Шляпник уснул как убитый, лишь только голова его коснулась деревянного пола. Алиса и Шан тоже заснули почти сразу. Но Ен не спалось. Она потихоньку поднялась и подошла к Валету, который сидел, вытянув длинные ноги поперек двери. Небо быстро темнело, но ещё можно было видеть без помощи огня. Ен присела рядом со Стейном и коснулась его бока.

— Позвольте, я осмотрю вашу рану, — прошептала она, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить спящих. — Ну же… вы нужны нам живым и здоровым.

Валет кивнул, закинув руку за голову. Ен торопливо разняла застежки на доспехах и убрала окровавленные куски нижней рубашки и сложенного шарфа. Рана кровоточила, края её припухли и сильно покраснели.

Ен торопливо рванула рукав своей нижней рубашки, свернула кусок в несколько раз и щедро полила из прихваченной с собой глиняной бутылочки. Потом сунула её вместе с остатками вина в руку Стейну.

— Глотните, вам не повредит. Чем вас так зацепило?

— Обломком вывески. — Стейн глотнул вина. — Один из монстров выстрелил зеленым огнем в харчевню. Половину сжег дотла, а осколки разлетелись.

Ен осторожно очистила рану, перевернула тряпку чистой стороной и плотно прижала. Поверху застегнула ремешки доспехов.

— Пока всё, что я могу, — прошептала она, ободряюще сжав тонкие пальцы Стейна, — вам очень больно?

— Я воин, — Валет с улыбкой пожал плечами, — прорехи не редкость на моей шкуре, миледи. К тому же, когда за тобой ухаживают такие прелестные ручки, боль кажется наслаждением.

Он поднес руку Ен к губам.

— Мама рассказывала о вас, — сказала девушка, отнимая конечность, — говорила, как вы пытались её… кхм… соблазнить. Признаться, я не верила ни слову из её рассказов, но вот вы, живой, даже истекаете кровью. Значит, и все остальное — правда.

— Правда, — кивнул Стейн, откровенно любуясь ею, — ваша мать была прекрасна. В те дни, когда мы встретились, она была высока и величава. Вы похожи на неё, Ен, но все же, вы не она.

— И в чем же отличие?

— Не знаю, — покачал головой Стейн, — сам не понимаю. Но если вашу мать мне хотелось просто соблазнить, то вас… с вами все иначе.

Ен покачала головой, прислонившись плечом к косяку и глядя на спящую Алису. Ей показалось, что в густом сумраке лицо матери выглядит удивительно молодым. Алиса мирно посапывала, прислонившись щекой к плечу Шляпника. Ен успела подумать, что здесь, в этом сумасшедшем мире, её мать, возможно, будет счастлива с этим нелепым человечком. Как ни странно, мысль эта принесла облегчение. А потом Ен уснула, даже не заметив, что голова её лежит на плече Валета.

Её разбудило легкое прикосновение к руке. Светало, небо быстро серело. Клочья тумана вползали в хижину, словно щупальца диковинного зверя. Ен подняла голову, протирая глаза.

— Слышите? — спросил Валет.

Грохот доносился издалека. Ен замерла, вслушиваясь в тяжелый, пахнущий кровью и обожженной землей сумрак. Тонкие пальцы Стейна обняли ладонь девушки, и на сей раз она не отняла руки.

— Одно из них, — прошептал Валет, прижавшись губами к её уху, — идет сквозь лес… слышите, как ломаются вековые деревья?

— И судя по звуку, эта тварь приближается, — ответила Ен, помогая ему подняться, — идите и взгляните, а я разбужу маму и остальных.

========== 7 ==========

Алиса открыла глаза, вырванная из тяжелого сна, вызванного усталостью и нервным истощением. Какое-то время она не понимала ни где находится, ни кто рядом с ней. Потом её обнял Шляпник, обхватив лицо ладонями.

— Мама, вставай, — говорила Ен, — вставай, пожалуйста, нам надо уходить.

За её спиной, загораживая наполовину дверь, стоял Валет Червей. При виде его Алиса ощутила что-то сродни удару под дых. Враг, жестокий, беспринципный, она все ещё помнила его руки на своих плечах, хотя прошло уже больше тридцати лет. Она прислушалась к своим чувствам — и с удивлением поняла, что ненависти и отвращения больше нет. Оставалось лишь недоверие, но Алиса не могла бы утверждать, что оно не вызвано тем, как Стейн увивается вокруг Ен.

— Он тебе нравится? — тихо спросила она у дочери, когда они вышли из хижины и немного отстали от остальных. Ен бросила долгий взгляд на высокую тонкую фигуру впереди.

— А если даже так? — спросила она, с вызовом взглянув на мать. Алиса улыбнулась. Ен следовало бы родиться мужчиной.

— Просто будь осторожна, — попросила она, — Валет Червей не из тех мужчин, которым следует доверять.

— Даже если так, — Ен пожала плечами, — мам, неужели ты думаешь, что я стану следовать нормам Света?

— Я знаю, что не станешь, — рассмеялась Алиса, с любовью глядя на дочь, — в тебе это развито ещё сильнее, чем когда-то было во мне.

— Ты хочешь остаться здесь со Шляпником? — спросила Ен, помогая матери перебраться через ручей.

— А тебя это так волнует?

— Сказать по правде, не слишком. Ты имеешь полное право любить того, кто все эти годы тебя ждал и в итоге пришел за тобой в твой мир.

Алиса с нежностью взглянула на дочь.

— Да, я очень хочу остаться с ним. Хотя бы на исходе жизни.