Шрифт:
Андрей расправился со своим коктейлем куда быстрее, чем я, и тут же заказал новую пару. Возражать ему я даже не пытался – грохот музыки абсолютно не располагал к разговорам, а когда работали басы, коктейль в желудке просился наружу. Я помахал Андрею и скорчил рожу в надежде, что он поймет мою мимику: они не придут! На что мой друг показал перед собой открытую ладонь и улыбнулся, мол, будь спокоен, все будет ОК! Теперь-то я понимаю, что Андрей просто увидел за моей спиной девушек.
Две прохладные ручки закрыли мне глаза, и тут же в мире наступила тишина. Во-первых, прервалась музыка, а во-вторых, я буквально почувствовал – это она!
– Угадаешь кто? Или убрать руки?
«Не убирай!» – хотел крикнуть я, но пробормотал что-то невнятное. Не знаю, поняла меня Катя или нет, но, звонко рассмеявшись, сказала:
– Пойдемте за наш столик! – и уже, по-видимому, Андрею: – Даша заждалась!
По дороге я вытащил из кармана мобильник и выключил его. Мать имела привычку названивать мне ночью и узнавать, где я. Совсем не хотелось выглядеть смешным.
Приняв на грудь вместе с девушками еще какой-то коктейль, я почувствовал, что пьянею – то ли от алкоголя, то ли от близкого соседства своего идеала. Не падал со стула, не стучал фужером по столу, но читал стихи и даже цитировал целые куски из знаменитых литературных произведений. Не исключаю, что выглядел идиотом, но Катя слушала с вниманием и улыбалась. За такую улыбку можно отдать все на свете!
Около двух часов девушки попросили проводить их до такси.
– Я только что телефон включила… Семь звонков от мамы пропущенных… – смущенно пояснила Катя.
Аргумент был весомый, хотя мне казалось, что слишком рано…
Едва машина с девушками отъехала, Андрей потянулся и сказал:
– Не знаю, как ты, а я со своей договорился. Завтра этот ларчик и открою!
А что мог сказать я? Вечер с потрясающей девушкой – слишком много для такого неудачника, как я. Скорее всего, мы больше никогда не встретимся, она не позвонит, а сам я не решусь.
Глава 3
Она снилась мне всю ночь. И эти сладкие сны прервал звонок мобильного. Наверняка, Андрей… Прежде чем ответить, я глянул на часы – десять утра!
– Хемингуэй? – спросила трубка.
Меня словно обдало ледяной водой – ОНА! Неужели продолжение сна?!
– Ты чего молчишь? – в голосе Кати слышалось беспокойство.
– Я не молчу…
– Вот и хорошо. Давай встретимся? Утро просто прекрасное!
– Я…
Без сомнения, я согласился бы мгновенно. Но чугунная голова подсказывала, что последняя пара коктейлей была вчера явно лишней. Что ответить? И я решил сказать правду.
– Понимаешь, Катя… Я вчера явно перебрал. До стихов…
– А мне очень понравилось, – засмеялась она.
Родители по субботам всегда ездили на дачу, и, наверное, я совсем потерял голову, а потому обнаглел:
– Если хочешь, приезжай ко мне.
Пока трубка молчала, я добрался до кухни и ожидаемо обнаружил записку, сообщающую, что обед в холодильнике, а родители на даче.
Наконец, трубка ожила:
– Хемингуэй… Я приеду. Диктуй адрес.
У меня появилась масса дел: нужно было застелить постель, убрать разбросанные носки, принять душ, успеть выпить хотя бы чашку кофе в надежде на прояснение в мозгах… И я успел! Но все же звонок в дверь раздался внезапно.
Прямо через порог она протянула запотевшую банку пива, пояснив:
– Лекарство для Хемингуэя! Прямо из аптеки.
– Очень вовремя, – вздохнул я. – В ответ могу предложить чай или кофе.
– Может быть, позже? Покажи, где ты живешь…
Мы прошли в комнату, и я почувствовал смущение: как бы я ни старался, а уборка на скорую руку мало что изменила в интерьере… К тому же я не знал, куда деть руки, и только тупо пялился на свою гостью.
– Включи компьютер, – попросила она.
Но выполнить ее просьбу я не успел – две прохладные ладошки закрыли мои глаза, как вчера в клубе. Мое сердце пропустило удар, а затем и вовсе остановилось, когда я услышал:
– Можешь думать обо мне все, что хочешь, но… Я хочу тебя…
Даже не знаю, билось ли мое сердце на протяжении следующего часа. Возможно, мы даже не размыкали губ. Но как в таком случае вся наша одежда оказалась на полу? Катины смелость и нежность ошеломляли, и мне казалось, что соответствовать ей я просто не способен. Больше всего я боялся причинить ей боль, но наверняка мои руки слишком сильно сжимали ее грудь, особенно когда я взорвался в бурном оргазме.
Чуть позже мы лежали рядом, и в моей голове была абсолютная пустота. Когда наконец-то я перестал хватать ртом воздух, то смог произнести:
– Сейчас повторим… Я постараюсь, чтобы и тебе было хорошо…
– Куда уж лучше!
Катя сладко потянулась.
– Я совсем не против, но и так опаздываю на работу…
– Какую работу? – не понял я. – Сегодня же суббота…
– А у меня работа… Кстати, Хемингуэй – это фамилия… А имя у тебя есть?
– Максим.
– Ага! А то Андрей все время тебя Максом в клубе называл.