Елену несколько насторожил тот факт, что, хоть Стефан и спросил её мнение, на деле она была просто поставлена перед фактом, потому что вряд ли бы он сейчас начал обзванивать своих друзей и переносить встречу в случае её отказа. Но негативные мысли она быстро от себя отогнала: друзья Стефана не были слишком частыми гостями в их доме, являлись приятными в общении интеллигентными мужчинами, так что речи о каких-то пьянках или, тем более, дебошах не шло.

— Хорошо, — пожала плечами девушка. — Если договорились, пусть приходят, конечно.

Сальваторе улыбнулся, потянулся к жене и чмокнул её в щёку.

— Я знал, что ты не будешь против. Люблю тебя.

Вскоре, пожелав ей спокойной ночи, Стефан уснул, а вот Елена на протяжении какого-то времени это сделать не могла: новость о том, что завтра придут его друзья, заставила её задуматься о том, что, несмотря на то, что с момента её переезда в Нью-Йорк прошло уже около двух лет, свой круг общения здесь она пока не нашла. Девушка работала врачом-кардиологом в одном из местных госпиталей и отлично общалась с коллегами, однако их отношения ограничивались только территорией больницы, и сегодня она, пожалуй, впервые обратила внимание на то, что большую часть своего свободного времени проводила дома, со Стефаном и его друзьями или родственниками. Особенно сильно это заметно стало сейчас, когда Елена находилась в декретном отпуске и потеряла возможность выходить на работу. Поначалу Гилберт поддерживала связь со своими старыми друзьями из родного города, но время шло, и Елена была полностью поглощена совместной жизнью со Стефаном, которая была отнюдь не скучной: они вместе путешествовали, посещали какие-то курсы, много работали, занимались обустройством своего дома и подготовкой к свадьбе, — так что постепенно их общение сокращалось. С мужем и его семьёй Елене было комфортно, но сегодня она поймала себя на мысли, ей, конечно, совсем не хочется ограничивать свою жизнь лишь стенами дома, в котором она живёт. «Стефан — душа компании, постоянно в движении и общении. Вероятно, и мне пора наконец окончательно адаптироваться здесь и начать заводить новые знакомства», — подумала Елена перед тем, как заснуть.

Стрелки уже давно перевернули за десять, друзья Стефана были у него уже пятый час. Наскоро поужинав с ними, Елена пожелала мужчинам хорошего вечера и отправилась в спальню, чтобы почитать перед сном что-нибудь лёгкое. Однако в этот вечер Никки спала беспокойно и просыпалась несколько раз. Поначалу успокоить её было несложно, но затем из столовой всё чаще начали доноситься какие-то нецензурные выкрики, которые становились громче, что беспокоило и Елену, и ребёнка.

— Клаус, а я тебе говорю: шли его нахер с такими предложениями, — громко протянул Стефан, отпивая из стакана терпкий виски. Определённо, он уже был сильно нетрезв, иногда путал буквы в словах, но всё равно продолжал один за другим выпивать стаканы любимого напитка. — Они тебе строительство на ТРИ МЕСЯЦА растянули, ёб твою мать! У тебя от них одни убытки, а ты с ними сотрудничать должен? Ну просто обоссаться!

— Вот, правильно, — поддержал Финн, потянувшись к бутылке. — Где же великий и ужасный Клаус Майклсон, с чьей лёгкой руки все гуляют далеко и надолго и в бизнес уже вряд ли возвращаются? — усмехнулся он.

— У нас контракт на двадцать три миллиона, — буркнул Майклсон. — В случае, если я его расторгну, влечу ещё на большую сумму.

— А я говорил тебе: подумай сто раз, прежде чем заключать контракт с «New York Property Corporation». Репутацию они себе подмочили ещё в 2011, когда взялись за строительство отеля «Wellington» в центре города и в итоге отказались от проекта, когда в ход были пущены деньги. Вот блять, Клаус, будешь ещё после этого говорить, что я постоянно херню горожу? — Финн рассмеялся.

Видя, что дочь хныкает и из-за шума не может заснуть, Елена решила поторопить гостей и намекнуть мужу, что посиделки, наверное, пора заканчивать, поэтому спустилась в столовую.

— О, привет, Лен, — полупьяным голосом пробормотал Элайджа — пожалуй, единственный, от кого криков и нецензурной брани она пока не слышала. — Ребят, нам это… Уже пора, наверно, — икнув, сказал он. — Сколько там натикало? — проговорил мужчина, посмотрев на наручные часы. — Батюшки, уже два!

— Да, Эл, я хотела сказать то же самое, — кивнула Гилберт. — Может, уже лучше потихоньку закругляться? Время уже позднее, да и мне ребёнка нужно уложить.

— Оу… Мы разбудили Никки? Да, парни, мы, походу, реально перебрали, — Финн внезапно перешёл на шёпот и выставил ладони вперёд, согнув руки в локтях. — Сон — это святое.

— Пр… Прости, Лен, — заикаясь от количества выпитого, попросил Элайджа.

Елена вздохнула с облегчением: друзья Стефана, хоть и были пьяны, всё поняли. И вместе с этим она совершенно не заметила, что сам он не ответил ей ничего и лишь сидел за столом, буравя её злобным взглядом и стиснув зубы.

— Спасибо за понимание, — улыбнувшись, ответила девушка и вышла из столовой.

— Ну чего скис-то? — спросил Клаус Стефана, хлопнув его по плечу.

— Проводишь гостей или как? — хохотнул Элайджа.

— Да, пошли, — кивнул Сальваторе, и его друзья начали потихоньку собираться домой.

Финн, Клаус и Элайджа ещё долго разговаривали — правда, уже шёпотом, и, в силу своего состояния, не обратили внимание на то, что теперь в их беседу Стефан практически не вступал. Он чувствовал, как у него начинает гореть кожа, и думал только об одном: «Сука, ты ещё решила командовать в моём доме? Ну ничего, я тебе ещё устрою».

Елена слышала, как Стефан захлопнул за гостями в дверь, а затем — его шаги, когда он поднимался в спальню. За то время, пока он провожал друзей и в доме наконец стало тихо, она успела успокоить дочь и уложить её в детской, а сама прилегла на кровать в спальне. Она хотела было что-то сказать, увидев Стефана на пороге комнаты, но он так быстро преодолел расстояние, разделявшее их, что она не успела вымолвить ни слова.

— Какого чёрта?! — взревел он, подойдя к ней, так громко, что девушка даже вздрогнула.