*

Где бы ни находилась банда в тот день, это совпадение было счастливым для меня – я добрался до города целым. Умаявшийся парнишка дремал, свернувшись в комок, на корме. Чем дольше я думал, тем больше сомневался, что немой связан с бандой. А вот в том, что это банда, я был почти убеждён. У Филомена на корабле ходило десятка два молодцов. А нападавшие их по кустам развесили. Что же такое творилось в окрестностях Танаиса? Названия сразу не подберёшь, а пристойного – тем более.

Я провёл на реке полных два дня и возвращался перед вечером. Народу у берега хватало – рыбаки приплыли с лова. Это хорошо, мне не придётся тащить Филомена одному. От немого сопливца в этом смысле толку никакого.

На берегу, завидев моё приближение, застыли – запах предупредил. Когда киль заскрипел по песку, вокруг разлилось подавленное молчание. Слышен был только звон толкунцов над водой и дыхание людей. Кто-то выругался, кто-то всхлипнул. Стратег Александр уже тянул лодку за нос – на сухое. Когда его успели позвать? Верный Кратон маячил рядом.

Я обернулся, складывая вёсла. Стратег, не отрываясь, смотрел на узел, где на ткани проступили жирные пятна.

– Кто теперь? – отрывисто спросил он.

– Филомен. И вся команда с ним.

В толпе горестно завыли. Люди загомонили и придвинулись. Александр сильными руками поднял тюк и бережно отнёс на траву. Потом распутал концы плаща. Я не хотел смотреть, но подобные зрелища имеют свойство притягивать взгляд.

Стратег долго молчал, потом поднял голову, и вид был угрожающим:

– Ну? Кто ещё хочет говорить, что Танаису не нужно войско и покровительство Боспора? Кому ещё доказательств не хватает? Кому ЭТИХ мало?

Мало не показалось никому.

– Унесите тело, - приказал Александр. Потом посмотрел на меня. – Где?

– Я не знаю ваших мест. Ниже по течению, в нескольких часах пути. Там погост, пристань с сараями.

– На Мёртвом Танаисе, - загомонили в толпе.

– Всех порешили, говорит…

– Нет, гляди, один выжил!..

– Кто?

– Да вон, видишь - там…

Тут я увидел своих. Жданка с Томбой стояли поодаль, на высоком берегу. Оставив танаисцев, я подошёл к ним. Лицо у моей жены стало белым и чужим, было с чего - не годится женщине видеть такое!

– Вернулся я, вот он – весь живой.

Но она смотрела больше не на меня. Пёс его знает, куда смотрела.

– Ты парня допросил? – сразу сказал Томба. Нубиец был верным другом и спутником Меча, он не мог говорить иначе.

– Допросил бы, да он не говорит. Немой вроде.

– Вроде? Или немой? Точно узнай! Видал я парня, которого два года немым считали. Ты его тоже, помнится, знал.

Не вспоминай, а! И без того уже кусаться готов. Вот чего точно не было – это чтобы вокруг Визария трупы, будто яблоки, висели. Но то ж Визарий, а не хрен с арфой!

Я снова спустился к стратегу и указал ему на пленника:

– Ты этого знаешь?

Он только кивнул:

– Гилл, внучатый племянник Филомена. Он вправду немой. До двенадцати лет нормальным был, а четыре года назад, когда с пастухами ходил, молния ударила в стадо. Про Скотью Могилу слышал, должно быть?

– Слыхал.

– Вот. И его зацепило, речь отнялась. Года полтора вовсе был не в себе. Филомен пожалел, взял в дом, возил за собой всюду – парень начал соображать понемногу. Только говорить не может. Теперь, надо думать, и вовсе.

Кратон обладал способностью всегда незаметно оказываться рядом. Он смерил убогого досадливым и презрительным взглядом:

– Да уж, очевидец, ничего не скажешь!

– Скажешь!

Правду говорить, я не сразу голос узнал. Потому что Жданка была какая-то другая. Я на миг забыл, где я и что со мной. Мне пришло в голову: какая она была, когда пояс Геракла имел над ней власть? Теперь вот тоже глядела, не видя. Глаза были тёмными, зрачки, как два колодца.

– К нам его веди. Спрашивать буду.

И никто не стал спорить. Только Александр и Кратон решились пойти за нами.

*

И всё же она боялась. Чего боялась? Снаружи и не разглядел бы, кто плохо знает – на её мордашке всегда немного отражалось, если не видеть глаза. Простая такая, видал я лица и поинтереснее. Но мы её знали, и видели, что внутри она тряслась, как лист на ветру.

Аяна дома караулила детей. Завидев нашу процессию, взяла за руку Златку: