Снег, несмотря на самый конец ноября, еще не выпал, но температура уже установилась минусовая, пронзительный ветер пытался сбить с ног и умчать в Австралию, а все здравомыслящие птицы уже давно отбыли в южном направлении.

Мой Сенксанкятр пережидал зиму в гараже, а я сел в новое рабочее авто – черный, матово блестящий «Форд Эксплорер» последней модификации. Шеф закупил их сразу в количестве трех штук, решив, что машины подходят нам по соотношению цена-качество-объем внутреннего пространства. Новые автомобили работали безупречно, но я все равно скучал по моему старому французскому приятелю, хотя, несомненно, большой салон, мощный 3,5-литровый движок и разные мелкие радости, продуманные умелыми дизайнерами, доставляли ощутимое удовольствие.

Мотор басовито взревел, я выехал со двора, резко вклинившись в поток машин. Мне даже не посигналили – вот что значит раннее утро! Люди еще не выспались и даже ленятся дотянуться до гудка, чтобы выказать свое недовольство столь наглому стилю вождения.

На парковку у одного из корпусов Музея естественных наук, где уже несколько лет находилось наше бюро, я подъехал вовремя, за десять минут до начала официального рабочего дня, и, предвкушая зрелище удивленных глаз Лены, зашел внутрь, но тут же ошарашенно замер на месте.

Место Оли – нашей секретарши-ведьмочки – в приемной пустовало, но дальняя дверь в совещательную комнату была приоткрыта, и оттуда раздавался бодрый гул голосов, совершенно невероятный для этого часа. Кажется, я прибыл далеко не первым…

Я настороженно прошел через приемную и заглянул в комнату. В огромном кожаном кресле сидел маленький востроносый человек с тростью в руках. А вокруг него суетились наши барышни: Ольга расставляла на чайном столике кофейник, тарелку с печеньем, сливочник, сахарницу и прочие мелочи, а Лена сидела на высоком стуле прямо напротив раннего посетителя. Она держала в руках увесистый том и с несколько нервическими интонациями, высоким голосом что-то доказывала, а востроносый негромко ей отвечал. Брайан и Чингиз мялись позади Лены, переминаясь с ноги на ногу и явно не зная, чем себя занять. Не присутствовали только шеф и Вик, но шеф, как известно, отбыл в далекие страны, а Вик в такое время обычно бессовестно дрых.

– Наши бумаги в полном порядке, это я вам могу продемонстрировать в любой момент! – нападала Лена на человека в кресле, а тот устало отбивался.

– Я вам верю, госпожа Панина. И даже, скажу больше, не просто верю, но уже давно просмотрел всю вашу отчетность, поэтому могу с уверенностью заявить – все у вас в порядке, и не надо волноваться!

– Да я и не волнуюсь вовсе, – неестественно рассмеялась Лена. – Но если вас не интересует наша отчетность, тогда я не понимаю, в чем, собственно, дело?..

– Это я и пытаюсь вам объяснить уже практически полчаса. Но мы не сдвинулись с места, а время идет!

Я незаметно прошел в дальний угол комнаты и встал рядом с Чингизом, перекинувшись с ним невеселым взглядом. Финансовые проверки – бич нашей организации. Да, мы структура практически полностью независимая, и живем на гонорары от расследований, но тем не менее, часть нашего бюджета финансируется из центрального фонда Совета, и с угнетающей периодичностью, примерно раз в год, мы подвергаемся независимым проверкам с их стороны. Вот и сейчас, очевидно, пришла пора отдуваться за каждую потраченную копейку.

Лена же, на чьих плечах помимо прочего лежала вся бухгалтерия, терпеть не могла подобный контроль и сильно переживала перед очередным визитом инспектора. Но вчера и речи не шло ни о чем подобном. А это означало, что проверяющие начали менять методу и появляться внезапно, в лучшей традиции гангстеров былых времен.

– Вот бумаги, можете изучать! – Лену переклинило, она склонилась с тяжелой папкой над инспектором, а тот вяло пытался вжаться в кресло.

– Не надо мне бумаг! Не надо! Угомонитесь же наконец, госпожа Панина!

– Я не понимаю… – Лена вконец запуталась. – Что вам в таком случае надо?

– Ох… – инспектор тяжело вздохнул, собираясь с силами для нового объяснения, очевидно, далеко не первого, но тут я вызвал огонь на себя.

– Доброе утро! А оно доброе, не так ли?

Мой взгляд, тяжелый и недобрый, уперся прямиком в маленького инспектора.

– Несомненно, – подтвердил он. – Доброе! Молодой человек, я взываю к вашему чувству ответственности! Время не терпит, а ваша коллега не совсем понимает меня!

– И чего же вы желаете? – собрав всю свою любезность в одной фразе, вежливо поинтересовался я.

– Вот мои полномочия! Убедитесь! – востроносый подскочил с места, тяжело оперевшись на трость, и сунул мне под нос бумажку с множеством печатей. – С полного одобрения Совета!

Я мимолетно изучил печати и поразился их разнообразию.

– Мне нужна ваша помощь! Лично ваша и всего вашего отдела! Читайте здесь: «Оказывать любое содействие!» Этого я и добиваюсь уже долгое время! Содействия!