Аполлон 35
– Аполлон, вы отклоняетесь от траектории.
– Голос центра управления был женским. Это определённо было очень плохим признаком. Женским голосом пользовались тогда, когда ситуация действительно требовала внимания.
– Вижу.
– Голос капитана был спокоен. В нём не чувствовалось даже испытываемой перегрузки.
– Что-то не так с грузом.
– Масса груза превышает расчётную.
– На этот раз голос был мужским.
– ЦВМ выдаёт расхождение в пять килограмм. Корректируем.
– Принял, Хьюстон.
– Голос капитана не изменил выражения.
– П-перегрузка на м-минуту дольше. Д-делов-то.
– Бронислав Кочетов, штурман-техник Аполлона, всегда отличался оптимизмом. Иногда явно напускным, иногда настоящим. Возможно это было неотъемлемым свойством русских космонавтов. Точно Эндрю не знал.
– Аполлон, корректировка произведена успешно.
– Голос центра управления опять был женским.
– Не вижу массы, Хьюстон.
– Капитан сначала не изменял тона, а затем резко рявкнул.
– Повторяю, не вижу массы. Джейн, проверка!
– Есть капитан.
– Радиотехник Джейн Моро была в экипаже единственной женщиной.
– Подключен второй контур. Видеосигнала в грузовом модуле нет.
– Не вижу массы!
– Повторил капитан. Эндрю и сам сейчас во все глаза следил за массометром удалённого управления. Показания вместо плавного снижения, вызванного затратами топлива, изменялись скачками. Словно в индикатор вселился демон предсказатель скорости копирования файлов.
– Сбита центровка груза.
– Подтвердил женский голос.
– Аполлон, у вас биения!
– Мужской голос. Вторя ему немедленно зажглись красные огни аварийных сигналов.
– Корректировка не подходит. Вы отклоняетесь.
– Вижу.
– Подтвердил капитан.
– Есть указания?
– Мы работаем над этим. Сейчас будет пересчёт.
– В голосе центра не слышалось особенной уверенности.
– К-капитан, это м-мяч для к-картошки! Подложили!
– Просипел Кочетов.
– Ш-шутники.
– Хьюстон, у нас версия.
– Капитан явно не оценил шутки. Если это была шутка.
– Слышим вас Аполлон.
– Подтвердил центр.
– Приняли.
– Есть масса!
– Включился в разговор Эндрю Васкес, второй пилот, последний из четырёх членов экипажа.
– Корректировка совпадает.
– В голосе капитана явственно прорезалось удовлетворение.
– Аполлон, через шесть минут нужна будет ручная корректировка.
– Предупредил центр. Красные огни погасли.
– Вижу отсчёт.
– Подтвердил капитан.
– Готов к разблокировке маневровых по команде.
– Контуры связи исправны.
– Доложила Джейн. Капитан только поднял ладонь в качестве ответа.
Эндрю был вынужден признать, что взлёт получился ещё более нервным, чем ожидалось. И не только потому что взлёт на Сатурне-8 всегда представлял собой ту ещё нервотрёпку. (От одной только вибрации при старте можно было выплюнуть свои зубы, не говоря уже о содержимом желудка.) Вся экспедиция представляла собой одну большую проблему, аккуратно собранную из множества маленьких.
Начать с того, что в экипаже были спешно заменены аж двое астронавтов. И если против русского Кочетова Эндрю не мог возразить ничего кроме солидарности с исключённым Джимом Таю, то "первая женщина на Луне" едва не убедила Эндрю самого отказаться от полёта. До сих пор у Эндрю никогда не было проблем с экипажами, он слыл самым удобным в психологическом плане астронавтом, но тут... Впрочем, психологи не заметили трудностей Эндрю, а им лучше знать. Джейн Моро была отличным радиотехником и не только. Сексизмом Эндрю тоже не страдал. Но вот её воинствующий креационизм и фанатичная вера... Эндрю искренне не представлял себе, как человек увидевший космос может продолжать цепляться за средневековые предрассудки, да ещё с таким немыслимым упорством. И как такой человек вообще может попасть туда, где всё зависит не от молитв, а от точного расчёта, твёрдости разума и скорости реакции? Очевидно это было сделано по политическим мотивам, будь они неладны.
Та же политика гнала Аполлон 35 к Луне в то время как китайцы разумно сделали паузу в своей лунной программе. Америка не могла проявить слабости. Первая постоянная лунная база должна была быть американской, а не китайской. И наплевать, что комета Шомасса вот-вот обдаст своим хвостом все окрестности. Для НАСА это лишь повод использовать преимущества американских модулей в экранировании. Мы можем не прерывать постройку базы. Аполлоны будут летать по графику. Аполлоны будут летать с опережением графика. Даже если стартовать надо не из США с мыса Канаверал, а с Байконура. Даже если стартовать надо верхом на русском носителе лишь из вежливости названном Сатурном. Даже если из-за этого надо принять русского в экипаж.
С другой стороны, задачи у экспедиции были довольно рутинные. Насколько рутинными могут быть полёты на Луну. В грузовом отсеке Аполлона были аккуратно упакованы компоненты первого лунного строительного аппарата. Орфей представлял собой универсальный аппарат - это был и кран, и экскаватор, и бур, и вездеход. С его помощью и с помощью некоторых других, не столь универсальных и шикарных аппаратов, а также взрывчатки экспедиция должна была вырыть на луне настоящий котлован. А в этом котловане следовало смонтировать основу базы из стеклоблоков, которые в автоматическом режиме создавал доставленный предыдущим Аполлоном модуль Дедал.