В этот момент щёголь, прогуливающий взлохмаченного пса, беззвучно рассмеялся, показав два ряда крепких белых зубов:

«До каких же небывалых размеров может дойти человеческая глупость! Этот Огнев додумался просить у Всевышнего помощи в убийстве! Ему сейчас выгоднее пообещать мне новую кочергу. Вот умора! И зачем люди ходят в театр, если вокруг ежеминутно разворачиваются любопытнейшие сюжеты»?

Повернувшись к собачке, щёголь с упрёком произнёс:

– А ты, Себ, опять подвел меня своей отталкивающей неряшливостью. Неужели нельзя было принять вид благородной овчарки?

Песик открыл пасть и произнес неожиданно писклявым фальцетом:

– А зачем, Анатас, зря утруждаться? Противник-то не очень достойный: компания мелких, ничтожных и запутавшихся в своих нелепых страстях человечков.

– Вон как ты заговорил! Будут тебе в затеянной мной интриге и достойные противники. Мы ведь только в самом начале сюжета. А как тебе нравится, что я собрал основных задействованных в моей пьесе лиц в одном месте и в одно время? Ни одному из них даже не приходит в голову, что они уже связаны между собой невидимыми нитями.

Пес глухо заворчал и неожиданно перешел с фальцета на густой бас:

– Нашел чем удивить! С твоими возможностями мог бы придумать что-нибудь и эффектнее. Уж я-то видывал кое-что и посильнее из твоих фантасмагорий.

– Ладно, умолкни! Сюда идут. И не требуй от меня слишком многого. В этом подлунном мире уже не может быть ничего нового. По крайней мере, для нас с тобой.

– Да, это так! Как утверждал великий писатель: «Скучно жить на свете, господа!» Хватит философствовать, Себ! Давай лучше вкусим радости от очередного кровавого побоища.

Пес послушно присел и поднял торчком уши. Он жаждал не только увидеть всепроникающим магическим зрением детали предстоящей драмы, но и ловить каждый стон жертвы и ругань распаляющих в себе ярость палачей.

И словно приподнимая занавес перед застывшей в нетерпении публикой, Огнев нажал черную кнопку звонка. За дверью раздались тяжелые шаги. Понимая, что его рассматривают через дверной «глазок», Огнев попытался придать своему лицу безмятежное выражение.

– Это ты, Константин?

– Нет, мой брат близнец! Давай быстрее: Дым рвет и мечет. Ему акт о списании стройматериалов срочно понадобился. Он же тебе звонил, предупредил, что я подъеду. А ты мне глупые вопросы задаешь: я это или не я.

Услышав лязг открывающихся замков, Огнев с удовлетворением подумал:

«Поверил, старый хрен! Сейчас ему будет несладко. Но сам виноват: нечего было за спиной Дыма нечестную игру затевать».

Дверь отворилась и тут же сбежавшие сверху боевики, грубо оттолкнув Огнева, влетели в квартиру. Поспешно войдя следом и захлопнув за собой дверь, Огнев увидел опрокинутого на спину хозяина. Возле его бледного от страха лица Зеб держал нож и угрожающе предупреждал, чтобы тот лежал тихо.

Огнев поспешил успокоить хозяина:

– Желток, ты у нас человек хоть и подлый, но умный. Зря шуметь не будешь. Я тебя знаю, как любителя женщин, сухих вин и нежных деликатесов. Не заставляй нас причинять тебе боль. Твоя жизнь зависит сейчас исключительно от твоего поведения. Поверь, я к тебе отношусь с пониманием. Ничего личного. Только дело.

– Но я не понимаю, в чем моя вина!

– Не мельтеши! Дым все знает. Ты украл из его фирмы почти миллион баксов. Но это ещё не всё. За спиной Дыма ты снюхался с его конкурентом Хвостом. Собрав документы по нашей фирмы, ты хотел передать их Хвосту за круглую сумму. Но наш доброжелатель в окружении Хвоста успел предупредить, что продажа документов намечена на завтра. И вот я здесь вместе с Зебом и Серой, чтобы не дать тебе совершить ошибку. Теперь говори.

– Все это ложь, и никаких документов у меня нет.

– Ну, зачем ты так? У нас ведь и запись твоей последней беседы с Хвостом имеется. Наш человек постарался. Ты в разговоре своего благодетеля Дыма называешь тупоумным выскочкой. Разве не так? Ну что в лице изменился? Убедился, что я не блефую? Давай, не тяни время, говори, где документы прячешь.

– А какая мне от этого выгода?

– Никакой, если не считать, что избежишь пыток и нестерпимой боли.

– А жизнь? Честно говорю – не знаю! Дым сказал, что сам будет говорить с тобой, когда документы отдашь.

– За дурака меня держишь! Сначала разговор с Дымом, а потом укажу тайник.

– Не в твоем положении условия ставить. Дым ждет звонка с докладом, что бумаги у меня. Ну что, укажешь сам или Зеба с Серой к разговору подключить? Посмотри на их лица: ребята явно жаждут развлечения!

– Раз у меня нет выхода, я укажу тайник. Можно встать? Давай, не тяни!

Желтов встал и направился к окну. Огнев предупреждающе махнул боевикам, и те вплотную приблизились к хозяину. Желтов улыбнулся: