Егор, казалось, услышал только последнюю фразу и смотрел на меня так, как будто видел впервые в жизни. Всё, что я сказала ему до признания в любви, он итак прекрасно знал сам, поэтому эти слова не возымели должного эффекта, но не это…

– Я… - начал было он, но осёкся.

Я знала, что он не скажет. Наверное, даже на смертном одре, он не признается мне в том, что чувствует. Не потому, что не хочет, а потому, что не умеет. Вздохнув, я с трудом стащила с пальца кольцо, которое он подарил мне в вечер нашей «помолвки» и осторожно положила его на комод.

– Не надо ничего говорить. Я просто уезжаю.

– Мой водитель тебя отвезёт, - сказал он тоном, который не позволял спорить, после чего оставил меня одну.

Я собрала вещи, натянула джинсы, толстовку, кеды, ещё раз убедилась, что ничего не забыла, взяла один из чемоданов и пошла с ним вниз. Если честно, я не думала, что Егор так просто меня отпустит, но на удивление он не стал пытаться меня остановить, а наоборот попросил одного из охранников помочь мне с чемоданами. Мои вещи погрузили в багажник чёрной иномарки, пока я стояла рядом, контролируя процесс. Моя машина, уже отремонтированная после аварии, стояла во дворе, где я и собиралась её оставить. Мне не нужны были напоминания обо всём случившимся, пусть даже такие полезные, как личное средство передвижения. Егор был на крыльце, курил с каким-то безразличным видом. Я смотрела на него во все глаза, пытаясь запомнить каждую черту его лица, каждый изгиб тела. Запомнить его таким спокойным, уверенным, безумно привлекательным, потрясающим мужчиной. Мужчиной, которого я любила, и которого успела возненавидеть. Мужчиной, которого боялась и жалела одновременно. Мужчиной, который был мне нужен как воздух, и одновременно рядом с ним мне невозможно было вздохнуть полной грудью. Мужчиной, лучше которого для меня не было во всём мире, и который был моим самым страшным кошмаром.

– Можно ехать, - сказал мне водитель, закрывая багажник.

Я вздрогнула и резко отвела взгляд, повернувшись к водителю. Он кивнул мне и сел за руль. Я снова посмотрела на Егора, он глубоко затянулся сигаретой, и выпустил дым только тогда, когда я сказала ему «пока» одними губами. Он коротко кивнул мне, я села в машину, водитель завёл мотор и стал выезжать со двора. Я повернулась, чтобы видеть Егора через заднее стекло. Он стоял на крыльце до тех пор, пока за авто не закрылись ворота, и как только я снова повернулась вперёд, во рту пересохло, а ладони вспотели.

– Господи… Что я делаю? – пробормотала я, понимая, что готова прямо сейчас бежать обратно. – Остановите машину!

Водитель резко нажал на тормоз и обернулся на меня.

– Что-то забыла?

Я открыла дверь и вышла на улицу. В лицо ударил сильный ветер, погода портилась, становилось холодно. Я прошлась взад-вперёд, поглядывая на дом, который так стремилась покинуть, понимая, что оставляю там огромную часть себя.

Егор…

Застонав, я обхватила голову руками, сделала несколько глубоких вдохов и поняла, что нужно уезжать как можно скорее. Промедление даже в несколько секунд обернётся тем, что я останусь. Просто не смогу от него уехать. Осознав это, я быстро вернулась в машину.

Примерно через полчаса, что мы находились в пути, у меня зазвонил телефон. Звонила Катя. Первые несколько звонков от неё я пропустила, потому что мне было нечего ей сказать, но она была очень настойчива. В конце концов, я сдалась и ответила.

– Привет! – едва ли не закричала она. – Где ты?!

– Кать, что случилось? – проигнорировала я её вопрос.

– Тут Егор… - она помедлила. – Я не понимаю, что происходит, он разгромил полдома, избил охранников, которые пытались его успокоить, а сейчас просто решил опустошить бар! Валя, где тебя носит? Он с ума сошёл! Он даже Пашу не слышит, сидит в обнимку с пистолетом и бутылкой коньяка… Господи, я никогда ничего подобного не видела. Приезжай срочно!

– Я не могу… - мой голос задрожал.

– Что значит «не могу»? Ты слышишь, что я говорю?! – закричала Катя так, что я вздрогнула.

– Кать… Я больше не могу. Я уезжаю. Меня больше не будет в его доме.

– Что?! – воскликнула она, а потом замолчала. – Теперь понятно, что с ним…

Я закрыла глаза и постаралась держать себя в руках.

– Я еду к родителям и вряд ли когда-то ещё вернусь в город. И я запретила ему ехать за мной. Это всё.

Неожиданно трубку взял Паша.

– Ты больная? – заорал он сразу же. – Он подохнет без тебя! Ты думаешь, тебе одной плохо? Хоть раз считала, сколько у него шрамов?! – я снова вздрогнула. Да, на теле Егора было много рубцов, но я всегда изо всех сил старалась их не замечать. – Тупая сука! Бежишь, поджав хвост, при первой же возможности, думаешь только о себе! Нахрена он вообще тебе доверился?!

В трубке раздались гудки, я кинула телефон на сидение рядом с собой, закрыла лицо руками и заревела.

– Ещё не поздно вернуться, - сказал мне водитель, глядя на меня через зеркало заднего вида.

– Нет! – крикнула я.

Мужчина ничего не ответил, продолжая вести машину.

Когда мы добрались до моего дома, водитель помог мне занести вещи, затем попрощался со мной сухим «пока» и уехал восвояси. Проводив его, я повернулась к маме, которая смотрела на меня выжидающе, совершенно ничего не понимая, и кинулась ей на шею.

– Мам!

– Что такое? – она обняла меня, и я разревелась прямо на её плече, как не делала ещё никогда. – Валечка, что случилось? Ты чего?

– Мам, не спрашивай, просто пожалей, пожалуйста, - выдавила я сквозь слёзы.