я читала твой глупый дневник. Этот смешной бред часто поднимал мне настроение.

– Я не понимаю… ты ненавидишь меня?

Несмотря на мои предыдущие опасения по поводу этой поездки и трудные времена, мы ладили, я была действительно рада увидеть сестру после двенадцати лет разлуки. В конце концов, она была моим близнецом. Но осознание того, что все это время Ханна ненавидела меня, вторгалась в мою личную жизнь, было похоже на удар в грудь. С ней было что-то не так, и я никак не могла дать этому определение.

– Ты не представляешь, что я сделала, чтобы спасти тебя! – вдруг закричала сестра на меня.

– Тогда скажи, мне любопытно! – сорвалась я.

Меня все сильнее злила ее уклончивость и ее колкости. Капитан посмотрел на нас, нахмурившись, и я понадеялась, что он не слышал нашу горячую перепалку.

– Твой драгоценный папочка… – начала говорить Ханна, но затем остановилась, словно внезапно поняла, что то, что она собирается мне сказать, может разрушить меня. – Не бери в голову. Я чувствую тошноту.

Ее лицо побледнело, и она схватилась за горло своими ухоженными руками.

Сестра взялась за перила яхты, пытаясь совладать с собой, но волна ударила в лодку, и Ханна упала.

Я обернулась, чтобы посмотреть на океан, понимая, что мы были так увлечены нашим спором, что не заметили, как зашло солнце и яхту начало сильно качать. Самое необычное в морских штормах то, что они начинаются внезапно, мало какие признаки предвещают их. В один момент все спокойно, а уже через минуту – полный хаос.

Внезапный порыв ветра сотряс яхту, и я посмотрела на капитана, который, как казалось, старается изо всех сил повернуть лодку к берегу.

Когда я посмотрела на Ханну, все начало происходить в замедленном темпе.

Сестра крепко держалась за перила, вставая на ноги. Она кричала на меня, но все ее слова тонули в сердитом грохоте волн о борт яхты. Ханна посмотрела вниз, и я, последовав за ее взглядом, увидела, что каблук на одной из ее туфель сломался пополам, отчего сестре было трудно стоять. Она отпустила перила, чтобы достать до него, и когда она это сделала, волна снова обрушилась на нашу яхту. Ханну смыло за борт вместе с отступающей водой.

– Ханна! Ханна! – закричала я изо всех сил, запаниковав, когда перегнулась через перила.

Вода была темной, с беспорядочными короткими волнами на поверхности, увидеть что-нибудь на глубине было невозможно.

Когда я осознала, что Ханна не всплывает, я не раздумывала ни секунды. Я бросилась в воду, едва слыша испуганный голос капитана, но мне было все равно. Моя сестра была там. В этот момент я больше ничего не могла сделать для нее.

Мои джинсы сразу насквозь промокли от холодной соленой воды. Они стали тяжелыми, мешая мне двигать ногами. Отчаявшись, я попыталась выкрикнуть имя сестры, но мой рот наполнился горьким вкусом моря. Я открыла глаза и попыталась осмотреться, но ничего не видела, вокруг была только вода, тянущая меня все глубже и глубже.

Сердце стучало в ушах. Волны бросали меня то на поверхность, то обратно на глубину. Я попыталась вдохнуть воздух, когда волны вытолкнули меня наверх, но только наглоталась воды. Я старалась плыть, но мои конечности устали и замерзли.

Вдруг моя рука коснулась чего-то твердого под водой. Я вскрикнула и схватилась за это.

Это была ее рука.

Маленькая ладошка Ханны не ответила на мое пожатие. Я попыталась открыть глаза под водой, но все, что я увидела, была темнота.

Мое тело начало неметь от холода и боли. Я чувствовала себя словно безжизненная кукла, которую толкают и тянут в воду, и я больше не знала, куда направляюсь – на поверхность или на дно. Я решила, что это не имеет большого значения. Ничего не имело значения кроме руки сестры в моей.