Она нашла своё место около прохода. Супружеская пара, видимо, сидела рядом.

– Здравствуйте, - улыбнулась она.

– Добрый вечер, - оба приветливо улыбнулись в ответ.

Сумка легко поместилась под сидение. Курточку она положила на колени. Хорошо, удобно, спокойно. Двигатели уже работали. Она не первый раз пользовалась услугами авиалиний. За годы студенчества по два раза в год, и в зимние каникулы, и в летние, они своей дружной группой девчат где только не бывали, и в Латвии, и в Астрахани, и в Ленинграде, и на Кавказе, и на Украине. Впечатлений от каждого путешествия хватало надолго, и всегда, возвращаясь обратно, они уже планировали следующее. Многие даже отказывались ради этого от поездок домой к родителям. Это же общее хобби заставляло успешно и в срок сдавать экзамены, стимулировало некий азарт, кульминацией которого была очередная поездка.

– До куда летите?
– Поинтересовалась соседка.

– До конца.

– А мы до Братска.

– Вы там живёте?

– Да, там наш дом.

– Сколько лететь?

– Шесть часов.

– Давно там живёте?

– Почитай, всю жизнь.

– Где работаете?

– Лесопромышленный комплекс. А вы?

– После института. Тоже лесная промышленность.

– Очень приятно. Коллеги, значит.

– Лесозаготовками занимаетесь?

– Нет, мы заняты непосредственно на переработке древесины -- целлюлозно-бумажный комбинат.

Самолёт оторвался от земли. Поворот на девяносто градусов, и -- прямо на восток. Наверху ещё светло, а уже через час -- ночь. Ещё немного погодя стюардессы предлагали прохладительные напитки, карамель "взлётную", всевозможные сувениры. К покупкам она должна быть пока равнодушна. Спать не хотелось, она прикрыла курткой грудь и плечи, а голова с душой общалась, и вслед за улыбкой души откуда-то приходили слова:

Семь лет жизни! Как это много!

А я не заметила, как они пронеслись.

Совсем недавно была на институтском пороге,

а сейчас вот шагнула с дипломом в жизнь.

Суеверие, хоть и скрытое,

принимает установку мою --

если дело начну с улыбкою,

значит будет всё, как хочу!

Только улыбка души и желанье

должны по жизни меня провести.

Тьфу три раза, чтобы не сглазить,

и не упасть на своём пути.

Жизнь, она хоть и большой товарищ,

но сюрпризы любит преподнести.

– Пристегните ремни, - разбудил голос стюардессы.

Её соседи засобирались. Видимо, Братск. Предложили всем на часок прогуляться, самолёт пойдёт на заправку. Толик ждал её у трапа.

– Пойдём в здание, здесь не жарко.

Серое низкое здание аэровокзала было рядом. Захотелось выйти на противоположную сторону, в сумрачном свете фонарей предстали точно такие же невзрачные строения.

– Братск большой город?
– Поинтересовалась она.

– Скорее большая деревня, чем город.

– Ты был здесь?

– Да, как-то Свердловск не принимал почти полдня, пришлось заглянуть внутрь, красоты в нём нет, не то, что Владивосток, сама увидишь. Твои соседи не в Братске, случайно, выходят?

– Нет. До конца, - соврала она, подумав, - успеет ещё надоесть.

Снова посадка, снова "пристегните ремни". Она пересела в пустующем ряду к иллюминатору. Город внизу светился огнями, территория была довольно большой.

– Разрешите поспать с вами рядышком?
– Знакомый насмешливый голос отвлёк её от просмотра.
– Не смог отказать себе в удовольствии занять опустевшее местечко, - голубые глаза не скрывали желания повеселиться.

– Летние ночи не для того, чтобы спать, - расхохоталась она откровенно.

– Меня Дмитрием называют.

– Аксана.

– Редкое имя.

– Единственное, - смеялась она.

– Нет, я слышал уже такое.

– Слышал, но не видел.

– Имя можно ещё и видеть? Может покажете? Заинтриговали.

– Как по вашему по буквам выглядит моё имя?

– О-к-с-а-н-а.

– Это такое, Дмитрий, как вы раньше встречали, а моё начинается на букву "А".

– А-ксана? Но это же грамматическая ошибка!

– Да, отец назвал, в ЗАГСе оказалась неграмотная женщина, вот так и сделали меня единственной в своём роде. И неповторимой.

– Это точно, что имя, что внешность.

– У меня есть ещё много редких атрибутов, - смеялась она, не переставая.

– Если бы не встреча в аэропорту, сейчас я бы назвал вас хохотушкой.

– Это у меня только по ночам бывает. Вы ведь тоже повеселиться не прочь, я ещё в Свердловске заметила.

– Так ведь Бог весёлых любит.

– Вы верите в Бога?

– Жизнь заставила и в Бога поверить, и в чёрта. А вы во что верите?

– Только в себя и в свои карты.

– И что, карты правду говорят?