Шрифт:
– Я не знаю.
Ну все, хватит. Она слишком легко выкручивается.
– Я заберу деньги обратно.
Выражение лица Кассандры изменилось. Страх перед тем, что он может с ней сделать, превратился в опасность остаться без всех этих пятисотенных бумажек.
– Хорошо, mistah, они спрашивал про Филипа. Как вы.
– Они?
– Первая женщина.
– Когда?
– Я не помню точно. Она бежал за мной на улице, пара недель назад. Другие тоже нашли меня тогда, по компьютеру.
– Что за женщина на улице?
– Я не знаю. Я не видела раньше никогда.
– Как с тобой связались через компьютер?
– В чате.
– Ты знаешь, кто это был?
– Нет.
– Подожди здесь, я принесу компьютер, мы посмотрим на фото нескольких людей.
Тедди встал и прошел в кухню.
Он уловил какой-то звук.
Затем он услышал, как захлопнулась дверь.
Тедди бегом кинулся в гостиную.
Кассандры и след простыл.
Он открыл дверь, побежал за ней, слыша ее шаги на лестнице. Слишком поздно. Он выглянул в окно и увидел, как она запрыгнула на заднее сиденье старого «Вольво». В темноте номер машины не удалось разобрать.
Тедди уселся на то же место, где он ночью разговаривал с Кассандрой. Какая-то женщина и еще один человек спрашивали ее о Филипе. Похоже, это самый горячий след, что у них есть.
Тем не менее что-то здесь было не так, чего-то не хватало. Он чувствовал это интуитивно, или, может быть, дело тут не в интуиции, а в опыте, в жизни в том мире, от которого он решил отказаться.
Внезапно он понял, что именно казалось ему странным, что не сходилось – он подозревал, что Филипа держали в квартире на Фатбурсгатан, но не понимал, что его связывало с этим местом. Похоже, он только что нашел ответ.
Он понял, с кем нужно встретиться.
Старый друг с зоны.
Тедди вызвал такси.
На полу в прихожей раскатали что-то, похожее на кухонную фольгу.
– Эй, ходи тут очень осторожно, – сказал Ян, встретив ее на пороге. Эмили все еще не знала его фамилии, хотя со вчерашней встречи они успели раз двадцать созвониться.
Он был одет проще, чем в прошлый раз: в темную флисовую толстовку, черные брюки с карманами по бокам и черные ботинки, похожие на те, что носил Йонни Сванелль. Ян надел еще и голубые бахилы поверх обуви.
– Слушай, подруга, я тут пытаюсь найти какие-то следы, разве не видно?
Ян Бесфамильный стоял, широко расставив ноги, за разложенной фольгой. Он протянул и Эмили пару бахил.
– Надень. Ты раньше такими вещами занималась?
– Честно говоря, нет.
– Я был в квартире Филипа в Эстермальме, без особого успеха, но здесь всего за час нашел кучу интересного. Хотя могла бы ты сначала рассказать, что здесь случилось ночью?
Стоя в прихожей, Эмили вкратце рассказала о произошедшем. Она снова вспомнила, что Тедди специально держал себя в руках.
Ян Невоспитанный провел ее в комнату.
– Никуда не садись и ничего не трогай. Вы с этим Назданом и так тут натоптали, как стадо слонов.
– Его зовут Найдан или Тедди.
– Да-да, но нужно быть осторожнее, ничего не трогать на месте преступления и не наследить – это же столпы нашей работы. Почему вы сразу нам не позвонили?
– Потому что это случилось среди ночи.
Ян проигнорировал ее слова и показал ей какой-то аппарат, стоявший на полу. Он смахивал на большой принтер из светло-серого пластика, с несколькими кнопками на передней панели и чем-то вроде скользящей дверцы внизу.
– Знаешь, что это?
– Понятия не имею, – ответила Эмили.
– Это «Рэпид Хит 200», последняя новинка из Штатов. Даже у полиции такого нет.
– И что он делает? Расследует похищения?
– И это тоже. Это портативная лаборатория для ДНК-анализа. Сделана так, что ею могут пользоваться граждане, которые университетов не кончали, например обычные сыщики или такие парни из частных служб, как я. Этот агрегат нам прислали две недели назад. А там эту модель используют где-то полгода.
– И что именно он делает?
– Ну, следы ДНК можно разделить на три группы в зависимости от качества. Когда у подозреваемых берут мазок слюны, чтобы получить образцы для базы данных, то материала много и весь процесс анализа отнимает часа два. Но когда мы работаем на месте происшествия, то почти всегда речь идет о других двух группах, следах среднего качества и плохих.
– И что вы нашли здесь?
– Дай мне закончить. Образцы среднего качества обнаруживаются в выделениях, оставленных на предметах, например в крови, слюне или сперме. Их забирают не напрямую из тела, так что материала гораздо меньше. Сюда же отнесем волосы или сопли. Тут требуется везение, чтобы преступник что-то такое оставил на месте. Извлечение ДНК в таких случаях занимает где-то неделю. О третьей группе даже и говорить не стоит, это так называемые LCN-образцы, Low Copy Number, всего-то пара крошечных митохондрий: чешуйки кожи на одежде, частички волос на подушке, следы кожного жира на экране телефона. И тогда приходится ждать несколько недель, а то и месяцев, образцы отправляют в Англию и так далее. Но благодаря этой штуковине мы справимся по крайней мере со второй группой на раз – всего за девяносто минут. С LCN это тоже может сработать, но не всегда.