– Приветствую на вверенной мне планете, – сухо проговорил полковник, продолжая прожигать взглядом дыру в непроницаемом забрале, – с какой целью прибыли на Незабудку?

– Приветствую, – в тон ответил воин, – согласно регламенту взаимодействия восемь дробь семьсот сорок четыре, «немезис» не обязан отвечать на вопросы представителей неофициальных служб. Если судить по отсутствию знаков отличия, вы являетесь «добровольцем» корпорации, не имеющим допуска к служебным файлам категории два нуля.

Заиграли желваки, и массивная челюсть едва не лязгнула. Стрельнув голубым льдом глаз, полковник хрустнул костяшками кулаков. Четко обозначенная позиция Немезиса, не нарушившего пока ни одного местного и корпоративного закона, не оставляла полковнику ничего, кроме глухой тоски бессилия.

– Это моя планета, и я несу за нее ответственность. А ты свалился как снег на голову и отказываешься отвечать на вопросы. Откуда я знаю, что…

– Мой статус проверяется одним вызовом. Заодно и сообщите нанимателю причину моей задержки.

В принципе, он увидел, что хотел. И на этом командном пункте его уже ничего не держало. И словно подслушав его желания, из бункера выскочил десантник. Отсалютовав, сообщил о вызове из резиденции. Спустя минуту полковник вернулся, пылая желанием проломить чей-то череп. Рыкнув приказ адъютанту, не прощаясь, скрылся в подземелье командного пункта.

Немезис вновь окунулся в пропитанное потом брюхо танка. Гудение запускаемых турбин забилось в теле легкой вибрацией, и многотонная махина толчком оторвалась от земли.

Выскочив на простор отвоеванного у джунглей поля, танк безжалостно отутюжил волнистый ковер травы и устремился в сторону видневшихся вдали шпилей административного центра.

Натужно гудя турбинами, танк выскочил на вершину и, получив краткий миг невесомости, перевалился и с облегченным воем устремился в низину.

Административный центр прятался под конструкциями энергетических мачт. Работавшее вовсю поле маскировки скрывало не просвечиваемой из космоса завесой уютную застройку.

Слева отвесно вздымались горные пики, а справа, пытаясь накрыть и поглотить, шумели джунгли. И вот как раз на стыке камня и зелени спрятался небольшой административный квартал.

Подпирая небо огромными конусами, здания башни сияли мириадами окон. Беззвучно раскрывались сотни ворот, что принимали и выплевывали полчища летающих букашек, а под стеной бетонных глыб кишели блестящие всеми цветами радуги спины ползающих каров.

Оценив масштабы термитников, Немезис сделал вывод о размахе корпорации. Само собой отпал вопрос о таком вложении в оборону. Он не успел до конца обдумать план возможного штурма «орешка», как машина качнулась, и створки поползли в стороны.

– Следуйте за мной, – объявился рядом адъютант, бодро взяв курс на раскрытые стеклянные двери.

Миновав полчища придворной охраны, расхаживающей в парадном обмундировании ярко-синих цветов корпорации, вежливые улыбки клерков и администраторов, они очутились напротив створки деревянных дверей, украшенных золотым орнаментом. С мягким шелестом разойдясь, крепостные двери величаво допустили вошедших в царство излишней роскоши.

– О… – слащаво заулыбался Валандай, распахнув ручонки, выскользнул из-за роскошного стола и, по щиколотку утопая в глубоком ворсе, устремился навстречу заученной походкой радушного хозяина. – Извините за долгую дорогу, вы понимаете, безопасность корпорации превыше всего, а в соседних системах неспокойно, у нас этот… комендантский режим.

Царским кивком отпустив адъютанта, администратор собирался пожать руку «немезису», но, вовремя спохватившись, убрал ладонь за спину.

– Извините, привычка. Проходите, присаживайтесь… – Но оценив изящность мебели и возвышавшегося на два с половиной метра Немезиса, удрученно поджал губы. – Хм, м-да уж. А вы можете это все снять?

– В этом нет необходимости, – дезактивировав шлем, ответил воин. Подставив прохладному воздуху оголенный череп, посмотрел на вздрогнувшего Валандая красными глазами без зрачков, – для обсуждения цели найма достаточно и этого.

Мелькнувшие в глазах чиновника страх и удивление тут же сменились вежливой улыбкой. В подковерной грызне чиновников главным качеством всегда являлось умение лицедействовать, скрывая истинные чувства под масками прямо противоположных эмоций.

Сделав приглашающий жест к столу переговоров, администратор самодовольно уселся в кресло, понимающе посмотрел на оставшегося стоять воина рядом с хрупкой античной мебелью и напыщенно произнес:

– Я хотел бы уточнить один момент, прежде чем мы окажемся за этими дверьми, – мотнув за спину, чиновник натянул обруч виртуальной связи с искусственным интеллектом, – все, что вы узнаете в этих стенах… это сугубо конфиденциально. Если вас что-то не устроит в сделке, мы настаиваем на годовом моратории по распространению информации…