— Понял. До связи!

— До связи! — ответил Саныч и отключился.

Вообще-то так с диспетчером говорить не положено, особенно учитывая то, что все переговоры фиксируются на магнитофоне, но мы с Андрюхой в параллельных группах учились, и с первого курса дружим. Вот только он толковый весь и правильный, отличник и трудоголик, да еще и с волосатой лапой за плечами, а я раздолбай и лентяй, да и связей нет, кроме этого самого Андрея. Настоящий друг, выручил, когда после полугода халтур на мели оказался. И вот я, уже почти год, дежурный электромонтер на подстанции со смешным названием – 110/10 «Удотово». Одно радует, что не манагер по уборке территории, как один мой школьный приятель, между прочим, золотой медалист. Хотя, каждому, как говорится, свое. Кто боссом будет, кто дворником.

А я, надев каску и сунув в карманы куртки диэлектрические рукавицы и пирометр, поплелся в обход.[4] Ибо, чем Сила, вторичные цепи и контур заземления не шутят!.. Недосмотрел, и небольшая лень оборачивается «одним местом в мыле» и премией в минусе.

— Дядь Петя, тут ОДС штормовое предупреждение передало! Я пойду, оборудование обойду! — крикнул я напарнику, впрочем, не особо ожидая ответа, так как он уже с утра успел принять на грудь и сейчас мирно спал между щитов релейной защиты.

Идя по коридору между ячейками масляных выключателей ЗРУ-10кВ, и прислушиваясь к тихому жужжанию шинопроводов и контакторов, я понимал, что такая работа, на данный момент, меня целиком устраивает. С одной стороны, куча свободного времени – как-никак сутки через трое работаю, да и на смене три четверти времени, просто тупо сижу. А значит, можно и подхалтурить, и любимыми хобби заняться. Плюс маршрутка всего за сорок минут и семьдесят пять рублей прямо к воротам подстанции привозит. Вон в Москве, говорят, народ из пригородов до центра по полтора-два часа добирается, особенно кто на своих колесах. С другой стороны, необходимые в жизни элементы экстрима и драйва присутствуют. Мало кто из простых людей, что привычно включают свет на кухне, или сушат феном волосы после душа, могут представить: как в ночной тишине, после короткого взвизга перегруженных кабелей, с грохотом отключается высоковольтный выключатель, отключая короткое замыкание на линии электропередач, или то, какие чувства тебя охватывают, когда смотришь на болтовое соединение шин, где из-за плохого контакта начался нагрев, что в любой миг может привести к замыканию (которое больше похоже на взрыв гранаты), пожару и многодневному ремонту, а надо всего-то подтянуть болт на один-два оборота – и нельзя – диспетчер не дает добро на отключение потребителей.

Просто удивительно, как с годами уходит из жизни романтика и жажда приключений. Вот в детстве, до школы, еще мечтаешь стать космонавтом или летчиком. В школе, начитавшись Майн Рида, Джека Лондона и Жюль Верна, хочешь поступить в мореходку, чтобы бороздить моря и океаны, или, насмотревшись боевиков, обещаешь себе пойти служить в десантуру или морпехи. Поступая в ВУЗ, мечтаешь об интересной работе, и, может, карьере ученого, конструктора, удачливого бизнесмена, великого финансиста или гениального врача – зависит от выбранной специальности. А по факту, радуешься, зарабатывая геморрой в офисе, или горбатясь работягой. Хотя, лично мне иногда хочется большего. Нет-нет, да и проскочит шальная мыслишка: «Вот бы попасть как в книгах, и не важно, к эльфам и магам, или в космос к ситхам с джедаями». Понимаю, что это идиотизм и впадание в детство, но поделать с собой ничего не могу. Но сейчас у меня есть дело, а после можно и помечтать, и фильм посмотреть.

Проверив распределительное устройство низкой стороны, и выйдя на территорию подстанции, я подумал, что сейчас, вроде бы, все хорошо, и оборудование, что вдвое старше меня, и должно было пойти на металлолом еще в начале девяностых, работает исправно. Вдохнув чистый вечерний воздух пропитанный запахами приближающейся осени, я оглянулся по сторонам. И на мгновение замер, пораженный величественной картиной грозовых туч, что подсвеченные заревом заката, застилали горизонт на северо-западе, и в которые сквозь поля и перелески уходила вереница опор отходящей линии 110кВ., что тянулась до тех самых «вояк» – истребительного полка, что получал электричество от номерной 479-й подстанции 110/10, которая, в свою очередь, питалась транзитом через наше ОРУ. Отведя взгляд от величия природной стихии, я пошел осмотреть трансформаторы и высоковольтное оборудование. Тут тоже все было благополучно. И став около бочек выключателя[5], я, достав сигареты, закурил, любуясь вечерним предгрозовым пейзажем.

Из состояния умиротворения и покоя меня вывела голубая вспышка, что подсветила грозовые тучи снизу мертвенно-зеленоватым светом. Выключатель оглушительно бабахнул, выключаясь. И сквозь «вату» в ушах стало слышно звон сигнализации в щитовой и визг привода взведения выключателя. Спустя полторы секунды снова бабахнул выключатель – сработало АПВ[6]. И я, полуоглушенный, с ужасом услышал рев и гулкие удары из заполненных трансформаторным маслом, поставленных «на попа» цистерн стодесятикиловольтного выключателя – понимание как приговор – не погасило дугу. А спустя пару секунд, два из трех баков выключателя разорвало, расплескав вокруг пять с половиной тон горящего масла.

Прежде чем меня поглотила бушующая стена огня, сквозь сковывающий ужас пробилась мысль о том, что в прошлом году именно на этом выключателе масло так и не поменяли, и замена его была запланирована на будущей неделе. Меня охватило пламя. Такой боли я и представить не мог. Боль заполнила меня без остатка. Казалось, это инферно пожирает не только мое тело, но и разум и душу, если она есть. Казалось, это длится вечно, но вот боль стала отступать. И в отчаянии, что пришло ей на смену, стали возникать мысли: здравая – «Кожа и нервные окончания сгорели. Скоро конец, Ростислав свет Романович, молодой электрик и фанат ЗВ-шник с ником R2ныч», неуместная – «Зато узнал, что Вейдер на Мустафаре чувствовал», последняя, как отзвук угасающего сознания – «Кислородное голодание вроде… Вот и все…».

Не было ни мыслей, ни чувств, ничего. Я плыл во тьме, даже не так, нечто что не осознавало себя, было растворено в абсолютном ничто. Сколько это длилось, я и предположить не берусь – может мгновение, а может вечность. Но вот на краю сознания зажглась искорка света. И я инстинктивно потянулся к ней. Она все росла и росла, пока ее сияние не поглотило меня целиком. А потом свет померк, сжавшись в надпись:

«Обнаружено новое неидентифицированное программное обеспечение. Установить: Да / Нет»