Глава 5

Утро наступило неожиданно. Их разбудил дикий рёв. Все повыскакивали из своих палаток.

– Это что еще за срань, – с перепугу, заспанная, Оливия не скупилась на выражения.

Она повернулась в поисках Сантьяго, и увидела, что он согнулся возле своей палатки пополам от смеха, держась руками за живот.

– Чего ты ржешь?! Что это было такое? – и вздрогнула, потому что рев повторился откуда-то из джунглей.

– Всегда срабатывает, – сквозь смех сказал парень.

– Алекс, – она повернулась в поисках поддержки, – ты понимаешь, что происходит вообще? Почему он ржет?

Алекс, поначалу тоже испугавшийся, теперь понял, что происходит, и снисходительно улыбался.

– Ревун, – ответил он.

– Что – ревун?

– Обезьяна-ревун. Так он заявляет свои права на территорию.

– И что же в этом, черт возьми, смешного? – этот вопрос она адресовала уже Сантьяго.

– Да потому что это всегда так работает с новыми туристами – выбегают, в чем мать родила, и метаются по поляне. Обожаю эту обезьяну.

– Он что, каждое утро тут орет?

– Не уверен, но мне всегда везет. Каждый раз, когда я здесь, он – тоже здесь, – парень уже отдышался от смеха.

– Ты мог бы и предупредить вчера, а если бы у меня сердце не выдержало?

– Да брось, Лив, – Алекс уже успел сходить в палатку за камерой. – Пойду, поснимаю.

– Хорошо, что мы сегодня уходим.

Она чмокнула Алекса в щеку и залезла в палатку. Нужно одеть что-то свежее, вчерашняя одежда насквозь промокла от пота и соответствующе пахла. Оливия залезла в рюкзак. И правда, зачем она брала купальник. Навряд ли за ближайшим кустом притаилось маленькое море. Она переоделась в белую майку и шорты цвета хаки.

– Прямо как настоящий археолог – подумала она, – панамки разве что не хватает.

Лив любила красивую одежду. С недавних пор у нее появилась возможность покупать себе всё, что понравится. Благодаря Алексу она всё реже вспоминала времена, когда затертые джинсы и стоптанные кеды были ее единственным костюмом. Её воспитывал старший брат, потому что родителей не стало, когда она еще училась в младшей школе. Брат к тому времени был уже почти совершеннолетним, буквально несколько дней до дня рождения, и служба опеки оставила её с ним. Он всегда старался изо всех сил, но что мог сделать парень, потерявший родителей на пороге совершеннолетия, не получивший должного образования, да еще и с маленькой сестренкой на руках. Он хватался за любую работу – уборщик, курьер, грузчик – только бы она смогла доучиться и попасть в колледж. За это Лив всегда была и будет ему безмерно благодарна. Но им едва хватало на жизнь, не говоря уж о модных шмотках. В старшей школе она уже сама устроилась на работу, чтобы хоть как-то облегчить Энди жизнь. А потом она встретила Алекса. Отчасти, он был бы полной копией её брата, если бы их жизнь развивалась в одинаковых условиях. Просто Энди повезло чуть меньше. Она всегда ценила в нём силу характера, целеустремленность, твердый нрав, но, в то же время, он умудрялся находить время помочь ей с уроками, готовил завтраки по утрам и утешал, когда ей впервые разбили сердце. Все те же качества она обнаружила и в Алексе. Он как-то сразу стал частью семьи, помог Энди устроиться на хорошую работу, договорился о его зачислении в институт. И, в момент, когда однажды Алекс и её брат сидели вместе на крыльце, пили пиво и разговаривали как старые приятели, Лив поняла, что теперь она абсолютно счастлива.

Она вышла из палатки, когда Сантьяго уже разводил костер.

– Всё в порядке? – спросил он.

– Ха-ха, отличная была шутка.

– Да не злись, это ведь и правда было смешно. Видела бы ты свое лицо со стороны.

– Да уж представляю, – она хихикнула, – удивительно, как никто из твоих туристов еще не пристрелил тебя.

– Может и попытались бы, если бы у кого-то было с собой оружие.

– Кстати, Сантьяго, а откуда ты так хорошо знаешь английский? – поинтересовалась Оливия.

Он пожал плечами.

– Ну, моя бабушка американка, так что у нас в семье все говорят на нем так же хорошо, как и на родном.

– О, это здорово. А ты никогда не хотел уехать туда?

– Туда?

– Ну, в штаты.

– Да нет, мне нравится в Перу. Здесь мой дом, я всё знаю. А что я буду делать там?

– Ну, ты бы мог выучиться, получить профессию… множество эмигрантов так делают и живут довольно неплохо. Даже открывают ресторанчики, магазины…

– Не знаю, как-то не думал об этом. Мы собираемся с моей девушкой, конечно, уехать из Бока-Ману в город получше, но мы планируем ехать в Лиму.

– Она тоже перуанка? – спросила Лив.

– Да, ее зовут Летисия. Она работает, кстати, в той гостинице, где вы останавливались. Мы копим деньги на свадьбу и переезд.

– О, – удивилась Лив, – вы большие молодцы. Подумайте, может начать с Лимы, а оттуда перебраться в Америку. Вам точно там понравится.

– Я мечтаю побывать на Аляске, – сказал Сантьяго.

– Аляска? – Лив поперхнулась, – там же холодно, Сантьяго.

– В том и дело, – улыбнулся парень, – я никогда не видел снег. Только по телевизору.

В это время из джунглей показался Алекс, явно довольный – значит ему удалось заснять ревуна.

– Я думала эта обезьяна утащила тебя к себе в гнездо, – она помахала ему рукой.

– Всё в порядке, – крикнул он с другого конца поляны, – сейчас уберу камеру и приду.

Когда Алекс подошел к костру, вода в котелке уже кипела. Они сварили в ней кофе и разливали по чашкам ароматный напиток.

– Это была наша последняя вода, – сказал Сантьяго.

Оливия в недоумении подняла голову: