В этот момент телефон Егора зазвонил, он вытащил его из кармана и хотел ответить на звонок, но я не дала ему этого сделать, отобрала телефон и отключила его. Он непонимающе посмотрел на меня, а я, не говоря ни слова, уселась на него верхом и поцеловала в губы, вкладывая в поцелуй всю свою тоску и нежность, скопившиеся за три недели, что я не видела его.

Неделю спустя у меня начались занятия в университете, появились дополнительные факультативы, плюс ко всему после летней практики в редакции, я получила должность помощника редактора. Для меня это было неслыханным счастьем, я с головой окунулась в учёбу и новую работу, пребывая в некоторой эйфории от собственного успеха. Егор тоже был рад за меня, но по мере того, как росла моя занятость, уменьшалось количество наших с ним встреч. После учёбы я почти каждый день бежала на работу, иногда оставаясь допоздна, иногда брала что-то домой и опять же сидела допоздна, так что времени на Егора у меня не оставалось. Поначалу он мирился с этим, так как сам не так уж часто мог побаловать меня своим вниманием, но со временем я стала замечать, как нарастает его раздражение, которое выливалось в напряжение между нами. Поцелуи стали не такими чувственными, секс был быстрым и бесстрастным. Мне это не нравилось ровно настолько, насколько и Егору, но моя измотанность не позволяла изменить ситуацию.

В один из моих выходных в университете меня попросили выйти на работу, причём просила меня не моя начальница, а сам директор редакции, которому очень нужна была помощь на важном интервью. Мне льстило, что он попросил именно меня, новичка, хотя у него имелись более опытные помощники, поэтому я даже не думала отказываться, ведь это был призрачный шанс получить повышение. Но Егор, который был со мной всю ночь, видел ситуацию иначе. Когда я тихонько собиралась на работу, он проснулся и не сразу понял, куда я намылилась.

– Прости, директор позвонил, попросил помочь, - я прикусила губу.

– Когда позвонил?
– не понял Егор.

– Час назад, у него интервью с владельцем выставочной галереи, а помощник заболел.

– И он просит новичка. Сама не понимаешь, чем пахнет?

– Какая разница?
– я со злостью посмотрела на него, понимая, к чему он клонит.
– Это шанс получить повышение.

– Это шанс быть оттраханной на директорском столе, - бросил он, не глядя на меня, и ушёл в ванную.

Я едва не расплакалась от обиды, но сдержалась, закончила макияж, уложила волосы и пошла готовить Егору завтрак. Когда он появился на кухне, я поставила на стол тарелку, на которой лежала яичница с беконом и помидорами, рядом блюдце с тостами с сыром и кружку с кофе. Егор сел за стол и стал есть, не глядя на меня.

– Ну, конечно, - я тяжело вздохнула, и откинула волосы назад.
– Приятного аппетита.

Я оставила его в одиночестве и ушла одеваться. Покопавшись в своём гардеробе, я вытащила белую шифоновую блузку без рукавов с небольшим V-образным вырезом, который только слегка открывал мою грудь, черную кожаную юбку-карандаш, бежевые чулки и туфли на высоких каблуках. Одевшись, я покрутилась перед зеркалом и осталась довольна своим внешним видом. Дополнив образ наручными часами и незначительными украшениями, я взяла небольшую сумочку и вернулась на кухню.

– Всё, я побежала, - сказала я, обняла Егора и чмокнула в щёку.

– Стоп, - он поймал меня за руку, развернул и окинул оценивающим взглядом.
– Потом расскажешь, насколько твердым был стол.

С этими словами он отпустил меня и стал пить кофе, выражая полное безразличие, а я едва не позеленела от злости.

– С каких пор работа приравнивается к сексу с начальством?
– прошипела я.

– С сегодняшнего утра, - спокойно отозвался Егор.

– Что не так? Ты ревнуешь? Если да, то это глупо! Я не хочу никого, кроме тебя, ясно тебе? Если ты во мне так не уверен, то зачем всё это?

– Я уверен в тебе, но я знаю все уловки, на которые готовы пойти мужчины, чтобы затащить в постель женщину, которую хотят. Поверь мне, ты сейчас не работать идёшь.

– Тогда просто забери меня через три часа из офиса! Я пошла.

Сказав это, я быстро ушла в прихожую, взяла свой плащ и вышла из квартиры, хлопнув дверью. Кто, чёрт возьми, дал ему право называть меня шлюхой? Я почти ничего не знала о нём до сих пор, тогда как он узнал чуть ли не всю мою подноготную, а сам не мог и пары слов сказать о себе! Требовал от меня верности и постоянного нахождения в поле зрения, но сам, опять же, не мог этим похвастаться. Какого чёрта он вообще вмешивался в мою жизнь и кем он был мне? Странно, что эти вопросы появились у меня только сейчас. Видимо, восторг и страсть поугасли, и начал пробиваться голос разума. Что ж, лучше поздно, чем никогда.

Олег Борисович – директор редакции, в котором я работала, «подобрал» меня на остановке, как и обещал. Когда я села в машину рядом с ним, он оглядел меня с головы до ног и довольно улыбнулся.

– Добрый день, хорошо выглядишь.

– Добрый. Спасибо, - я мило улыбнулась. – Олег Борисович, я не совсем понимаю, что мне нужно будет делать на интервью. То есть, я набросала вопросы, почитала о Фирсове, но я никогда не была на таких мероприятиях, - я прикусила губу.

– Расслабься, - начальник рассмеялся, выезжая на шоссе. – Ты мне нужна в качестве очаровательной спутницы, чтобы разряжать обстановку и делать интервью живым. Твоя задача сделать так, чтобы наш выдающийся деятель в области искусства не заскучал. Всё понятно?

– Да, понятно…

Я уставилась в лобовое стекло и почувствовала, как до сознания медленно доходит, что Егор был прав, как бы неприятно мне ни было это признавать.

Интервью прошло в непринуждённой обстановке, общаться с Фирсовым – владельцем галереи – было одним удовольствием. Пока мой начальник задавал серьёзные вопросы, я в кокетливой форме выпытывала интересные дополнения к ним.

Спустя полтора часа мы сидели в офисе, просматривая текст интервью и внося поправки.

– Как тебе Фирсов? – спросил Олег Борисович.