— Докладывай, мне абсолютно наплевать. Ты же знаешь, — он с трудом отрывает от себя ее цепкие руки. — Поди к своей новой подружке, ты ей нужна. Не упусти момент, установи раппорт с объектом, посочувствуй. Ейный хахаль сдох от кровоизлияния. Башкой выбил лобовое стекло и приземлился на тротуаре, звук был адский, я слышал как треснули его кишки. Поди, ороси скатерть слезами, как тебя учили. У тебя на курсах был высший бал по психологии… А мне тут надо, по делу.

Тайка знает, если он хочет уединиться, остановить его невозможно.

— Хорошо, иди…Стой! Возьми у швейцара ключи от машины. Поставишь на ее чемодан жучок GPS.

Нахмурив брови и скрестив на груди руки, она со злобой наблюдает как неровной походкой он удаляется по коридору в мужской клозет.

Лицо у Киры серое, в глазах блестят слезы.

— Что-нибудь случилось?

— Глеб попал в аварию.

— Боже мой…

Тайка присаживается на стул и накрывает ладонью руку Киры.

— Долго разбирался с ГАИ, поэтому не смог меня встретить.

— Он что, жив?! — вскрикивает Тайка.

— Ему немного помяли машину. Мы договорились, что я поеду в офис и буду там ждать. Потому что теперь у него важная встреча, а отменить он ее не может.

— Он жив?!

— Думаю что да, — шутит Кира. — Я только что говорила с ним по телефону.

Лицо Тайки проясняется, Зигги все наврал, какой скот! И хотя она злится на него, все таки приятно думать, что теперь не придется улаживать дело с ментами. Подумать только, что минуту назад она ощущала себя на краю пропасти. Как он легко провел ее! Ужасный говнюк и она так дешево купилась. Ничего, она ему устроит.

— Не расстраивайся, — говорит она Кире. — Он жив, это самое главное. У тебя есть адрес офиса? Я отвезу, без проблем.

Из туалета возвращается Зигги. Нос его порозовел и он все время шмыгает. Тайка швыряет ему в нос салфетку и приказывает: Вытрись, сволочь! Он послушно оттирает остатки белой пыли под носом.

— Какая я дура! — говорит она.

Зигги хитро улыбается, его худое лицо трескается морщинками.

Кира разглядывает роскошный холл офисной башни. Мраморные колонны, многочисленные кожаные кресла и диваны, прозрачные столики. Вот, значит где работает Глеб. Под любопытным взглядом девушки за стойкой, она вспоминает, что похожа на чучело. Немытая три дня голова, усталое лицо, пуховик цвета пожара в джунглях, единственное теплое, что они с матерью подобрали на рынке. Присмотревшись как одеваются девушки в Москве, Кира подозревает, что ее пуховик уже несколько лет не в тренде. А девушка за стойкой одета с офисным шиком. Белая блузка со стоячим воротником и кашемировый жилет в ромбики. Она вся такая чистенькая и опрятная, что Кире кажется, что сама она гораздо хуже этой красавицы. Девушка продолжает пялиться и это раздражает Киру. Может она до сих пор злится на Тайку? Перед тем как уехать, ее спасительница чуть не довела ее до слез. Сначала она требовала найти Глеба, потом соединить с ним, затем хотела чтобы он спустился за Кирой. К счастью он был на встрече и недоступен, потому что Тайка намеревалась сказать ему какой он на самом деле козел. Кира смогла уверить, что теперь с ней будет все в порядке, и та, заставив ее записать кучу своих телефонов и адрес, наконец уехала.

Кресло очень удобное, теплая кожа как-будто всасывает в себя засыпающую после шампанского Киру. Надо бы почитать, что-ли? Где-то в сумке у нее есть книга Дэна Брауна, которую она брала в дорогу. Она не успевает склониться над сумкой, как стеклянные двери напротив нее расходятся и громко топая мимо проходит крупная женщина в норковой шубе. Не доходя до лифта она оглядывается и возвращается к дивану, на котором сидит Кира.

— К Зимину? — спрашивает она.

— Ой, да!

Она соскакивает с кресла. Женщина бесцеремонно пожирает ее глазами и молчит. Кире ничего не остается, как тоже разглядывать незнакомку. У нее неинтересное, полное лицо, буравящие глазки и сложенные в брезгливую полуулыбку губы. Они что, все здесь такие?

— Балерина из Ташкента? — наконец произносит она.

— Да.

— Ждите.

Женщина разворачивается и направляется к одному из лифтов.

Я и так жду, — обиженно думает Кира.

В этот момент двери самого ближнего к диванам лифта разъезжаются. И оттуда стремительно выходит молодой человек. Кира сразу узнает Глеба, он совершенно не изменился. Высокий, плечистый, в чудесном синем костюме и розовой рубашке. У нее громко начинает стучать в висках.

— Лидия! — обращается он к буравящим глазкам в норковой шубе. — Позвони в Вену. У них есть несколько вопросов по спецификации.

— Хорошо, — отвечает Лидия, не двигаясь с места.

Двери пустого лифта закрываются. Глеб всматривается в холл и машет рукой Кире.

Лидия невозмутимо смотрит то на него, то на Киру. Глеб нажимает для нее кнопку и лифт снова открывается.

— Любопытной Варваре на базаре нос оторвали, — тихо говорит он ей. — Тебе с Веной поговорить нужно, поторопись.

— Подождут, мне здесь очень интересно. Я люблю наблюдать жизнь, как она есть, на разных географических широтах.

Глеб радужно улыбается начальнице и кричит через холл, — Кира, это ты?

Он постарался вложить в голос как можно больше теплоты и доброжелательности, пусть Лидия лопнет от злости.

— За лицемерие пять, — сквозь зубы цедит она.

— Кажется, я! — робко отзывается Кира.

Широкими, уверенными шагами он быстро идет к ней. И без всяких церемоний целует в обе щеки. Отстраняется и оглядев, присвистывает.