Шрифт:
– Амми, ты еще там?
– Да…
– Как ты думаешь, демоны…
– Кто?
– Ну, принципалы, они действительно нас создали?
– Конечно, – категорическим тоном произнесла девушка, – разве может быть иначе?!
Эва пожала плечами и не ответила, взяв в руки другую картинку, Где изображение сохранилось лучше. По крайней мере Эва отчетливо разбирала, что на нее из-под спущенных очков смотрит мужчина, чем-то напоминающий ее папу, такой же высокий, такой же проницательный и цепкий взгляд. Вот и вся схожесть, так как мужчина в халате лучезарно улыбался, что никогда не делал ее отец и трепетно обнимал железного человека. Весь из проводов и железных конструкций, с выпученными глазницами, он навевал жуткие образы, чем-то напомнил ту сломанную девочку на свалке, голос которой до сих пор всплывал в воспоминаниях, вызывая у Эвы мурашки и отвращение.
«Интересно, чему радуется этот человек с древнего снимка, обнимая чудовище?
Обнимая так же трепетно, как на предыдущем снимке женщина обнимает своего малыша».
Глава 7
– Эй, быстро встала и разделась, – огромный ботинок безжалостно толкнул Эву под ребро.
Она поморщилась и с огромным усилием разлепила глаза.
– Пошёл вон, придурок!
– Ах ты, маленькая дрянь, а ну быстро встала, мне некогда с тобой церемониться! – схватив ее за шкирку, Харя, тот самый, что при входе в город устроил радушный прием, в одну секунду поставил ее на ноги. Эва покачнулась, но устояла. – Если не разденешься сама, – отвратный тип, больше похожий на мясника, мерзко оскалился, – я с удовольствием тебе помогу.
– Попробуй, – скинув сонное оцепенение, зло произнесла Эва, готовясь вонзить свой маленький раскладной нож уроду в глаз. Но не успела сделать даже движение, как дверь распахнулась, и в комнате показалась Ирма, тащившая за волосы девушку.
Эва так и замерла. Если бы с одним она точно справилась, то с двумя, не получится. Ирма между тем беспощадно, с агрессией швырнула свою добычу в сторону.
– Прошу, отпустите, мне больно, – заплакала девушка, кидая испуганный взгляд.
Этот голос Эва узнала – ее сокамерница, Амми. Странно, но Эва, убежденная, что Амми, как и все, помешанная и недостойна ее жалости, поменяла свое мнение. Ведь Амми выглядела такой потерянной и ничтожной, что сердце Эвы на секунду сжалось. Справедливостью, о которой грезила несчастная, тут и не пахнет. Может, ее тоже решили продать?! Но подумать о дальнейшей судьбе Амми Эванжелине не дали, Харя резко вцепился в ее штаны, пытаясь стянуть.
– Давай, дичь, раздевайся! Нечего пялиться!
– Харя! – предупреждающе крикнула Ирма, но было поздно – со злорадным выражением Эванжелина со всей дури впечатала свободное колено между ног урода, а после зло зашипела:
– Это было последнее предупреждение, в следующий раз, если меня тронешь, ты умрешь!
Эва сама поразилась, с какой кровожадностью прозвучали слова. Даже стокилограммовый мужик, казалось, испугался, по крайней мере он молча отполз в сторону, с болезненным видом держась за ширинку, и с мольбой во взгляде посмотрел на Ирму.
Женщина-змея закатила глаза:
– Такая туша, а мозгов, как у младенца!
Указала на Амми:
– Займись этой, – и направилась к Эванжелине, которая уже вернула штаны на место.
– Ирма, если думаешь…
– Нет, девочка, думать – не моя привилегия, я всего лишь исполняю приказы. Поэтому давай не будем усложнять мою жизнь, ты просто сделаешь все, что от тебя требуется, и мы расстанемся друзьями еще на пару—тройку дней. Согласна?
Эва скривила губы в усмешке, незаметно проталкивая нож дальше в рукав.
– Только если умру.
– О, девочка, я очень не против, но, боюсь, не готова потерять деньги. А они мне ой как нужны. Видишь, костюмчик поизносился, да и вообще…
Женщина мечтательно причмокнула.
Эва же прищурилась и неожиданно для Ирмы произнесла:
– Я сделаю, как ты просишь, но с одним условием – ты расскажешь, где мой отец.
Ирма прошлась оценивающим взглядом по невозмутимой фигуре, между ее черных растянутых губ показался кончик языка, лучше всего продемонстрировав змеиную натуру обладательницы. И напомнив, с кем Эва пытается торговаться.
– Отцом? – улыбка Ирмы стала шириться. – Отцом? Ха-ха. Какая же ты глупая и наивная. Твой отец… твой отец, – женщина начала задыхаться от душащего и припадочного смеха. – Твой отец сдох еще там, в лесу. Мы с Мухой отправили его в небывалое, когда он пытался увести нас от вашего убогого жилища. Видишь ли, он оказался не таким прытким, и пуля его догнала, может, даже не одна.
– Нет, это неправда… Ты врешь! – в ярости закричала Эва, по телу которой начали расползаться красные пятна.
– Ну не знаю, – женщина приложила палец к губам, как бы задумавшись, – может, вру, а может, нет, решать тебе, в любом случае не тешь себя пустыми надеждами, с отцом тебе больше никогда не встретиться, это я тебе гарантирую.
Ирма взглянула на свое запястье и между прочим заметила:
– Ведь через минут тридцать ты исчезнешь.
Эва в ярости хотела воткнуть нож прямо в глотку этой омерзительной женщины, но зерно разума все же возобладало, и она, сжигая женщину презрением, стала нервно раздеваться.
– Вот и умничка, видишь, Харя… – она многозначительно оглянулась на мужчину, но не закончила предложения, от развернувшийся картины потеряв дар речи: мясник придушивал и целовал полуобнажённое, вяло сопротивляющееся тело, а его руки хаотично мяли и щупали все, до чего могли дотянуться.