– Нет, спасибо. Я справлюсь.

Упрямая, я решила выиграть эту битву.

– Позволь мне тебе помочь, – большая загорелая рука выхватывает упорный

объект прямо из рук, и к тому времени, когда я поворачиваю голову, чтобы выяснить,

кому она принадлежит, он возвращает закрытый зонтик.

– Спасибо, – бормочу я, принимая зонт, и взглянув вверх, чтобы увидеть, кто

этот полезный незнакомец. Он одет в толстовку на молнии, и капюшон накинут на

голову. Я не вижу его лицо четко, а только вспышку направленной на меня очень белой,

привлекательной улыбки, прежде чем он снова говорит:

– Давай доставим тебя внутрь, дорогая. Ты вся мокрая.

Я реагирую на его слова и тянусь к ручке двери, но он опережает меня, и его

мужественная рука обхватывает металл передо мной. Я замечаю татуировки,

выглядывающие из-под длинного рукава, но не могу их внимательно рассмотреть.

Должно быть, он – плохой мальчик, раз у него есть татуировки в таком месте, где

каждый может их видеть. Может быть, мне не стоит с ним разговаривать.

Открыв дверь, он держит ее для меня, чтобы я через неё прошла. Я удивлена,

когда он следует за мной – он не похож на того, кто должен работать в таком месте,

как «Techdeck».

Я останавливаюсь, чтобы привести в порядок свою мокрую рубашку, радуясь,

что пришла в изумрудно-зеленой, а не в белой, которую изначально думала одеть.

Когда я прохожусь рукой по своим мокрым волосам, то испытываю облегчение

из-за того, что решила сделать хвостик. По крайней мере, это не выходящий из границ

мокрый беспорядок, и капли не стекают по всему лицу.

Заметно дрожащие, мои руки трудно контролировать, когда я пробегаюсь

кончиками своих пальцев под каждым глазом, чтобы проверить наличие размазанного

макияжа. Благодаря водостойкой туши, они оказываются чистыми.

– Это твой первый день?– спрашивает услужливый незнакомец.

Мой внимательный взгляд поднимается к его глазам, когда он стягивает с головы

капюшон, и я с запинкой делаю следующий вдох. Красивые светло-зеленые глаза, они

очаровательно сочетаются с его суровым внешним видом. Худое, слегка загорелое лицо, с

обильной щетиной на подбородке. Губы темно-розового цвета с небольшим зубчатым

шрамом, словно мини-молния начинается на кромке верхней губы и заканчивается под

носом.

Он сгребает свои удлиненные волосы, отбрасывая их назад, и я замечаю

маленькие черные тоннели в ушах.

– Да, – мой голос хриплый. Я прочищаю горло, прежде чем попытаться в

очередной раз. – Это очевидно? – я прикусываю свою нижнюю губу, погруженная в

чувство несоответствия. Почему я вообще это делаю?

Мне всего лишь двадцать лет, и работа на этой должности, кажется немного

похожим на взрослую игру.

Он потирает мое предплечье, и его рука теплая на тонкой ткани моей рубашки.

Я смотрю на его длинные пальцы и обращаю внимание на серо-черный кельтский

ободок, вытатуированный на его запястье.

– Не нервничай. Это отличное место для работы.

Смотря вниз, я киваю головой.

Он нежно касается моего подбородка, поднимая его пальцами, пока я не смотрю