– Ага, - процедила вампирша. Огляделась по сторонам. Комната была противоестественно уютная. В таком доме попросту не мог жить оборотень... но он жил. А иногда сюда приходили и другие люди... земля, корова, сено, навоз, душный человеческий запах... крестьяне. Ну, да, надо же кому-то присматривать за скотиной. Вейму охватила паника. Сюда ещё и в любое мгновение мог кто-то войти!

Вейма заметалась. Рванулась к двери. Она не была заперта, но... девушка пришла в себя на полу. Невидимая граница отбросила её обратно в комнату. Вампирша попробовала другую дверь, выбежала в кухню... лазейки не было. В кухне вампирша заставила себя успокоиться и принюхаться, а затем и оглядеться. Иногда здесь готовили. А из посуды в буфете даже ели. Вейма тщательней принюхалась. Чутьё, которое используют вампиры, отличается от естественного обоняния оборотней, оно скорее позволяет улавливать нечто вроде запаха дел и настроений. Обычный нюх у вампиров немногим лучше, чем у людей, да и тот они частенько притупляют, иначе могли бы не справиться с брезгливостью на охоте. Зато вампирское чутьё помогало определять многие вещи с убийственной точностью. Готовил и ел тут только Вир. И не только мясо. Рыба, хлеб, фрукты, молоко... ну, да, иначе зачем держать корову?..

С каких пор оборотни живут такой жизнью? Кто он вообще такой?

Продуктов в кухне не было, только мука в ларе у стены, да богатый набор пряностей в отдельном ящике. Зато посуде, ситам, решёткам, черпакам, лопаткам и прочему позавидовала бы любая хозяйка, даже в очень богатых домах. Вейма оскалилась. Не будь она вампиром, о назначении большей части предметов ей было бы не догадаться. Когда она жила дома... когда она была человеком... когда-то она была человеком...

Её отец был аптекарем, и поэтому в доме никогда ничего не готовили, кроме снадобий, чтобы запах еды не мешал работе мастера. Отец говорил, что способен по изменению аромата угадать ошибку, превращающую лекарство в смертельный яд... отец был добрым человеком и любил свою единственную дочь. Отец был слишком добрым человеком. Он был человеком. Когда-то она тоже. Была.

На кухне хватало утвари, но вот двери наружу там не было. Вейма вернулась в комнату. Человек мог начать метаться в поисках выхода. Для вампира это не имело смысла. Добро пожаловать домой. Наверняка этот... этот пёс добавил что-то, когда уходил. Вампир может войти в дом только после приглашения хозяина. Только проклятые - ведьмы, оборотни и тёмные маги - знают, что вампира можно удержать в доме просто... запретив ему выходить наружу. Просто потому что среди проклятых все знают друг о друге что-нибудь... эдакое. Полезное, если вдруг пути пересекутся не в добрый час. Добро пожаловать домой. Домой?!

Когда незадолго до рассвета дверь отворилась. Вошедший в дом мужчина уклонился от летящей ему в голову скамьи и восхищённо оглядел произведённый девушкой хаос. Повёл носом и заметил:

– Я очень тебе благодарен, что ты ограничилась этой комнатой.

Вейма издала яростное рычание и бросилась к нему. Оборотень бросил в сторону принесённый с собой мешок отступил на шаг и перехватил девушку за запястья.

– Если ты меня поцарапаешь, опять свалишься в обморок, - серьёзно произнёс он, глядя в её пытающие ненавистью тёмные глаза. Вампирша только глухо рычала и бесполезно дёргалась в тщетных стараниях дотянуться до новоявленного тюремщика. Наконец ей это надоело.

– Что тебе нужно?
– устало спросила она.
– Да пусти уже. Хватит.

Оборотень пожал плечами.

– Куда ты собралась идти? В мужской одежде, не зная местности, одна, без всякой защиты?

– Мне не нужна защита!
– взвилась девушка.

– Я заметил, - сухо произнёс оборотень. С явным огорчением оглядел разгромленную комнату и уселся на пол.

– Кресла не предлагаю, - едко произнёс он.

– Больно надо, - проворчала девушка, тоже разглядывая дело своих рук.
– Зачем ты меня здесь запер?

– А куда ты хотела идти?
– напомнил свой вопрос оборотень.

– В Раног, - мрачно ответила Вейма.

– И ты знаешь, где он находится?
– вкрадчиво уточнил мужчина.

– Нет. Какая разница?

– Что ты делала в той деревне?

– Отдыхала, - буркнула вампирша.
– Какая тебе разница?

– Это земли, принадлежащие союзу баронов, - сообщил Вир.

– То-то все такие богатые, - проворчала вампирша.
– И из-за нескольких капель молока...

– Из-за тебя молоко потеряли коровы у четырёх самых богатых хозяев в деревне, - напомнил оборотень. Девушка обескураженно поглядела на него.

– Тебе-то какая разница?!

– Поверь, очень большая. Зачем ты это делала?

– Да всё с ними в порядке будет, с этими коровами!
– начала заводиться девушка.
– Небось уже в себя пришли! Жадные какие люди стали! Можно подумать, я у них последнее отбираю! Я ведь всё-таки не...

– Не пьёшь крови, - согласился оборотень.
– И не отбираешь последнее у бедняков. Но зачем тебе столько молока?

– А ты думаешь, это естественно для человека превращаться в летучую мышь?!
– вскинулась Вейма.

– Я превращаюсь в волка, - напомнил оборотень. Разговор его, похоже, забавлял.

– Ты не человек, - скривилась вампирша.
– И никогда им не был. Ты просто такой, какой есть. А я родилась человеком. Превращение, да ещё и в летучую тварь меня опустошает.

– Тогда почему ты не идёшь в человеческом облике?

– В мужской одежде, не зная местности, одна, без всякой защиты?– передразнила его девушка.
– Далеко бы я ушла. Потом, знаешь... Ты мог не заметить... Тебе ведь не надо... но в придорожных трактирах не держат коров. Вообще. Ни одной. И коз там тоже не держат. А уж как там не держат овец, я даже рассказать не могу.