Шрифт:
Аум
Потому-то
Бабочки
Просто вместо овечек. Ночное полубредовое
«Сибирь моя, любовь моя – Алтай…»
Bestпросветное
Осеннее бабье
И все еще…
На поющем Востоке далекой и близкой души пребываем мывечно и вечно тоскуем о нем. Он Бангкоком и Токио нас исмешит, и страшит, и дорогами млечными манит, когда мы уснем.На поющем Востоке из чаш вырастают цветы, и на сакуредивное диво поет по весне, и из древних истоков течет попредгорьям крутым Беловодье бурливое к солнцу до кровикраснеть;и мечты зарождаются там, и возможен полет, и не хочетсядумать о том, чего может не быть и не может не быть…А хрустальный нетронутый лед так похож на звездуопрокинутой ступы Судьбы. Мы толчем и толкуем, но толкупока не видать, эта скучная сказка без смысла, как день безконца. Словно дуло к виску, в рюмку бросившись кубикомльда, приставляем мы маску, скрывая личину лица.На высоком Востоке души, где вибрации мантр резонируютс сердцем, живет и всевластвует Бог. Нервом, ниточкойтонкой пришит Он к карману ума и за тридцать сестерциевв церкви торгует собой.…потому что так легче серьезному Западу рук.…потому что так проще жить в зависти Югу ветров.…потому что так лечит доверчивый Север хандру.Бог Адамову рощу срубил им под кров и для дров.…чтобы стало теплее душе.
На пуховой на постели облаковв полудреме пьют парное молокоиз разлившегося Млечного Путидвое странников, которых Бог простил.Ножки свесив, улыбаются-молчат,греют крылья в ярких солнечных лучах.То ли облачность пернатая легла,то ли радость их с печалью пополам,но куда по облакам они пойдут,взявшись за руки у мира на виду,непонятно им самим, а в облакахим друг с другом очень нравится пока.На закате в небесах царит покой,на пуховой на постели облаковдвух заблудших по головкам гладит Бог,потому-то мы и счастливы с тобой.
Бабочки друг с другом в одуванчикахпо весне на солнышке любилисьи с нектаром желтые стаканчикизалпом осушали в изобилии.Без ума любились, безоглядные,бабочки – всей жизни двое суток —без задумок: хорошо ли, надо ли,без боязни сплетен-пересудов.Солнышко светило в небе ясное,май пришел, и травка зеленела,бабочки друг с другом были счастливы.Кто на ком?Кому какое дело.
Ежик седых волос,время течет к нулю…Поводов нет для слез,просто пока не сплю,просто в окне луна,просто давно вдвоем,просто твоя спинасердце спасет мое;просто смешно сопишь,просто тревожно спать,просто такая тишь,просто одна кровать,просто тобой дышу,носом уткнусь в плечо,люстра, как парашют…Что это я? О чем?Просто родным тепломпахнет твоя рука,просто блестит стекло,и без тебя – никак,и в голове сумбур…Тихо подкрался сон.Нашу с тобой судьбуночью разделит он.
Сибирь моя, любовь моя – Алтай,мой сон, мой теплый край, моя стихия,мой идол поклонения мостам,и тайна, и алтарь…Какой трухи яни натащу к тебе из дальних мест,с какой бы ни пришла к тебе дороги,скитов твоих негромкий благовестсмиренно встретит и омоет ноги,и инокиня Обь, темна водой,печаль мою с души сотрет подолом,и месяц в небе, робкий, молодой,осветит эту ширь. Пусть будет долог,моя Сибирь, твой век, чтоб Русь моглаомыть свои стопы, чиста тобою,и чтоб Москвы златые куполавосславили ее твоей Любовью!Сибирь моя, любовь моя – Алтай,ты песня, ты весна моя святая,моей Судьбы полет и высота,ах, мне б к тебе за журавлиной стаейв родимый край…
Под омофором розовых небессовсем не важно, где мы или кто мы,не важно даже, море или омутмутит хвостом наш персональный бес.Наш мир бескрайний состоит из бездн,и он бездонен под бездонным небом.совсем не важно, зрелищ или хлебане выдаст Бог или свинья не съест.и каждый в этом мире is the best,и сам себе и цирк, и bestиарий,и каждый зверь способен двести арийисполнить для других живых существ,но не поет, а только просит естьи выедает собственную душу.Так океан Любви остатком сушив бессильной жажде будет выпит весь.Когда не станет в этом мире песени музыка исчезнет навсегда,тогда иссякнет Божья благодатьи мир, дойдя до дна, нам станет тесен.
Суета, маета и дороги расхлябаны…Вопреки ожиданьям, всем бедам назлозапестрят зеркала бестолковыми бабами,что в погоне за счастьем встают на крыло,запестрят зеркала лебедицами-ведьмами.По осеннему небу на метлах, шутя,бабы верят в любовьдо конца до победного,как в пришествие смерти не верит дитя.Бабы верят в любовь,громыхая кастрюлями,привыкая в миру забывать о себе,если их мужики не погибли под пулями,значит, будет кому приготовить обед.Бабы верят в любовь.Эта вера по странностивере в Деда Мороза из детства сродни:сможет стать им любой, кто придет, звякнув санками,по головке погладит и влезет на них.Бабы верят в любовьради слова приветного,ради счастья судачить с подругой о том,что терпеть невозможно диванно-газетногокобелину с ленивым пивным животом.Бабы верят в любовь,сериалами вскормлены,и, мечтая, играют в чужую судьбу,голодая в погоне за стройными формамии по жизни таща мужика на горбу.Если держится мир на доверии бабами,дай им ноги покрепче, Всевышний,хотя…Хорошо, что дороги и души расхлябаны,раз им выдался шанс полетать,пусть летят.
Ветхозаветный театр теней:за райским садом Божий ад,потом потоп. И все.Верней, побило градом виноград.И все.И не напился Ной.И все.И не родился Хам.И, слава Богу, под лунойнет места горю и стихам.И все?Отнюдь. В который разнашелся умник – попросил.И все.И – кто во что горазд,на что хватило средств и сил.И все.И зря старался Бог.И все.И не пошли ко днуни пьянство с хамством, ни любовь,ни стихопесни про луну.И все.И нет скончанья дней.И все.И молится за насВетхозаветный театр теней,творя намаз в рассветный час.И все? И все.