– Люминор, а ты с нами?
– спросил Райан.

Я замерла, ожидая ответ. Хоть бы согласился, хоть бы согласился! Люми будто мысли мои прочел. Он посмотрел на меня, усмехнулся и ответил уклончиво:

– Я подумаю.

Вот ведь гадость белобрысая! Специально меня изводит!

– Ладно, мальчики, хватит о работе. Давайте танцевать!
– воскликнула Милона и вынесла из дома свою любимую лайнору. Сегодня подружка решила порадовать всех веселой мелодией. Струны под ее пальчиками будто ожили, а чудесные звуки словно проникали в душу. Этот инструмент хранился в семье Милоны несколько поколений. Говорят, что несколько его экземпляров очень давно изготовил один талантливый маг. Он зачаровал инструменты особым заклятием, которое не развеивается со временем и воздействует на людские чувства. Думаю, это вполне может быть правдой, ведь выступления Милоны неизменно восхищают слушателей. И дело не только в бесспорном мастерстве подруги.

Мы затеяли танцы. Раз я - виновница торжества, каждый считал своим долгом станцевать со мной. Я уделила внимание и Райану, и Габрису, и Мэйбу. Стимм тоже развеселился и скакал вокруг нас, громко мяукая. Только Люми не составил нам компанию. Он вообще редко участвует в развлечениях, серьезный нашелся, то же мне. Он продолжал восседать за столом, глядя на меня исподлобья своими зелеными глазами. А я стала размышлять, от чего мне такое наказание - любовь к этому невыносимому красавчику? Вот Габрис, к примеру, тоже очень симпатичный, высокий, черноволосый, да и добрый очень, не то, что некоторые. Он никогда в жизни не обижал меня. Но, к сожалению, у нашего сказителя несчастная любовь. Он с шестнадцати лет влюблен в дочку управляющего поместьем графа А’ Мира, красавицу Ильмину. Однако девушка совсем не интересуется сыном простого крестьянина. Габрис не отчаивается, постоянно придумывает для любимой сюрпризы, пишет длинные любовные письма. Эх, мне бы такое счастье! От Люми ничего не дождешься, кроме смешков.

Идем дальше. Рассмотрим Мэйба…. Нет, он точно не в моем вкусе. Ростом с меня, худой и рыжий. А я люблю внушительных мужчин, как Люми…. Фу ты, черт, опять я о нем! Так вот, Мэйб пусть и не очень хорош собой, зато очень веселый и безобидный. Но самое интересное - он страшный ловелас. Мэйб находит себе даму сердца почти в каждом селении, где мы выступаем. Это просто уму не постижимо! Что девушки в нем находят, ума не приложу. Но как начнет он играть на своей флейте, так любая у его ног. Может флейта тоже зачарованная?

Люми сидел, сидел, а потом поднялся и направился в мою сторону. Неужели тоже решил потанцевать? Нет, не может быть, он наверняка даже не умеет. Люми взял меня за руку и отвел в сторонку от веселящихся друзей.

– Люми, ты чего?

– Давай отойдем, мне нужно сказать тебе кое-что.

Мужчина потянул меня к деревьям. Я оглянулась и встретилась с удивленным и восторженным взглядом Милоны. Она подмигнула мне ободряюще. Люминор отвел меня подальше от дома, чтобы музыка не мешала разговаривать. Огоньки Райана остались позади, теперь лицо моего любимого освещала лишь луна.

– Дэл, я хочу поздравить тебя с прошедшим праздником. Прости, что не был на балу в замке, ты же знаешь, что меня трясет от одного слова «бал».

Даже непривычно слышать из его уст свое имя, а не обидное прозвище.

– Я не обижаюсь, Люми. К тому же, если мне не изменяет память, ты сегодня уже меня поздравил.

– Но я не преподнес тебе свой подарок, - с улыбкой сказал мужчина и сунул руку в карман. Я замерла в предвкушении. Люми мне никогда ничего не дарил. Жабы и противные жуки в детстве не считаются. Люми достал из кармана золотой кулон с нежно-голубым камнем на тоненькой цепочке.

– Ух ты, какая красота!
– прошептала я.

– Этот камень называется ригнарат.

– Ригнарат, - повторила я, чтобы запомнить.
– Никогда не слышала о таком.

– Он есть только в краю, откуда я родом. Это не просто украшение. В этом камне заключена частичка моей магии. Если однажды с тобой случится несчастье, а меня не будет рядом, чтобы помочь, магия исцелит любые раны и вернет к жизни, а я пойму, что нужен, и найду тебя, где бы ты ни была.

Я оцепенела от удивления. Люми говорил так серьезно и проникновенно, я просто не узнаю его. Отчего такие изменения? Люми тем временем застегнул мне цепочку, нежно коснувшись шеи теплыми пальцами. Я вздрогнула.

– Спасибо, - хрипло прошептала я. Голос начисто пропал.
– Это просто невероятный подарок.

Думаю, нужно рассказать об удивительном происхождении Люминора…. Ой, не сейчас! Он так странно на меня смотрит, как никогда не смотрел! Сердце бешено застучало. Губы мужчины неожиданно оказались слишком близко…. Поцелует? Или не поцелует? Или поцелует? В следующее мгновение все мысли пропали начисто. Первый поцелуй в моей жизни, легкое, нежное прикосновение к губам…. Ах, какое чудо! Это тоже мой подарок? Но восторг длился недолго. Люми отстранился, а вместе с этим пропало все очарование. Как же реагировать на это? Наверное, главное - не показывать ему, как мне понравилось. Наверняка ведь он это сделал, чтобы в очередной раз посмеяться надо мной. Решение пришло мгновенно. Я залепила нахалу пощечину, при этом стараясь, чтобы ему не очень было больно, и спросила возмущенно:

– Совсем сдурел?

– Мелкая, ты чего? Больно же, - пожаловался Люми, потирая щеку.

– Так тебе!
– буркнула я, развернулась и гордым шагом направилась назад к друзьям.

Назло этому нахалу я сама пригласила Габриса на танец и даже прижалась к нему, чуть перейдя рамки приличия. Люми вернулся на свое облюбованное место за столом и снова впился в меня мрачным взглядом. Ну и что, пусть сначала научится нормально общаться и ухаживать, как все нормальные мужчины. И пусть наконец он перестанет обзывать меня этим дурацким словом! Что, милый, думаешь, поцеловал один раз, и я растаяла? Нет уж. Придется тебя повоспитывать!