– С этого дня вы будете работать на меня, только и всего, – пояснил русский. – Формально вы продолжаете помогать англичанке, докладывая мне о каждом ее шаге.

– Как в шпионском триллере! – обрадовался Вей.

– Ага! – Черкасский громко отрыгнул. – Ты, китаеза, все правильно сечешь.

– А если мы не согласимся? – вдруг выпалил Джимми.

Вей посмотрел на приятеля, как на сумасшедшего.

– Дело ваше, – Серега демонстративно допил пиво и, повернувшись к китайцам спиной, стал рыться в большом камуфлированном рюкзаке.

– Ты что, Чен, совсем обалдел? – яростно зашептал Вей, пихая напарника локтем в бок. – Ты забыл, сколько должен мне за машину?

Напоминание о немалом долге несколько отрезвило Чена, возмущенного гнусным предложением Черкасского.

– Он хочет, чтобы мы шпионили за мисс МакДугал!!!

– Ну и что с того? – удивился Вей. – Она тебе кто, родная сестра?

Чен нахмурился.

– Ладно, кончайте на китайском трепаться, – резко оборвал гостей Серега. – Выметайтесь из моего номера, надоели.

– Мы согласны, – приняв, наконец, решение ответил Джимми.

– Вот это уже другой разговор, – улыбнулся русский. – Где сейчас эта ваша МакДугал?

– В своем номере, наверное, – отчеканили китайцы, оглядываясь на прикрытую дверь.

– Идите к ней прямо сейчас, – распорядился Черкасский, – и выясните, куда она сегодня утром собирается ехать, а затем живо ко мне доложите ответ.

– Да в Сиань она, вроде, сегодня собиралась, я уже говорил, – почесал макушку Джимми.

– Значит, уточните, – бескомпромиссно отрезал русский.

– А чек? – деликатно напомнил Вей.

– Чек потом, – ответил Серега, – в Сиане. Все, пошли. Через пять минут, чтобы я обо всем уже знал…

Конечно же, Черкасский не доверял этим двум жуликам.

Не доверял и правильно делал. С этими хунвейбинами нужно держать ухо востро.

Восток все-таки! Азия, мать ее за ногу. Эти косоглазые, они ведь как? Кланяются, улыбаются, а только ты отвернулся.… Бац! И нет бумажника.

Серега вдруг вспомнил мудрые слова одного знакомого арабского шейха, навсегда запавшие русскому в душу.

«Запомни, Сергей, – заплетающимся языком произнес тогда шейх, после четвертой бутылки отличного французского конька. – Никогда не верь плачущему мужчине и смеющейся женщине!».

Вот она, великая восточная мудрость!

Давно это было, в далеком Египте, куда Черкасский регулярно наведывался стрелять местных верблюдов. Славные времена…

Проверив помповое ружье, Серега засунул его в особый карман на рюкзаке. Этот карман был удобен тем, что позволял в любой момент выхватить из-за спины оружие.

Хотя в жизни Черкасский больше полагался на свои чугунные кулаки. Во всяком случае, тем двум китайцам, если они посмеют его обмануть, он всыплет по первое число их идиотского календаря. Вдоль и поперек изъездит весь Китай, но найдет мерзавцев.

В дверь номера постучали.

Серега открыл.

На пороге стоял улыбающийся Чен.

– А… Чан, заходи…

– Не Чан, а Чен, – обиженно поправил Джимми.

– А не один hren? – удивился русский. – Ну что там?

– Англичанка прямо сейчас отправляется в Сиань.

– Смотреть эти… как их… церкви диких уток, – догадался Черкасский.

– Пагоды Диких Гусей, – поморщился Джимми. – Вы довольно оскорбительно относитесь к нашей истории.

– Да плевал я на вас, хунвейбинов недорезанных! – вспылил Серега. – Мне, главное, артефакт добыть.

Чен не стал возражать.

– Значит расклад такой, – русский ловко застегнул рюкзак. – Вы везете англичанку в Сиань, но по дороге ваша машина ломается.

– Как это ломается? – несколько опешил Джимми. – Зачем ломается?

– Затем, – огрызнулся Черкасский. – Я за что вам деньги плачу?

– Н-у-у-у-у… – неопределенно начал Чен.

– Баранки гну, – перейдя на русский, заржал Серега, – согну, дам одну.

– Что, простите?

– Я не смогу поехать вслед за вами немедленно, – принялся пояснять Черкасский. – Мне нужно сперва заехать на автомойку. Я видел ее тут недалеко. Не терплю загаженных джипов. А вы пока по главной дороге в Сиань езжайте, затем поломка, вынужденная задержка. Там я вас и нагоню.

Русский достал из кармана карту и ткнул пальцем в место их встречи.