Борт пиратского корабля.

Бает, капитан корабля, находился на этой планете уже третьи сутки, всего за эти дни их команда собрала 137 "диких" для продажи в рабство, и вот пару минут назад, погрузив последнего "дикого", он отдал приказ выход на орбиту. Капитан, как и вся команда корабля, был подданным аварской империи, где охота на "диких" и продажа их в рабство было дело обыденное. А под определение «дикий» попадал каждый разумный чья цивилизация не имела космического флота и не имела нейросети.

Большое удивление вызывал средний показатель интеллекта на этой планете, он был равен 120-130 единицам, тогда как в мирах содружества он же в среднем составлял всего 80-90. А это говорило о том, что этих "диких" можно будет очень выгодно продать. Осталось собрать всего около двух миллионов кредитов, и тогда-то он сможет купить себе уже нормальный транспортный корабль, а не это корыто, вмещающее всего 5 человек экипажа, десантный отсек на 10 бойцов и трюм, в котором всего-то влезает 137 криокамер. Конечно кредиты на покупку можно было взять в клане, но тогда существенная часть прибыли будет уходить мимо.

– Проложить курс на базу Руга, встать на вектор разгона!
– отдал приказ.

Бает.

– До прыжка три часа десять минут, - прошелестел бархатным голосом искусственный интеллект корабля в ответ.

За четырнадцать минут до прыжка, в момент, когда двигатели вышли практически на максимальный разгон, искин корабля сообщил о странной аномалии, которую не заметили сканеры, попытался сменить курс и уйти от столкновения. В это же время команда корабля стремительно занимала спасательные капсулы для эвакуации, по всему кораблю орала сирена.

И зачем нам эта орущая жуть?
– подумал Бает - все равно ведь нейросеть дает прямое оповещение и если нужно даже разбудит своего владельца.

Смысла бежать к спас капсуле он не видел, слишком большую скорость они набрали и никто не успеет ей воспользоваться. Он приготовился к смерти и крепко сжал рукоятки у пилотского кресла.

Однако никакого столкновения не последовало, корабль просто исчез из этой системы и появился в другой. Все почувствовали легкое головокружение и больше ничего не происходило. Сирена замолчала, нейросеть вывела оповещение о выходе из гиперпрыжка. Команда, так и не успевшая воспользоваться средством спасения замерла в ожидании.

– Искин, доложить о нашем состоянии и месторасположении!
– распорядился капитан.

Повреждения корпуса отсутствуют, для анализа внутренних коммуникаций потребуется 15 минут, приступить?

– Да. Что с нами произошло?
– поинтересовался Бает.

– Принято.
– Искин замолчал буквально на минуту, а затем ответил, - Во время перехода был замечен всплеск неизвестной энергии, предположительно, мы попали в так называемую червоточину, однако остается непонятным сам факт перехода, а так же то, что наши сканеры ее не заметили. Определить месторасположение пока не удается, отсутствуют сигналы гиперсвязи, для более глубинного анализа и сравнения с базами карт звездных систем понадобится 600 часов.

– Хорошо, приступай к анализу звездной системы! Что у нас с системой жизнеобеспечения и продовольствием?
– Бает волновался, если нарушены работы этих систем, они никогда не выберутся из этой передряги.

– Система жизнеобеспечения не пострадала, ресурс выработки 61%.

Продовольствия хватит на 710 часов.

Капитан корабля отдал приказ команде собраться в отсеке, предназначенном для столовой. Он всегда там их собирал, именно там они узнавали цели и задачи на предстоящий вылет и обсуждали решение проблем, когда те возникали. Сейчас был именно такой случай.

Уже подходя к шлюзу в столовую, пришел вызов сигнала от искина корабля:

Диагностика систем коммуникаций завершена, технических неисправностей не обнаружено. Замечено снижение расхода энергии корабля на 0.003%, произведенный анализ показал, что отсутствует криокамера номер 137.

Бает был очень удивлен: при отсутствующих повреждениях, без атаки и абордажа из трюма пропал груз. Такого в его насыщенной пиратской жизни еще не случалось.

Кирилл, место неизвестно.

Никак не получалось открыть глаза, под веками будто килограмм песка, горло сильно саднило и хотелось постоянно кашлять. Все еще закрытые веки просто отказывались подниматься и показывать, где нахожусь.

Спиной отчетливо чувствовал, что лежу на чем-то твердом и холодном.

Постепенно меня охватывала паника: я не могу шевелиться, не могу открыть глаза, единственное, что напоминало о теле, был холод и саднящее горло, которое явно пересохло и пыталось хоть как-то издать кашель. Меня переполняли очень странные и неприятные ощущения:

последнее, что я помнил - был подход к турнику. Неужели меня похоронили заживо? От этой мысли на голове зашевелились волосы, а тело пробил озноб и легкая судорога, накатила паника. Сознание окончательно померкло.