Ещё тогда я была права и сейчас едва ли ошибусь, когда добавлю в свои свежие наблюдения старую истину: Марк не во вкусе Лии и едва ли когда-то будет.

И в этот раз, если история снова не захочет внести свои коррективы, ей точно придётся разбить ему сердце.

***

Татьяна с Антоном глядят на меня и Марса как на глупых первоклассников, приставших к выпускникам.

– Мне сейчас не показалось? – переспрашивает Татьяна.

– Нет, – Антон качает головой. – Они и правда только что это произнесли.

Просьба – ерундовая. Но на фоне всего происходящего она раздувается до катастрофических пределов и начинает напоминать даже мне, после того, как я её озвучила, настоящий, несусветный и полнейший бред.

– Это ведь даже ничего не значит сейчас, – продолжает Антон. – Все стражи задействованы в миссиях. Уже не важно, в команде ты или нет.

– Разве именно поэтому Славин перевод обратно и моё отстранение – не проще простого задача? – искренне не понимает Марс.

– Так и есть, но…

– Что ты с ними сюсюкаешься? – Антона перебивает Татьяна. – Не знаю, что вы оба тут себе напридумывали, но даже не думайте, что мы будем играть по вашим правилам. Серьезно, дети! Сидите себе на пятой точке ровно и не рыпайтесь! И без ваших этих рокировок дел и проблем – по самые уши!

– Но если нет никакой разницы… – Марс снова берётся за старое, но в этот раз раньше, чем он заканчивает, его обрывает Татьяна:

– Главная разница заключается в том, что не вы здесь принимаете подобные решения. – Затем она резко дёргается в мою сторону, и я почти верю, что Татьяна собирается напасть на меня, но она всего лишь выпадает вперёд. – А ты, Слава! Я уехала всего на пару недель, а ты умудрилась растерять все навыки! Как так?

– У меня была травма…

– Какая? Что можно было ушибить, чтобы забыть всё, чему тебя учили? Разве что только голову!

Я бросаю быстрый взгляд на Антона. До этого момента он всё ещё думал, что дело действительно в травме, а потому сейчас с интересом наблюдает за необычной реакцией Татьяны. И, как мне кажется, понимает, что где-то его обманули.

– Так, – Татьяна вскидывает руки к потолку. – Ладно. – Она замолкает, поджимает губы. Поворачивается на Антона, тот кивает ей, мол, “Чего ты?”. А Татьяна вдруг отвечает ему улыбкой, и в эту секунду я понимаю, что у неё явно появился план. – Вы вступите в поединок. Прямо сейчас. И если тебе, Слава, удастся уложить Марселя на лопатки, то мы пойдём вам на уступку. И учти, парень, – Теперь Татьяна поворачивается к Марсу и тычет указательным пальцем Марсу в грудь. – Я пойму, если ты вздумаешь играть в поддавки.

По спине бегут мурашки. Я знаю, что против Марселя мне не выстоять. Конечно, я тренируюсь, и даже смерть Марьи не смогла остановить этот процесс. (К слову, даже наоборот появилась усиленная мотивация). И всё равно я всё ещё недостаточно хороша.

Марсель глядит на меня с чем-то вроде жалости во взгляде, когда мы встаём друг напротив друга на свободном борцовском ковре. Вокруг нас собираются зеваки: защитники, отвлекающиеся от своих тренировок ради интересного зрелища. Ни Татьяна, ни Антон не велят им разойтись, и это – часть Татьяниного плана. Она наверняка видит по моему лицу, как мне не нравится всё это.

Губы Марса шевелятся. Он берёт отсчёт, чтобы дать мне фору: так я смогу атаковать первой.

– Стойте! – вдруг восклицает Татьяна. – Это должно быть не развлечением, а уроком для всех, кто решит, что правила писаны не для его королевской персоны.

Она наклоняется к Антону и что-то шепчет ему на ухо. Лицо того не выражает ни одной эмоции, кроме растерянности. Но он слушает её. Идёт в оружейную секцию, а по возвращению приносит с собой ножи.

Не учебные.

– Ножевой бой, – объявляет Татьяна. – До первого поражения. Или кто-то из вас уже хочет бросить эту идиотскую затею?

Я гляжу на Марса, ведь мы оба здесь именно из-за него. То есть, ради Марьи.

Тот отрицательно качает головой. И секунду спустя я ловлю себя на том, что повторяю за ним это движение.

– Как знаете, – цедит Татьяна сквозь зубы. – Тогда вперёд.

Антон вручает нам по ножу. Мы с Марсом выходим в центр ковра. Я жду, что начнут дрожать ноги или подкосятся колени, но ничего подобного не случается.

Я в порядке. Возможно потому, что в случае проигрыша я ничего не потеряю. Кроме собственного достоинства, разумеется. Но в этом я уже профи.

Клятва на моём запястье переливается серебром. Я более чем готова.

Марс атакует первым.

Я успеваю отбить его атаку, потому как он действует медленнее обычного. Если это замечаю я, то Татьяна – и подавно. Я решаю взять инициативу в свои руки и перехожу из защиты в ответное нападение.

Бой заканчивается не больше, чем через тридцать секунд.

Глаза Марселя широко распахнуты, но не от удивления, а от восторга. Сейчас его взгляд очень похож на Марьин.

Я могу сражаться, когда перестаю пугать себя поражением и когда забываю про неуверенность, засевшую на самой мозговой подкорке, ведь именно в такие моменты на первый план выходит Слава из Дуброва – та, что гораздо сильнее меня.