– Алексеич, здоров будешь, - тяжело сказал он.
– Да, я. Я тебе сейчас адресок скину. Приезжай. Похоже на то, о чём ты мне недавно рассказывал. Только с необычным приложением. Да, и прихвати Льдянова - труп придётся ему оформлять.

Первая глава

Макс, невысокий, черноволосый, с небольшими, пронзительно голубыми глазами, с недоверием смотрел на ребёнка, которого Тася сунула ему в руки. Мягкий, тёплый - страшно в руках держать: или сломаешь, или уронишь.

Ребёнок - не сомневался. Он умильно смотрел на Макса и беззубо ухмылялся до обалденно счастливых ямочек на щёчках, вцепившись одной ручонкой в солнцезащитные очки Макса, торчавшие из нагрудного кармана. Отобрать очки Макс уже не пытался - бесполезно. Договориться - тоже. На любую попытку диалога малыш откликался радостным лепетом, в котором трудно разобрать хоть одно слово. Одетый в светлый фланелевый комбинезон с прыгающими по нему зайцами с морковками, пацанчик, кажется, был уверен, что весь мир благоволит ему.

Додумавшись до этой мысли, Макс осторожно покосился на Тасю, которая бегала по небольшой, обклеенной весёленькими обоями детской, собираясь в прогулочное путешествие. “С такой мамой можно быть уверенным”, - согласился он с ребёнком.

– Макс, у тебя карманы свободные?
– спросила Тася, ероша короткие русые волосы и озадаченно глядя на пакет с подгузником, который не уместился в дамскую сумку.

– Чувствую себя лысым нянькой!
– провозгласил Макс, одновременно с сожалением качая головой.
– То бишь - Вин Дизелем!

– Что ещё за дизель?
– подозрительно спросила Тася.
– И почему ты себя им чувствуешь?

– Актёр такой, - объяснил Макс, заглядывая в лицо пацанчика и невольно улыбаясь ему.
– Он в фильме охранял целую кучу детей и надевал на себя ременную упряжь, чтобы всунуть в её петли вместо оружия вот эти самые бутылочки со смесью и подгузники.
– Помолчал, скептически вспоминая, и пожал плечами.
– Кажется. Если в следующий раз ты меня позовёшь гулять с младенцем, я тоже надену ремни. Буду крутым нянем!

– Не знаю, - пробормотала Тася, вытаскивая из дамской сумки пластиковый пакет, и засовывая в него то, что не поместилось в сумку.
– Может, я только придумала всё. Может, следующего раза не будет. В общем, мы посмотрим. Если ничего нет, если я зря тебя вытащила с пляжа, с меня поход в Макдоналдс.

– Почему туда?
– недовольно спросил Макс, пытаясь сделать Илюшке козу пострашней и в то же время будучи начеку: ребёнок у Таси шустрый и старался эту самую козу поймать пухлыми ладошками и сразу потащить ко рту.

– А чем тебе Макдоналдс не угодил?

– Я люблю заведения камерные!
– объяснил Макс, отворачиваясь от Таси вместе с ребёнком, лишь бы суровая мама не заметила, что он пытается вытащить свой палец изо рта вышеозначенного ребёнка. Челюсти малыша, только-только начинающие вооружаться едва заметными зубами, довольно крепкие - заметил в нём бесстрастный, как он надеялся, наблюдатель, стараясь не скривиться от боли.

– На, дай Илюшке соску - палец отпустит!
– скомандовала Тася, заметившая всё-таки его потуги самостоятельно справиться с малышом - не навредив ему, и огляделась, не забыла ли чего.

Потом сообразила, что взять соску он не может: одна рука держит Илюшку, вторая - у малыша во рту. И выполнила нужное действие сама. Счастливый ребёнок активно зачмокал соской, ликующе глядя на Макса, а тот, высвободившись из капкана и выдохнув, незаметно вытер обслюнявленные пальцы о джинсы, философски размышляя: если мама Тася не обращает внимания на его палец в микробах, стоит ли намекать, что рот младенца неплохо бы продезинфицировать? Или маленький переживёт парочку-другую миллионов чужих микробов, попавших в его организм? Макс представил эти миллионы и поёжился… Тася продолжала командовать.

– Всё, кажется, ничего не забыли. Идём. Влад ждёт у подъезда. И что значит - камерные заведения? Ресторан, что ли? Отдельный кабинет?

– Ну конечно!
– возмутился Макс.
– Нет! Я просто не люблю, когда народу много и запах слишком сильный. Мне нравятся маленькие кафешки, где можно сесть в уголочке, у окна, взять кучу пирожных и к ним сладкий кофеёк.

– Макс, ты не свихнулся ли?
– поразилась Тася.
– Хочешь диабет заработать?

– Почему сразу диабет?
– обиделся Макс.
– Алексеич сказал, если я хочу сладкое - значит, надо! Он считает, что у меня этот, метаболизм такой, что сладким можно восстанавливать потраченные силы. Вот!