______________________________

[1] Кочеко — река, приток реки Пискатака

[2] Пеннакуки — племя западных абенаков

[3] Абенаки — Термин «абенаки» происходит от слова языка монтанье, означающего «люди восточной земли». Проживали в северной части Новой Англии в США и граничащих с ней прибрежных районах Канады.

[4] Абенаки, микмаки, ироказы и кри относятся к одной языковой группе алгонкинских языков. Практически все народы прибрежных алгонкинов говорили на диалектах одного языка.

[5] Пенобскоты — племя восточных абенаков

========== Глава 2. Деревня Войбиасен ==========

Белые горы, горный перевал Пинкхэм, штат Нью-Гэмпшир,

Апрель 1848 года.

Роза пришла в себя когда небо уже потемнело. Голова болела невыносимо, во рту пересохло от жажды, живот скрутило от голода и спина болела из-за неудобной позы. Она попыталась подняться, но ее тут же толкнули назад. Ехали они уже не так быстро, но то, что наступила ночь, Розу сильно напугало – за двенадцать часов индеец мог увести ее на сотню миль. Такое расстояние может затянуть ее поиски, и вернуться домой не удастся в ближайшую неделю. В том, что ее будут искать, она не сомневалась, но состояние раненного отца было ей не известно. Роза всхлипнула, понимая, что даже не уверена, что отец еще жив. Сложив руки перед собой, она стала тихонько молиться. За спасение отца, за упокой души индейца, за божью справедливость.

Ехать в такой позе было очень неудобно, уснуть она не могла, пить ей не дали, и к рассвету Роза измучилась так, что не хотела ничего, лишь спуститься на землю. Но когда они остановились, девушку не спустили, а скинули на землю. Она больно ударилась коленями, а ее похититель вывернул ей руки, связывая их кожаным ремнём.

— Зачем ты ее привез, Нодан[1]? — спросил пожилой индеец, встретивший их у границы деревни.

— Это дочь убийцы Маэру[2], — холодно ответил юноша.

— Абенаки больше не берут в рабство, и уже третье поколение мы не воюем с белыми. Зачем ты поехал в Рочестер? Ты хотел накликать гнев йенги[3]?

— Мы будем судить ее так же, как и они судили моего брата.

Старик ничего не ответил, лишь покачал головой.

— Может, отдадим ее воинам, а потом ты снимешь с нее скальп и повесишь его на своем вигваме? — с издевкой спросил молодой индеец, что участвовал в нападении.

— Мирная жизнь сделала тебя глупым, Маконс[4], — ответил ему Нодан. — И не стоит смеяться над нашими обычаями.

Индейцы спешивались и привязывали лошадей. Розу приподняли с земли, и она смогла разглядеть поселение – небольшая деревушка окруженная рекой, густым лесом и горным каньоном. Место выглядело сказочным, райским уголком, всюду буйная растительность радовала своей красотой и запахами. На западе виднелись поля маиса и пастбища, у реки расположились маленькие лодочки. На первый взгляд, в деревне жили не более ста человек, но всадников пришли встречать около полторы сотни, с интересом рассматривая пленницу.

— Отец будет искать меня! — сердито сказала Роза на языке индейцев своему похитителю.

— Ты говоришь на языке абенаки? — удивился тот. — Пусть ищет, — сразу добавил он, не давая девушке объясниться. Чужой язык Роза знала плохо, она с трудом понимала, что говорил страшный индеец. Когда она была девочкой, один из индейцев, что жил неподалеку, рассказывал ей сказки на своем языке, тогда-то этот странный, мелодичный язык впитался в нее так же легко, как и истории старика.

— Белому вождю это вряд ли удастся, наши воины отловят его следопытов и вздернут каждого на дереве. Вы все ответите за свои действия.

— И в чём же провинилась я? — сердито воскликнула Роза на английском.

— Йенги уничтожили наш народ. И ты одна из них! — с отвращением высказал ей Нодан и запихнул девушке в рот палку, не давая больше говорить.

Розу отвели на окраину деревни и, пока она шла мимо куполообразных вигвамов, десятки глаз смотрели на нее с нескрываемой ненавистью. И мужчины, и женщины, и дети провожали ее взглядом, полным желания мести, и, хотя девушка всё еще верила в свое скорое освобождение, страх стал медленно обволакивать ее, напоминая, что индейцы – дикари, а что дикари могут сделать со своей пленницей – одному Богу известно.

Девушку привели в большой шалаш из веток - сделан он был неаккуратно, внутри пахло кислой травой, и Роза догадалась, что его использовали для хранения сена. Нодан бросил девушку на холодную землю, снял с нее обувь и связал ноги, бестактно поднимая ей юбки. А потом ушёл, оставив одну. Роза поежилась от холода. Весна лишь началась, земля была ледяной, а на ней было лишь выходное платье с короткими рукавами, бархатные туфельки теперь без дела валялись где-то у изголовья. Кроме того, ей так и не дали ни воды, ни еды, и девушка сильно хотела в туалет. Некоторое время она пыталась позвать хоть кого-то, но палка во рту не позволяла нормально говорить: она мычала, скулила, но потом сдалась.

Ночь была адской. Руки и ноги затекли, рот ныл, от жесткой палки ей растёрло губы. Роза справила малую нужду под себя и мысленно сотню раз прокляла своих похитителей. Под утро явилась незнакомая девушка с остриженными по плечи волосами, и, сурово посмотрев на пленницу, предложила воды и немного вареной кукурузы. Роза была так рада такой подачке, что благодарила индианку как спасительницу. Кроме того, незнакомка оставила в домике горшок и разожгла костер. Роза смогла, наконец, согреться. К несчастью, кроме ухода за пленницей, индианка не проявила никакой заботы или эмоций и вскоре ушла, не сказав ни слова. Она вновь связала Розе руки, но, к счастью, ужасный кляп остался валяться на земляном полу.