Пулеметный расчет в снегах Подмосковья. Западный фронт, зима 1941/42 года.

В состав Западного фронта были переданы три армии (1-я ударная, 20-я и 10-я), девять стрелковых и две кавалерийских дивизий, восемь стрелковых и шесть танковых бригад, но их оснащение и подготовка были невысокими вследствие недостаточности вооружения и необученности войск. Ставка также усилила Калининский и Юго-Западный фронты. Авиация пополнилась истребительными и дальнебомбардировочными соединениями. В результате, в составе трех фронтов насчитывалось 1 100 000 человек, 7 652 орудия и миномета, 415 установок PC, 774 танка и 1 100 самолетов.

В группе «Центр» имелось 1 708 000 человек, 13 500 орудий и минометов, 1 170 танков и 615 самолетов. Она превосходила все три советских фронта вместе взятые в людях в 1,5 раза, в артиллерии — в 1,8 раза, в танках — в 1,5 раза и только в авиации уступала в 1,5 раза.

Жуков, планируя контрнаступление при нехватке оружия и невыгодном соотношении сил, прекрасно осознавал всю степень риска, на который шел. Но замысел вызревал на основе вполне реалистичной оценки обстановки. При этом особый расчет делался на ряд факторов, максимальное использование которых должно было принести успех.

Первое — внезапность. Фон Бок был уверен, что русские почти разбиты, резервов для наступления у них нет, а остатки Красной армии смогут зимой держать лишь оборону около Москвы. Это заблуждение было нам выгодно. Но немцы могли в любую минуту «прозреть». Поэтому паузу для перехода советских войск от обороны к наступлению было решено предельно сократить или исключить вовсе. Быстро и скрытно подготовить армии в тех же полосах и группировках, а новые армии выдвигать только ночью, в метель, снегопад, в нелетную погоду, чтобы затруднить их обнаружение немецкой воздушной разведкой.

Второе. Немцы в наступлении не имели подготовленных позиций для отражения встречных ударов. Поэтому в первые же дни, даже часы, возможно решительно смять их передовую, не дать сесть в оборону, в траншеи, дзоты, укрепрайоны или закрыться минными полями… Пробивание будет стоить большой крови.

Третье. Фронт у фон Бока растянут, оперативных резервов нет. Чтобы парировать удары, он будет перебрасывать подкрепления с не атакуемых участков. Значит надо упреждать его и срывать перегруппировки, хотя он и будет скован ударами по флангам Калининским и Юго-Западным фронтами.

Четвертое. Немцы измотаны непрерывным наступлением, их потери велики, к зиме они не подготовлены, снабжение недостаточное. Поэтому, используя местное превосходство советской авиации, крушить их тыловые базы, рвать их операционные линии.

Немецкая 75-мм горная пушка GebG 36, брошенная при отступлении под Тулой. Декабрь 1941 года.

Вместе с планом Западного, наносившего главный удар, были утверждены планы Калининского и Юго-Западного фронтов с задачами: Калининскому — нанести удар по 9-й немецкой армии, взять Калинин, выйти в тыл Клинской группировки и совместно с Западным уничтожить ее; Юго-Западному — разгромить Елецкую группировку, выйти во фланг и тыл 2-й танковой Гудериана и вместе с Западным разгромить ее.

Таким образом, замысел Ставки о контрударе трех фронтов воплотился в цельный план разгрома всей центральной группировки противника на тысячекилометровой линии от Калинина до Ельца.

План Западного фронта, как и в целом план Ставки, имел характерные особенности, которые до сих пор являются предметом обсуждения историков. Определялись только ближайшие задачи, а последующие ставились и согласовывались между фронтами в ходе контрнаступления.

В атаке подразделения 1-й гвардейской мотострелковой дивизии. Пехоту поддерживают легкие танки Т-40. Подмосковье, район наступления 33-й армии, декабрь 1941 года.

Эти особенности объясняются ограниченностью сил и средств, имевшихся тогда у Ставки. Жуков свидетельствует: «Для постановки войскам фронта более далеких и решительных целей у нас тогда еще не было сил. Мы стремились только отбросить врага как можно дальше от Москвы и нанести ему возможно большие потери». И отмечал также, что «в наших замыслах еще не было четко обоснованного мнения о том, что нами затевается такое грандиозное контрнаступление, каким оно потом оказалось… специального приказа или общей директивы на контрнаступление не отдавалось. Боевые задачи войскам… ставились последовательно отдельными директивами штаба фронта».

Контрнаступление началось в установленные сроки. За первые шесть дней были разгромлены передовые немецкие дивизии и захвачены важные по оперативной значимости пункты и районы. Начал Калининский фронт. Его 29-я и 31-я армии атаковали на рассвете 5 декабря и, ломая упорное сопротивление немцев, прорвали оборону южнее Калинина. 6 декабря на врага обрушились армии Западного: на правом крыле — 1-я ударная и 20-я, на левом — 10-я, а 7–8 декабря — 16-я армия, оперативная группа П. Белова и 50-я армия. На Елецком направлении с 6 по 8 декабря начали наступление 13-я и 3-я армии и группа Ф. Костенко. По всему фронту на калининском, клинском, солнечногорском, истринском, тульском и елецком направлениях развернулись ожесточенные бои. Немцы, застигнутые врасплох, пытались сопротивляться, но, не выдержав натиска, оказались выбитыми: 8 декабря из Крюкова, 11 декабря из Истры, 12 декабря из Солнечногорска. 30-я армия еще 9 декабря прорвалась на подступы к Клину. На левом крыле 10–11 декабря Гудериан был отброшен под Епифань и Сталиногорск, и откатывался от Тулы.