Если каннибализм не мог утвердиться в мире животных из-за опасности заражения и к нему возник защитный инстинкт отвращения, то как он существовал у далекого предка человека? Мне кажется, он процветал только, когда человек научился пользоваться огнем, и труп убитого или умершего обрабатывался на костре и подвергался стерилизации. Не возникло ли использование огня у предка человека значительно раньше, чем предполагают? По заключению палеонтологов, огонь уже употреблял Хомо эректус. В Китае якобы огонь использовался не менее половины миллиона лет назад. Придет время, и эта загадка будет расшифрована.

Напрашивается еще другое объяснение процветания каннибализма. Прежде, когда человек был малочислен и жил небольшими изолированными поселениями, заразных болезней фактически не существовало. Или, если какая-либо болезнь и возникала, то истребив часть поселения, она затухала, миновав незначительное число людей, обладавших природным иммунитетом. Так что каннибализм мог существовать без опасения заражения инфекциями. Но когда численность человека резко возросла, появились города и крупные поселения, стали процветать заразные болезни. Вот тогда, возможно, и возник инстинкт боязни или отвращения к погибшему человеку — мертвецу. Иначе говоря, цивилизация способствовала возникновению этого инстинкта, погасившего каннибализм.

Исчезновение каннибализма вселяет надежду на то, что может быть в далеком будущем кое-какие инстинкты, несмотря на свою стойкость и закодированность в наследственной структуре человека, все же будут искоренены и заменены другими, более органически целесообразными, облагородив его природу.

У детей, особенно горожан, отлученных от природы, отчетливо выражен инстинкт любви к животным. Он имеет глубокие древние корни. В селениях индейцев Северной Америки один из путешественников застал настоящий зверинец. За животными ухаживали, кормили их, любили, хотя потом, со свойственным сельскому жителю прагматизмом, отправляли в котел. Такой обычай имел большое значение и для выживания. В Новой Гвинее женщины племени Канаукр даже выкармливали грудью поросят. Поэтому на раскопках древних поселений было трудно определить кому принадлежат кости животных среди кухонных остатков, кто из них был добыт на охоте, а кто выкормлен.

Склонность окружать себя дикими животными была сильно развита в Южной Америке и Океании. Быть может, домашние животные сперва утверждались из желания содержать их в поселениях из чувства любви и интереса к природе.

Африканцы были очень близки к природе и хорошо ее знали. Один из путешественников, ссылаясь на английского исследователя У. Бэртона, писал: «Уже к двенадцати годам юноша балуба узнавал привычки, названия и свойства тысячи животных, птиц, насекомых, деревьев, растений и камней… Немалые были у него и практические познания, например сведения о лекарственных растениях… за вечерними беседами у очага юноша узнавал, что листья мулоло полезны при ожоге, что отвар корней капое снижает температуру при лихорадке, что от настойки луба дерева нсвачи исчезают боли в горле, что натертый корень кабиджиджинга избавляет от чесотки…». Так что каждый ребенок проходил большую школу познания природы, превосходящую все, что современный ребенок получает в средней школе. Объему этих знаний способствовала богатая и разнообразная природа Африки.

Вероятно опыт приручения животных был издавна отработан на самых разнообразных диких животных. Домашнюю кошку приручили много тысяч лет назад. Ее особенно почитали в Египте, уступали ей дорогу, умершую бальзамировали и отвозили в город Бубастис для погребения в специальных кошачьих священных покоях, ставили ей памятники. Среди развалин этого города археологи нашли и кладбище кошек, в нем было установлено около одного миллиона их изваяний! Родоначальником нашей домашней кошки считается дикая нубийская или ливийская кошка. Сейчас известно около 15 пород кошек, хорошо различающихся друг от друга. И несмотря на столь долгую жизнь с человеком, у кошек оказались удивительно стойкие инстинкты, что дало повод Р. Киплингу остроумно заметить, что «Кошка всегда сама по себе».

В больших городах стали держать много собак. Воспитанные любвеобильными хозяевами, хорошо питающиеся, не знающие ни голода, ни холода, они становятся добрыми. И все же на некоторых, обладающих наследственно злым нравом, жизнь без невзгод не оказывает особенного влияния, и они сохраняют инстинкты своих древних предков.

В США в 1988 году содержали на 100 жителей 17 кошек, в Дании — 16, Австрии — 24, Франции — 12. Меньше всего их в Японии — всего 2 на каждые 100 жителей. В ФРГ было в 1987 году 3,6 миллиона собак, 3,9 миллиона кошек и 7,3 миллиона клеточных птиц. По подсчетам Юнеско, в 1979 году на земном шаре насчитывалось 600 миллионов домашних кошек. Одомашнивание собак привело к появлению среди них около 400 пород. В Германии на содержание собак ежегодно тратится около 70 миллионов долларов.

Быть может, любовь к собакам и кошкам поможет ограничить рождаемость человека на нашей перенаселенной планете и тем самым спасет мир, так как иногда супружеские пары вместо ребенка предпочитают завести собаку.

Кто-то сказал, что Бог — это природа со всеми заселяющими ее живыми существами. Природа обладает энергией, заряжающей человека, очищающей его от всяческой скорби. Разрыв с нею подобен душевной смерти. Любовь к природе, растениям, зверям, птицам всегда была у дикаря и стала инстинктом. Его любознательность невольно концентрировалась на природе.

Иногда удовлетворение инстинкта любви к природе, выражающееся в содержании диких зверей в домашних условиях, приобретает уродливые формы. Некоторые заводят громадных питонов, леопардов и прочих крупных животных. К сожалению, нередко только из-за престижа. Однажды леопард, выращенный в домашних условиях, не смог преодолеть в себе инстинкт хищника и загрыз своего хозяина. Не столь давно в прессе был описан случай, когда громадный пес, из чувства ревности к своему хозяину, загрыз его годовалого ребенка.