С первыми лучами солнца чужаки ушли. Дождь закончился и снаружи стало светлеть. Потом проехал рыцарь на коне, но он не заинтересовал глазунью. Вокруг рыцаря роились феи и пикси и даже донёсся истошный крик: «Пошли во-о-он! Это мой муж!». Значит, тоже занят. Уже ближе к полудню глазунью снова потревожили. В проёме пещеры проявились два силуэта. Один был высокий и худощавый. Второй был пониже, покряжестее с огромным мешком на спине. Высокий сказал:

– Смотри, пещера. Можем пока припрятать тут барахлишко, а как шум уляжется, так снова за ним вернёмся. А, Сопатый, как думаешь?

– Неплохое местечко. Слушай, Кость, а если пещера кому-то принадлежит? Смотри, тут костёр разводили. Может она обитаемая? – ответил хриплым голосом его напарник.

– Я вот что придумал. Посиди здесь с мешком. Если что, уходи.

– А ты?

– Я выкручусь, ты же меня знаешь.

Тот, кого назвали Костью, вытащил короткий нож и двинулся вглубь пещеры. Глазунья отступила во мрак. Отсюда она и решила начать атаку. Лучше бы разделить людей. Высокий человек зажёг фитиль и с ним пошёл прямо в руки Марты. В этот момент Марта разглядела своего будущего мужа. Плотный, ни грамма жирка, но и кости не торчат. Сосредоточенный, явно не дурак, хотя высшего образования очевидно нет. Немного небрит, но это вообще мелочи. Одет небогато, но добротно, даже имеются сапоги, а не башмаки. Безрукавка выгодно выделяет руки, брюшка не видно, достаточно молод, но самое главное, что у него 1 глаз. Второй скрыт под повязкой, а значит отсутствует. Марта знала, что иногда люди надевают повязку на глаз, чтобы изменить внешность или чтобы видеть в сумеречных местах. Например, в трюме. Закрытому от света глазу нужно меньше времени, что бы адаптироваться к сумраку. Спускаясь в трюм глаз приоткрывают и прекрасно видят в сумерках. Но ведь эти люди не ожидали найти здесь пещеру. Так что скорее всего этот человек действительно потерял глаз. Уж он-то сможет её понять. Вспомнился недавний разговор Кира и Командора. Если выйти просто так, то человек может сбежать. Марта вздохнула, выплыла из темноты и применила свой «дурной глаз».

Она точно рассчитала время, появляясь перед человеком во время его выдоха. Чтобы закричать и поднять тревогу, надо сперва вдохнуть. Этих мгновений глазунье хватило. И вскоре мужчина пошёл за монстродевой, даже побежал, а хитрая мамоно заманивала свою жертву всё глубже и глубже в пещеру, прежде чем отдаться. К тому моменту, когда Марта остановилась, вор, по прозвищу Кость, был возбуждён до предела, он буквально набросился на глазунью, сбрасывая на ходу штаны и портки. Марте пришлось постараться, дабы мужчина не поранился, опрокидывая её на пол пещеры.

– Стой, сладкая. Куда же ты бежишь, не дёргайся и я не сделаю тебе больно.

– Ох, не надо. Мне так неловко, вам наверное будет противно это делать со мной, потому что у меня только один глаз.

– У тебя их гораздо больше, а потом, я обожаю одноглазых баб!

О своём предпочтении Кость не врал и по его страсти Марта это поняла. Монстродева не стала сдерживать мужчину, она была давно готова. Кость нащупал рукой заветную щёлочку.

– Да ты уже мокрая! Ты сама хочешь! Тогда мне нет смысла быть нежным.

Кость вставил свой член в лоно глазуньи без лишних прелюдий и почти сразу стал яростно двигать бёдрами. Судя по силе страсти мужчина давненько не проводил ночей с женщинами. Марта пошла на отчаянный шаг, она сняла гипноз. Но вор не останавливался, хотя глазунья почувствовала перемену в настроении. Сквозь стоны она попыталась успокоить Кость.

– Я не буду тебя есть. По крайней мере сразу. Ты очень вкусный, но, если постараешься, останешься жив.

Глаз мужчины сузился. Он давно не был мальчиком и умел сдерживаться, и вообще дружил со своим телом, даже в интимной части.

– Постараться? Смотри глаза не потеряй от удовольствия.

Кость двумя руками сжал груди Марты и продолжил неистовые движения бёдрами. Он понимал, что монстродева каким-то образом завладела им, но сейчас ощущал себя полностью вменяемым. Так почему бы и не поразвлечься? Уже давно ходят слухи, что если удовлетворить монстра, то она тебя не будет есть. Правда такие слухи церковь пресекала, но те упорно циркулировали в народе. Десять минут довольно монотонных движений и развратных хлюпающих звуков оба партнёра просто молча наслаждались своими действиями. Руки обоих любовников постоянно гладили друг друга в темноте, ища новые чувствительные участки. Кость старался очень сильно и любая девушка под ним уже бы кончила, но в этот раз он сдался первым. Семя выплеснулось внутрь глазуньи, а признаков оргазма монстродева не проявила, хотя на её лице было написано блаженство. Мужчина уже хотел вскочить и убежать, но щупальца оплели его и прижали крепче к горячему телу девушки.

– Куда же ты? В суп хочешь? Мы ещё не закончили. Продолжай, я уже почти разрядилась.

Вор внезапно почувствовал в себе новые силы, а ведь он и сам не против продолжения. Конечно мужчина взмок, но усталости было не так много, как должно быть. Марта взяла инициативу в свои щупальца и безумный марафон продолжился. Глазунья сама уже двигала бёдрами и помогала щупальцами, приподнимая и опуская мужчину. А ещё Марта внесла в секс немного разнообразия в виде поцелуев и игры язычками. Она млела от восторга, ощущая как горячий мужской кол буравит её тело. Когда тело монстродевы наконец забилось от оргазма, Кость победно зарычал и стал с новой страстью насиловать Марту. Казалось, он готов был проткнуть её, но в глазу можно было различить кроме похоти и чувство любви. Пока неосознанное, почти эфемерное, оно уже начало завоёвывать сердце мужчины. Ещё несколько минут яростного напора и сперма уже стала вытекать в зазоры между членом и стенками влагалища. Мужчина вышел. Он выглядел триумфатором.

– Ну как, хочешь ещё пустить меня на суп?

– Сла-а-адкий, – томно протянула глазунья, – я же шутила. Я бы не стала тебя есть в любом случае. А теперь я тебя ещё и не отпущу никуда.

– То есть не отпустишь?

– Я хочу продолжения. И вообще, будь моим мужем. Ты мне очень, очень нравишься.

– Ты мне тоже, но меня ждут… то есть ждёт товарищ.

– Ещё! А потом разберёмся с твоим другом. Ну пожалуйста. А то можно подумать, что тебе всё-таки было противно со мной.

– А к суккубам всё! Вполне можно и ещё.